Устроившись в микроавтобусе, что выбрал вчера в качестве места моего будущего укрытия, я принялся за подсчёт наград, и через несколько минут у меня уже были итоговые цифры: 1 синий Куб Потенциала (скорее всего, ранга C), 20 жёлтых ранга E и белых ранга F аж целых 170! Невероятная цифра. Я даже не знаю, куда потом девать весь собранный лут. У меня и так в пространственном хранилище места: кот наплакал. Скорее всего, придётся избавиться от тела пришельца, сняв предварительно его снаряжение.

Бросив ещё раз взгляд на большую гору белых кубов, я взял один из них и мысленно активировал его. Да начнётся распаковка.

Вечером тогоже дня

Во двор обычной питерской новостройки, которыми была забита вся периферия города, въехала необычная группа людей. А необычность её заключалась в том, что из тридцати двух человек, полностью экипированных в специальное снаряжение и обвешанных разнообразным оружием, семеро находились на конях, а остальные на различных велосипедах.

Сам двор с недавнего времени тоже разительно отличался от своих соседей. Главным отличием было то, что почти вся его площадь, заключённая в квадрат из двух угловых домов, была выжжена. Почти вся. Проезжая часть, которая пролегала буквально в метрах десяти от стен, смогла локализовать пожар, не дав ему дойти до многоэтажек.

Но самым примечательным был не сам выжженный двор, а кольцо более чем из пары тысяч обезглавленных тел, находящихся на этой выжженной территории, в центре которого стояло здание котельной. По многочисленным дымящимся останкам и самому зданию, у стен которого можно было ещё обнаружить тлеющие угли местной растительности, было ясно, что пламя стихло не более часа назад.

Впрочем, на дым, который заметили патрули из ближайшего лагеря выживших, эта группа и прибыла. Пожар был недолгим. Оно и понятно, кроме нескольких деревьев и, возможно, мебели в самом здании, гореть тут особо было нечему. И кому-то пришлось постараться, чтобы сжечь всю эту толпу трупов.

Отряд остановился у въезда во двор. Один из людей, ехавших на коне, сделал какой-то жест рукой, после которого к нему подъехали шесть людей на конях и один на велосипеде. Пару минут он раздавал указания, а после велосипедист и пять наездников отправились к основной толпе.

К каждому из них подъехало по четыре человека, и уже они начали что-то сообщать подошедшим. А ещё через минуту первая пятёрка отделилась от основной толпы и отправилась к дальнему корпусу жилого строения. За ними начали отъезжать и остальные группы, также по пять человек, пока не осталось двое. К каждому из четырёх корпусов отправилось по пятёрке. Ещё одна выехала за пределы двора, а последняя отправилась в его центр. Оставшиеся двое медленно отправились по кругу двора, что-то обсуждая и постоянно осматриваясь.

Время шло. Те, что отправились к корпусам, забегали всей группой в первую от своего края парадную, а спустя час выходили и отправлялись в следующую. Группа, что осталась в центре двора, разделилась. Четверо занялись подсчётом тел, разделив кольцо из сожжённых тел на равные части, а пятый отправился к зданию котельной.

Шестая группа так и не объявилась, пока спустя ровно три часа все шесть пятёрок практически одновременно не двинулись к месту, на котором они разделились, где их уже ждала двойка всадников, что осталась во дворе. И, как и в прошлый раз, от каждой пятёрки отделилось по человеку, и они подъехали к этим двум наездникам.

***

— Первый, докладывай, — произнёс мужчина лет сорока пяти на чёрном коне, дождавшись, когда все командиры отрядов соберутся перед ним.

— Товарищ подполковник, первый корпус полностью проверен и зачищен. В ходе проверки было обнаружено два «ходячих». Следов недавней активности не обнаружено. В ходе зачистки раненых и пострадавших нет, — произнёс самый левый всадник.

— Есть. Второй, — потребовал доклада командир пятого разведывательного подразделения Выборгского лагеря выживших у следующего командира отряда. После последовал абсолютно аналогичный доклад, как и у третьего, и у четвёртого. Менялось только количество «ходячих».

— Есть, — сказал после доклада четвёртого командира отряда. — Пятый, что на внешних и прилегающих территориях? — продолжил он сбор информации.

— Товарищ подполковник, помимо тех трупов, что мы обнаружили на въезде во двор, нашли ещё чуть больше двух десятков тел «ходячих» на подземном паркинге, что мы проехали. Все обезглавлены. Но самое важное… — Докладывающий на секунду запнулся, но после уверенно продолжил. — На втором ярусе среди двенадцати тел обычных «ходячих» лежит туша мутанта. Как и все, тоже обезглавлен, но по предварительному осмотру могу сделать вывод, что ликвидирован он был другим способом. Одним чётким колющим ударом в глаз.

На последних словах командиру подразделения, как и всем остальным, не удалось скрыть удивления, но он быстро собрался и дал команду продолжать доклад.

— Срез на шее говорит о том, что рубили её с нескольких попыток, когда тело уже находилось на полу. Об этом же говорят и следы крови на асфальте. После неизвестный перевернул его на спину и вскрыл его грудную клетку. Знатоков анатомии мутантов в отряде нет, поэтому не могу сказать, отсутствует ли там что-то. Но на первый взгляд всё на месте. Вскрытие, в отличие от среза на шее, проведено с хирургической точностью. Словно бы существует скальпель, способный разрезать его шкуру. В остальном никаких активностей не обнаружено. Наоборот. Все прилегающие дворы абсолютно чисты. Нам не встретилось ни одного «ходячего».

— Неизвестный? — решил уточнить заместитель командира подразделения.

— Да, всё указывает на то, что совершивший всё это был один.

— Хм… — Командир задумался на несколько секунд, а после продолжил. — Есть. Шестой, что у вас?

— Мы произвели подсчёт, Дмитрий Сергеевич, и цифры поражают, — продолжил последний докладчик, что сидел на велосипеде. Однако из всех командиров отрядов его экипировка практически полностью была из набора новичка. После недолгой паузы он продолжил. — 2769 зомбарей. Пересчитали дважды. И по головам, и по телам. И все. Все без исключения обезглавлены. Причём срез идеален. Я не знаю, чем именно их рубили, но это оружие было далеко не из простых.

— Что по зданию?

— Да ничего, — ответил он. Почесал правым мизинцем ухо и продолжил. — Хотя оно и стало причиной пожара. Там находились две цистерны с запасом топлива. Обе вскрыты словно консервные банки ножом. В самом здании, если что-то и было интересное, то всё сгорело. Никаких остатков мебели или тел нет. — Он сделал короткую паузу, на пару секунд задумавшись, и продолжил. — Из примечательного: внутренняя часть кольца из тел образует идеальный круг диаметром ровно восемьдесят метров с центром в основном зале котельной. Больше никаких следов, — закончил он, но напоследок решил поделиться своими выводами. — Понятия не имею, что за сатанистский ритуал тут проводился, хотя, может, и наоборот, дело рук святош, но у меня нет представления, как такое можно совершить. Ровное кольцо. Тела лежат прямо там, где их и порубили, а не были принесены. Даже если выстроить надёжную ограду и заманить их к ней, не получится настолько идеального кольца. Да и непонятно, как их смогли уничтожить. Стоит одному учуять человека, на него бы вся толпа по цепочке двинулась. Ощущение, словно их или заморозили, или уничтожили одновременно. Но то, что дело нечисто, и так понятно.

— Может, работа какого-нибудь артефакта? — выдвинул версию первый заместитель.

— Однозначно. — Командир подразделения тоже пришёл к такому выводу. — По-другому подобное не провернуть. И совершивший это, скорее всего, уже далеко ушёл, пока мы разбирались с обстановкой. Думаю, что смысла искать его уже нет. Через пару часов начнёт темнеть, а нам нужно ещё добраться до лагеря затемно. Да и далеко не факт, что если кто-то из отрядов каким-то чудом сумеет его обнаружить, то будет способен ещё и захватить. Нам этот монстр не по зубам. Доложу генералу, пусть он решает, как поступать дальше. Это уже не наша головная боль.