Роль у него была несложная: сыграть спасителя, посланника высших сил, явившегося в гибнущий мир. Сыграть для местных аборигенов, которые даже не догадываются, кто он на самом деле.

Главное в этой миссии — Астра. Так во всей галактике называют основную форму магической энергии, присущую всем расам, подключённым к Системе.

В Академии часто говорили: «Астра — то, что осталось от дыхания Первых. Мы зовём её энергией возвышения, а они — душой».

Это не перевод с языка Предтеч, а скорее образное выражение, передающее отношение к ней. По слухам, слово «Астра» на языке Предтеч действительно означает «душа», но сам язык давно утрачен и доступен, возможно, только самой Системе.

На первом этапе своего существования Астра называется Искрой Возвышения. По мере роста и эволюции она проходит новые стадии и на каждой получает новое имя, отражающее уровень силы и пробуждения.

У всех разумных рас, подключённых к Системе, Искра присутствует с рождения, но остаётся запечатанной вплоть до достижения двадцатилетнего возраста. Почему именно так, неизвестно. Это не зависит от биологического возраста расы: даже если у долгожителей двадцать лет считается детским возрастом, правило остаётся в силе. Это неизменный закон Системы.

Пока Искра капсулирована, разумный ограничен в использовании магии и может активировать лишь самые простые артефакты. Например, наручи, которые носил Ксар’дэн, были очень редким парным артефактом, способным создавать теневые сгустки. Однако после двадцатилетия они станут ему бесполезны, так как он сможет самостоятельно использовать более продвинутую магию.

Говорят, Систему невозможно обмануть. Но её законы можно изучить настолько хорошо, чтобы найти в них лазейки. И Санг’Ралир были одной из немногих рас, которым это удалось.

Втайне и вопреки законам они научились извлекать Искру Возвышения из одного разумного, очищать её от расовой метки, превращая в нейтральную, а затем пересаживать другому. Правда, цена такой процедуры была абсолютной. Изъятие Искры неизбежно убивало прежнего носителя. Вместе с ней разумный терял и душу, а подключённое к Системе существо могло окончательно лишиться своей Искры только одним способом: умерев. Это считалось одной из фундаментальных аксиом Системы. Но именно это свойство и делало нейтральную Искру настолько ценной.

У разумных, не достигших двадцатилетнего возраста, собственная Астра ещё неактивна и остаётся капсулированной. Если поместить в такое тело нейтральную Искру, она также перейдёт в капсулированное состояние и сможет находиться там, не вступая в конфликт с организмом. Позже, когда пробудится собственная Искра носителя, чужая просто исчезнет, не мешая процессу инициации. Благодаря этому молодых разумных можно использовать как временные сосуды для транспортировки Искры между мирами.

Но настоящая ценность этой лазейки заключалась в другом. Если нейтральную Искру передать разумному старше двадцати лет, принадлежащему к расе из мира, который только начал проходить регистрацию и потому ещё не получил собственную Астру, ситуация менялась. Чужая Искра воспринималась Системой как его собственная, немедленно активировалась и досрочно завершала личную регистрацию носителя. Такой разумный становился первым зарегистрированным представителем своей расы, а вместе с этим получал возможность передавать Астру другим её представителям обычным прикосновением.

На этом и строилась вся схема Санг’Ралир.

Первой и самой сложной задачей было обнаружить подходящий мир. Особенно ценились так называемые закрытые миры, ещё не подключённые к Системе. Она намеренно скрывала их координаты до тех пор, пока местная цивилизация не достигнет необходимого уровня развития и не окажется готова к подключению. Однако даже скрытую информацию можно купить.

На чёрном рынке одного из крупнейших торговых миров галактики, третьего по могуществу среди всех известных, агенты Санг’Ралир скупали сырые координаты неизвестных систем. Часто это были лишь приблизительные данные без подтверждения наличия разумной жизни. Но иногда среди них находились именно те миры, которые Система ещё не внесла в открытые реестры.

После обнаружения подходящей планеты возникала следующая проблема: проникнуть внутрь. Полноценный переход в закрытый мир был практически невозможен. Система могла получить доступ куда угодно, если считала это необходимым, но для остальных подобные миры оставались изолированными. И всё же существовала ещё одна лазейка. Если перебросить туда не живое существо, а небольшой артефакт, ограничения можно было обойти.

Используя теневую магию и специальные устройства, Санг’Ралир отправляли в закрытый мир автономный сканирующий артефакт. Он был достаточно мал, чтобы пройти через нестабильный переход, и мог работать без постороннего вмешательства в течение нескольких лет. Сначала устройство наблюдало. Оно изучало местную разумную жизнь, уровень развития цивилизации, биологию основной расы и степень её приближения к естественному порогу подключения к Системе.

Если мир подходил, начиналась следующая стадия. Артефакт выпускал созданный Санг’Ралир вирус. Тот распространялся крайне медленно и не поддавался обнаружению. Он проникал в организмы разумных, встраивался в структуру их ДНК и передавался следующим поколениям. На этом этапе вирус почти никак себя не проявлял. Его единственной задачей было охватить как можно большую часть населения и ждать сигнала. Так могли пройти годы.

Когда сканирование показывало, что раса достаточно приблизилась к порогу системного подключения, артефакт активировал вирус. У значительной части заражённых практически одновременно подавлялся разум, а его место занимал один из древнейших инстинктов: голод. Личность исчезала. Оставалось агрессивное существо, основной функцией которого становилось дальнейшее распространение заражения. Начиналась катастрофа. Именно этого Санг’Ралир и добивались.

Столкнувшись с угрозой полного исчезновения разумной расы, Система запускала аварийный протокол. Мир признавался находящимся на грани вымирания, после чего начиналось экстренное подключение и трёхлетний период регистрации. Формально Система спасала цивилизацию. Фактически она сама открывала Санг’Ралир следующую лазейку.

Сразу после начала аварийной регистрации они запускали вторую фазу операции. Специальное устройство перенастраивалось для однократного перехода через теневой план и позволяло переправить в ещё закрытый мир одного разумного. Посланника. Он заранее нёс в себе нейтральную Искру Возвышения, извлечённую ценой жизни какого-нибудь раба, которого Санг’Ралир сочли достаточно бесполезным, чтобы им пожертвовать.

После прибытия посланник не действовал сразу. Первые сутки он скрывался, пока вспомогательный артефакт анализировал обстановку и искал подходящего кандидата среди местного населения. Требования были достаточно простыми: возраст старше двадцати лет, подходящий склад ума и возможность склонить его к сотрудничеству.

Найденному разумному предлагали спасение. В обмен требовалась клятва верности и принятие покровительства Санг’Ралир. Если кандидат соглашался, в его тело переносили нейтральную Искру. Поскольку собственная Астра его расы ещё не была сформирована, Система принимала пересаженную Искру за естественную. Она немедленно активировалась, переходила на следующую стадию, Пламя Пробуждения, и досрочно завершала регистрацию нового носителя. Он становился первым официально зарегистрированным представителем своей расы, а вместе с этим получал способность передавать Астру другим её представителям через простое прикосновение.

Именно здесь начиналась цепная регистрация. Каждый новый инициированный мог передать Астру следующему, тот следующему, и так далее. При достаточном количестве участников процесс, который в обычных условиях растянулся бы на годы, можно было завершить за считанные дни. Однако скорость была лишь дополнительным преимуществом. Главной целью оставалась клятва.

Первый зарегистрированный разумный получал Искру только после того, как принимал условия покровительства Санг’Ралир. Его клятва фиксировалась самой Системой и не могла быть нарушена или обойдена. Дальше вступал в силу ещё один системный закон. Если более семидесяти процентов представителей новой расы получали Астру по одной и той же линии передачи, обязательства первого носителя распространялись на всю расу. Даже на тех, кто лично не приносил клятву и вообще не участвовал в процессе.