Сулла во главе трёх эскадронов кавалерии несётся по краю поля и заходит в тыл.

— Остановите их! — кричит понтийский царь.

В ужасе он видит, как вражеские всадники врезаются в его войско. Одновременно переходит в атаку и римская пехота. Понтийская армия оказывается зажата между валом и болотами. Между грязью и мечами. Между паникой и смертью.

Начинается бойня.

Легионеры обрушиваются на понтийских воинов со всех сторон. Спешившийся Сулла Корнелий вырезает даже уже почти не пытающихся сопротивляться врагов. Там, где возникала его фигура, мгновенно раздавались леденящие крики ужаса и боли. Всюду напуганные понтийцы бросали оружие и падали на колени.

— Пощады! Пощады! — раздавались крики с разных сторон.

Митридат пытается бежать, но враг оказывается по всюду. Римские всадники гонят понтийских воинов словно скот. Легионеры уже грабят обозы.

Затем понтийский царь видит его.

Вся красная от крови, одинокая фигура идёт прямо к нему.

— Убить его! — кричит Митридат.

Десяток лучших телохранителей бросаются вперёд. Сулла устремляется к ним навстречу. А затем его фигура словно размывается в воздухе. Крики. Агония. Кровь. Позади страшной фигуры остаются изувеченные и кричащие от боли тела лучших воинов.

Понтийский владыка не испугался. Он был в ярости.

— Ты победил, демон. Я хотел дать миру порядок. Ты принёс только зло. Что ж. Пусть мир утонет в крови.

Митридат обнажил меч и бросился на врага…

Сулла Корнелий смотрит на тело, лежащее в грязи. Кровь ещё продолжает течь из шеи мертвеца.

Римский диктатор поднимает отрубленную голову вверх перед собой. Кровь бывшего понтийского владыки стекает по его руке. Он поворачивается к своим легионерам, стоящим вокруг него.

— Победа! — вдруг выкрикивает Сулла Корнелий.

Следом раздаётся голос. Потом десять. Потом сотни. Потом тысячи.

— Марс! Марс! Марс!

Крик катится по полю. Мечи бьют в щиты. Они скандируют. В глазах легионеров нет страха, нет усталости. Есть только дикий, пьянящий восторг. В этот момент никто не верит, что их полководец — простой человек. Они уверены, Сулла Корнелий — сам бог войны. Марс во плоти. Непобедимый. Ужасающий. Их командир, ради которого они отдадут свою жизнь без сомнения.

Сегодня Рим победил. Сегодня Понт пал. Сегодня родилась легенда о живом боге.

Поле при Орхомене было усеяно телами. Десятки тысяч врагов лежали в грязи. А Сулла Корнелий стоял под солнцем, залитый чужой кровью, и смотрел на запад. Туда, где находился Рим. Туда, где его ждали новые битвы.

Сижу на троне. Он из кедрового дерева, с золотой инкрустацией по краям и подлокотниками в виде львиных голов. Не слишком высокий, не слишком пышный. Но я сижу на нём уже семьдесят лет.

Зал пуст. Охрана за дверью. Уже вечер, и косые лучи солнца падают через высокие окна на мозаичный пол. В воздухе висит запах старого дерева, воска и лёгкий аромат ладана, который курится в бронзовых жаровнях у стен. Тишина. Только где-то далеко, за стенами дворца, слышен ровный гул города. Рим живёт. Рим дышит. Рим никогда не спит.

А я сижу и смотрю на свои руки.

Руки молодые и сильные. Сжимаю ладонь в кулак и снова разжимаю. Я совсем не старею и выгляжу всё тем же крепким мужчиной лет двадцати пяти. Ни седины, ни морщин, ни слабости в мышцах. Раны заживают почти мгновенно, болезни обходят стороной. Я перестал замечать холод и жару. Могу не спать неделями. Всё это было и раньше, но тогда казалось даром. Теперь понимаю — это ещё и проклятие. Стареют и умирают мои жёны и дети, умирают друзья и враги. Не умираю лишь я.

Сижу на троне, в пустом зале, и смотрю, как закат окрашивает стены в золотой цвет. Жалею ли, что стал пожизненным диктатором? Нет, теперь никогда ни о чём не жалею. Да и может ли жалеть тот, кого все называют Марсом?

Лет сорок назад осознал: для всех в этом мире я стал богом. Не по своей воле. Не потому, что захотел. А потому что люди решили так. Они увидели во мне то, что хотели увидеть. Спасителя. Защитника. Того, кто поведёт их в светлое будущее. И я не мог их разубедить.

Каждый год мне строят храмы. С алтарями, статуями, жертвоприношениями. Запрещать бесполезно. Я просто позволяю подобному быть. Впрочем, есть, и те, кто посчитал меня демоном. И это стало новым вызовом как внутри страны, так и снаружи.

Мне до сих пор непросто. Цена ошибки возрастает с каждым решением. Всякое действие рождает противодействие. Сначала я захватывал новые территории силой, но затем столкнулся с тем, чего не ожидал. Со всех сторон начали объединяться народы против того, кого они стали называть злобным духом и чудовищем. Не думал, что меня могут одновременно обожествлять и ненавидеть. Пришлось сменить стратегию. Я отказался от открытых войн. Теперь стараюсь привлекать, а не атаковать. Даю всем равные права, кто готов стать гражданином единой страны. Строю дороги, школы, акведуки. Повсюду распространяю общую культуру. Люди становятся римлянами по своей воле. Они медленно забывают своих старых богов, потому что видят живого бога. Варвары забывают древние обычаи, потому что воспринимают новый мир. Они становятся частью чего-то большего.

Я смотрю на огромную карту на стене. Римская держава раскинулась от Британии до Индии, от Скандинавии до Африки. Люди очень разные. Страну часто сотрясают конфликты. Есть ли шанс на объединение всего мира? Знаю точно, — должен быть. Что-то явно произошло с прошлым Олега. Из памяти словно стёрлись все эмоции. Я знаю, как всё было, но не испытываю никаких чувств. Я вдруг понял, что могу вспомнить лицо своей матери, но для меня она кажется чужой. Я помню друзей и родные места, но все чувства к ним словно стёрлись. Будто кто-то взял ластик и аккуратно провёл по памяти, оставив лишь факты. Сухие, безжизненные факты, словно записи в бухгалтерской книге. Но разве такое бывает?

Только тогда окончательно осознал, что произошло. Я переписал историю. Не только прошлое, но и будущее. Я стёр Олега. Я стёр человека, которым был. Я стёр целый мир, который мог бы быть. Помню, как в лаборатории говорили про ядерный апокалипсис. Про то, что человечество уничтожит себя. Про то, что Запад и Восток не смогут договориться. Про то, что конец неизбежен. А что будет теперь? Неизвестно. Но надо сделать так, чтобы этого не случилось. Чтобы история пошла по другому пути. Чтобы не было той тьмы, из которой меня вытащили.

Это моя миссия. Не просто выжить, не просто победить, а изменить мир так, чтобы он не уничтожил себя. И я делаю это. Медленно, шаг за шагом. Отменяю рабство и создаю единую цивилизацию.

Но иногда думаю: а что, если я ошибаюсь? Что, если мои реформы приведут к чему-то худшему? Что, если я создаю не новый мир, а новую тюрьму? Что, если моя империя рухнет, и всё, что я построил, превратится в прах? Я не знаю, получится ли у меня. Я не знаю, правильно ли я делаю. Я не знаю, что будет дальше.

Но знаю одно: я не остановлюсь. Я пойду до конца. Потому что я тот, кто должен изменить судьбу человечества. И потому что я больше не боюсь…