Сутормин не двигался. Осознание пришло не сразу: Игорь убил человека. Арена молчала несколько секунд. Потом звук обрушился сразу. Десятки тысяч человек вскочили. Кто-то кричал фамилию Сутормина. Кто-то — Остроумова. Кто-то просто орал от неожиданности. Игорь стоял посреди песка. Меч всё ещё был в руке. На табло старый коэффициент исчез. Кто-то уже писал новый. Игорь посмотрел туда и почти рассмеялся. Люди не дождались даже, пока унесут тело.

— Князь.

Хранитель. Игорь опустил меч. Люди прошли мимо него к Сутормину. Другие направились к Клыку. Только тогда Игорь вспомнил о Нуне. Бес всё ещё сидел рядом с погибшим противником.

— Нуня.

Тот поднял голову. Игорь подошёл.

— Ты цел?

Нуня осмотрел себя. Ответил не сразу.

— Для точного диагноза потребуется несколько дней.

— Серьёзно?

— Без тренировок.

— Нуня.

Короткая пауза.

— И усиленное питание.

Игорь выдохнул. Шутка пришла, но с опозданием. Нуня почему-то не смотрел на него. Продолжал тереть пальцы друг о друга, хотя они были полностью красными и от этого чище не становились.

— Пойдём.

— А он?

Нуня посмотрел на Клыка.

— Его заберут.

— Я знаю.

Нуня всё равно остался сидеть ещё несколько секунд. Игорь не торопил. Потом Хранители унесли Льва Сутормина. Последний саркофаг первого круга выкатили из ниши. Тело положили внутрь в турнирной рубахе. Добавили маленьких бесов. Закрыли крышку. Ударил колокол. Игорь уже слышал этот звук семь раз. На восьмой он звучал иначе.

— Восьмая жертва принесена.

Каменную плиту перевернули. Восемь. Под императорской ложей теперь половина ниш была закрыта. Церемониймейстер поднял руку.

— Первый круг Турнира завершён.

Над ареной один за другим появились восемь гербов. Долгорукие. Бестужевы. Бобровы. Алексеевы. Столыпины. Волконские. Дубровские. Остроумовы. Игорь смотрел на последний. Вчера его имя среди шестнадцати выглядело ошибкой. Сегодня половина этих людей была мертва. А он остался.

— Завтрашний день объявляется днём отдыха, — продолжил церемониймейстер. — Поединки не проводятся. Следующая жеребьёвка состоится завтра вечером.

Нуня подошёл ближе.

— Значит, завтра нас никто не убивает?

— По расписанию — нет.

— Наконец-то хорошо организованный день.

Впервые Игорь не пытался представить, кого из семерых смог бы победить Олег. В следующей жеребьёвке соперника будут выбирать уже ему. Это была почти незаметная перемена, но Игорь её почувствовал: он перестал проживать Турнир вместо брата и впервые начал считать собственные шансы. Илья ждал под трибунами. Он увидел Игоря издалека и пошёл навстречу быстрее, чем обычно позволял себе ходить человек его возраста и положения. Игорь приготовился к разговору. Вместо этого дядя схватил его за плечо. За раненое.

— Ай!

Илья сразу отпустил.

— Чёрт.

— Очень достойное поздравление.

— Жив?

— Был до встречи с тобой.

Илья рассмеялся. Игорь не помнил, когда слышал этот смех последний раз.

— Ты понимаешь, что сделал?

— Убил Сутормина.

— Кроме этого.

— Выиграл собственную ставку.

— Игорь.

— Что?

Илья неожиданно снова улыбнулся.

— Мы получили их бесов.

Игорь остановился. Он знал правило. Конечно, знал. Но до этой секунды бесы Суторминых существовали только как цифра в бумагах.

— Уже?

— Если Хранители закрыли бой — Реестр изменил запись.

— Сколько?

— Точный список придёт позже. Но их ставка перешла к нам. Не деньги и не земля — именно бесы. До утра управляющие Суторминых обязаны остановить все механизмы, где работают существа из турнирной ставки, опечатать кормовые отсеки и ждать нашей описи. Где-то прямо сейчас встаёт насос, фабричный привод или мельница только потому, что ты оказался быстрее Льва.

Голос Ильи стал серьёзнее.

— Впервые за сто лет Остроумовы закончили первый круг богаче, чем начали.

Мимо пробежал газетчик, каким-то образом уже оказавшийся в служебном коридоре.

— КНЯЗЬ ОСТРОУМОВ! ОДИН ВОПРОС!

За ним ещё двое.

— ТАКТИКА БЫЛА ПОДГОТОВЛЕНА?

— КОГО ХОТИТЕ ВО ВТОРОМ КРУГЕ?

— КАК ВЫ ОЦЕНИВАЕТЕ ШАНСЫ НА ПОБЕДУ В ТУРНИРЕ?

Игорь посмотрел на Илью.

— Утром хотели узнать, продержусь ли десять минут.

— Привыкай.

— Не хочу.

— Поздно.

Потом журналисты переключились на Нуню — зря.

— КАК ВЫ ПОБЕДИЛИ КЛЫКА?

Нуня посмотрел на журналиста.

— Руками.

— У ВАС БЫЛ ПЛАН?

— Был.

Игорь удивлённо повернулся.

— Какой?

— Не умереть.

Газетчики начали записывать.

— Не надо им помогать.

— Я знаменитый.

— Пять минут назад.

— Главное вовремя начать карьеру.

Илья повёл их дальше.

— Некоторые рабочие бесы Суторминых уже должны были остановиться.

— Почему?

— Передача произошла. Теперь прежний Род не имеет права продолжать их использовать без нашего разрешения. Управляющие обязаны опечатать кормовые отсеки и ждать реестровую опись.

Игорь представил фабрики, станции и хозяйства где-то за сотни вёрст от Москвы. Механизм работает. Потом перестаёт. Никто из маленьких существ внутри не перемещается. Просто в живой книге меняется фамилия. Вчера они принадлежали Суторминым. Сегодня Остроумовым.

— И что мы с ними сделаем?

— Завтра разберёмся.

— Отец знает?

— Телеграмма уже ушла.

Игорь кивнул. Возле выхода стояло слишком много людей. Представители Родов. Чиновники. Журналисты. Зрители с особыми пропусками. Несколько человек, которые ещё утром могли пройти мимо Остроумова и не повернуть головы, теперь смотрели прямо на него. Младший брат погибшего участника больше не был удобной формальностью. Игорь заметил Лизу. Она стояла возле дальней колонны. Не пыталась подойти. Не махала. Просто смотрела. Игорь встретился с ней глазами. Несколько секунд ничего не происходило. Потом он улыбнулся. Совсем немного. Лиза ответила так же. Игорь пошёл дальше. Он не увидел, как после этого она перестала улыбаться. Елизавета знала то, чего не знал он. Человек, которого она только что боялась потерять, ненавидел фамилию, которую она от него скрывала. У московской резиденции Остроумовых стояло столько людей, что экипаж не смог сразу подъехать к воротам.

— Отлично, — сказал Игорь.

— Ты победитель, — ответил Илья.

— Один раз.

— Для газет достаточно.

За окном кричали вопросы.

— КНЯЗЬ ИГОРЬ! КОГО ХОТИТЕ В СЛЕДУЮЩЕМ КРУГЕ?

— ВЫ СЧИТАЕТЕ СЕБЯ ПРЕТЕНДЕНТОМ НА ФИНАЛ?

— КТО ПРИДУМАЛ ПЛАН ПРОТИВ СУТОРМИНА?

— ПРАВДА, ЧТО НУНЮ СПЕЦИАЛЬНО НЕ КОРМИЛИ, ЧТОБЫ ОН ОСТАВАЛСЯ МАЛЕНЬКИМ?

Нуня моментально высунулся из окна.

— Клевета!

Игорь втянул его обратно.

— Сиди.

— Это касается моей репутации.

— У тебя её вчера не было.

— Вот именно. Только появилась.

Ворота закрылись за экипажем. Во дворе их уже ждал слуга с большой корзиной. Внутри сидел кролик. Нуня остановился. Обычно на корм он реагировал раньше, чем успевал подумать. Сегодня сначала посмотрел на кролика, потом на корзину — и ничего не сказал.

— Господин Нуня, — осторожно сказал слуга. — После боя положено.

Нуня посмотрел на свои ладони. Их кое-как отмыли ещё при арене, но возле когтей оставались тёмные следы.

— Потом.

Слуга удивился.

— Вам нужно восстановить силы.

— Я знаю.

— Нуня, — сказал Игорь.

— Съем.

Он взял корзину и ушёл. Не спросил, нет ли второго. Игорь проводил его взглядом. Лекарь уже тянул Игоря в дом. Рана на плече оказалась неглубокой, но её всё равно пришлось чистить и перевязывать. Турнирную рубаху сняли. Ткань в нескольких местах была разрезана, спереди засохла кровь Сутормина. Своей было меньше. Игорь сел у тазика. Начал мыть руки. Вода быстро стала розовой. Он вылил. Налил новую. Под ногтями оставалось тёмное. Игорь снова взял щётку. Перед глазами несколько раз появлялся один и тот же момент. Сутормин поднимает меч. Игорь входит ближе. Удар. Удивлённое лицо. Он остановился. Олег погиб примерно так же быстро. Только тогда Игорь находился с другой стороны. Хуже всего было не то, что он помнил удар. Хуже — что вместе с ним вспоминалось короткое чувство облегчения: получилось. Тело ещё падало, а какая-то часть его уже понимала, что он останется жить. От этой мысли Игоря затошнило сильнее, чем от крови. В дверь постучал Илья.