— Охренеть… — сорвалось с губ.

Паника едва не пробилась сквозь холодные ограничения. Я судорожно пытался придумать хоть что-то. Но идей не было. Выбраться самому невозможно: тело оплетено, яд парализует мышцы. Ри не справится: слишком много противников.

И тогда мне в голову пришла безумная мысль. Я приказал Ри остановиться и копить энергию. Она ошеломлённо замерла, но я дал ей новый приказ.

Меня тянули всё ближе. Два метра. Пасть раскрылась шире, края дрожали в предвкушении. Ещё метр. Я ждал. Когда меня затянуло внутрь по грудь и я понял, что створки вот-вот сомкнутся, материализовал из хранилища двуручный топор новичка, выставив его поперёк, как распорку. Лианы сомкнулись и упёрлись в рукоять. Пасть не смогла закрыться.

— Давай! — мысленно крикнул я.

В ту же секунду клинок Ри проскользнул внутрь следом за мной, и началась настоящая бойня. Интуиция не подвела. Изнутри узловой корень оказался куда менее прочным, чем снаружи: там, где внешние слои были жёсткими, как камень или металл, внутренности поддавались почти без сопротивления. Я лежал на спине, лицом вверх, и наблюдал за этим хаосом, не в силах пошевелиться, но понимая: мой план сработал.

Всё держалось на одном допущении: что эта неразумная тварь не сможет сообразить распахнуть пасть шире и избавиться от застрявшего упора. Инстинкты вынуждали её лишь яростно сжиматься, снова и снова пытаться сомкнуть створки, но топор намертво заклинил их, а прочность твари сыграла против неё, не позволяя топору пробить её насквозь. Ри же в это время рвала узел изнутри, кромсала его в клочья. Безумная авантюра.

А я… я лишь лежал, бессильный, и смотрел, как сверху на меня обрушиваются рваные куски лозы, как зелёно-жёлтые капли летят в лицо, разбрызгиваясь по коже и одежде. Всё вокруг дрожало и тряслось, но я уже почти перестал это замечать. Взгляд был прикован к клинку Ри: он проникал всё глубже, пробираясь к сердцу твари.

И вот, наконец, что-то изменилось. Удар пришёлся в цель: Хищная лоза содрогнулась, изнутри прокатился резкий толчок, будто ей сломали хребет. Тело растения дёрнулось последний раз… и в моём обзоре вспыхнуло долгожданное оповещение.

Внимание! Получено 114 СЕ. Текущее количество: 240/240 СЕ. Уровень: 11 (96/120 СЕ).

Наконец-то…

Сутки спустя

По пустому, едва освещённому коридору шагал человек. На вид ему было не больше сорока лет. В коротких чёрных волосах ещё не мелькала седина, но тяжёлый взгляд и глубокие морщины у глаз ясно говорили: годы испытаний давно лишили его юношеской лёгкости.

Он был облачён в тёмно-серый костюм, похожий на военную форму, но куда более совершенный: функциональный, выверенный в каждой детали. Знающий сразу узнал бы в нём полный комплект новичка. На поясе справа висела объёмная кобура, и её форма ясно давала понять, что она не пустует. Слева был чехол с комплектом метательных ножей. А за спиной, выбиваясь из общего образа, был закреплён лук. Не современное оружие, но и не примитивная реликвия прошлого, а нечто иное. Его чёрная кибить с бело-золотыми переплетениями и светлая тетива выглядели слишком изящно и слишком ценно, чтобы быть простой игрушкой.

Мужчина носил его с гордостью. Это был его единственный предмет ранга E. Хоть он и не подозревал о наличии рангов вовсе, такое оружие никак не могло быть обычным. Подобных во всей Церкви насчитывалось всего восемь, и пять из них принадлежали самому владыке. Поэтому каждый, кто видел этот лук, сразу понимал, что перед ним Дмитрий Краков, глава разведки Церкви Милосердия.

Он шёл не спеша, растягивая последние секунды. Нужно было подобрать слова. Те самые слова, которыми придётся донести до владыки новости, принесённые вернувшейся группой. Но время вышло. Коридор закончился массивной двустворчатой дверью, перед которой, как статуи, застыли двое стражников. Их экипировка едва ли уступала его собственной.

— Срочные донесения владыке, — бросил Дмитрий с плохо скрываемым презрением. Эти такие же, как и владыка. Никогда не выходят за стены, набирая силу на зомби, которых добывали для них его бойцы. Только пользы от них никакой. Сраные нахлебники!

— Ждать здесь! — глухо произнесла правая «шавка» и скрылась за дверью.

Дмитрий ощущал, как внутри нарастает раздражение. В иной ситуации он бы не принял во внимание их тон, но сейчас нервы были натянуты до предела, и он готов был сорваться даже на личную гвардию главы церкви.

К счастью, ждать пришлось недолго. Стражник вернулся и кивнул в сторону двери. Дмитрий не стал дожидаться дальнейших указаний, прошёл мимо, толкнул створку и вошёл внутрь.

Кабинет встретил его роскошью. Здесь было дорого всё: от мебели до мелочей, которыми уставлены полки. Тяжело было сделать шаг, чтобы не задеть какую-нибудь золотую безделушку или редкий экспонат. Стены украшали картины, и все — оригиналы. Даже Дмитрий, человек, не сведущий в искусстве, знал несколько из них.

В глубине кабинета стоял огромный стол, больше похожий на алтарь власти, чем на предмет мебели. В кресле за ним сидел владыка. Нет, восседал. Трон, а не кресло. Интерьер утопал в богатстве, но одежда владыки выглядела куда скромнее: почти такая же форма, как у главы разведки. Оно и понятно: обычные побрякушки не делали его сильнее. Лишь золотая корона выбивалась из образа, холодно сверкая в лучах света.

На вид владыке было чуть за тридцать. Светло-русые волосы спадали до плеч, лицо казалось безупречным, будто высеченным скульптором. Но главное — взгляд. Пронзительный, холодный, умный. Слишком умный, чтобы не внушать опасения.

Дмитрий сделал несколько шагов, остановился в пяти метрах от стола и преклонил колено. Склоняя голову, он ждал разрешения.

— Докладывай, — сказал владыка. Его голос звучал мягко, почти певуче, но за этой бархатной интонацией чувствовалась сталь. Голос человека, рождённого повелевать.

— Владыка. — Глава разведки поднял глаза. — Отряд «Око» обнаружил пропавшую тринадцатую орду. — На этих словах Дмитрий вновь опустил взгляд, подбирая формулировку для следующей, куда более неприятной части доклада.

— Отличная новость. — В голосе владыки не прозвучало радости. — Но ты ведь пришёл не с хорошими известиями? — Он отложил перо (один из артефактов), скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла-трона, в упор уставившись на подчинённого.

— Нет, владыка. Час назад её нашли… но она уничтожена.

— Что?! — Глава церкви резко поднялся. Всё спокойствие и холодная маска рассудка слетели с лица; теперь его искажала гримаса гнева. — Как?! Как возможно истребить более двух с половиной тысяч отродий всего за четыре дня?!

— Мы не знаем, — ответил Дмитрий, не поднимая взгляда. — Орда обнаружена во дворе жилого комплекса в Выборгском районе, почти в тридцати километрах на запад от нашей территории. Все тела лежали в одном месте и были сожжены. Но самое странное… их всех обезглавили. До того, как подожгли. Наши люди заметили дым и решились аккуратно проверить. Времени было мало: нельзя было попадаться патрулям Выборгского лагеря, но кое-что они всё же успели обнаружить…

— Говори… — Владыка опустился обратно на трон. Одно-единственное слово прозвучало так холодно, что по спине Дмитрия, ветерана двух войн, пробежали мурашки.

— Один из разведчиков нашёл открытую дверь на подземную парковку у въезда во двор, — продолжил он. — Там лежало ещё несколько мертвецов… и тело силового мутанта. Свежее. Убит не более трёх-четырёх дней назад. Как раз…

— Как раз когда Всевышний обратился к нам с посланием, — подхватил владыка. Его взгляд потемнел. — Что ещё удалось выяснить?

— Немного. Тела были разложены кольцом вокруг здания в центре двора, похожего на котельную. Видимо, именно оттуда и разгорелся пожар. Но внутри ничего особенного найдено не было.