Другие же принцы выражали Янике свое восхищение ее кулинарными талантами. Но принцессы так устроены, что восхищениями их не проймешь. Безразличие в смеси с чувством юмора — куда более мощный ход. Она даже подумала, не вернуть ли вредного принца, но какая же принцесса признается, что ей понравилось выслушивать сравнения ее талии с горшочком. Поэтому Яника, ничего не придумав, решила оставить все как есть. Если захочет — сам найдет. А не захочет — то не очень-то и нужен.

Принц Лори оказался не робкого десятка. Яника ему понравилась, тем более, это был первый случай, когда вместо обнаженной принцессы он получал в ответ на свою просьбу фото с горшочком. Он завел себе новый аккаунт и опять добавился к Янике в друзья. Уже с другим именем. Два дня тихо наблюдал, как принцесса строчит посты про жизнь во дворце, выкладывает рецепты, рассказанные ей няней, фотографирует придворных котов и крыс с заднего двора.

Принцы оказались существами довольно котозависимыми. Каждый раз, завидев нового яникиного усатого питомца, громко хлопали в ладоши и требовали селфи с этим пушистым чудом. К няне за разъяснением нового термина Яника решила не ходить, а просто расценила это как просьбу запечатлеть процесс пожирания котом мыши. «Съел — фи» — все понятно! Принцы завалили Янику своими предложениями руки и сердца на виду у всего Думленда. Лори чуть не запалился, уже настрочив «Мышка явно переоценила свои способности в искусстве селфи», но вовремя одумался и все удалил.

После выложенного принцессою фото торта «Вожделение» принцы и вовсе обезумели. По правде, он назывался «Вишенка», но Глойя велела обозвать «Вожделением». Рецепт тоже диктовала няня.

«Сначала нужно отправиться в полнолуние на берег озера Тануко. Там встретить русалку. Схватить ее за хвост и притащить к вурдалаку. Взамен на русалку получить от него щепотку олнаусской соли. Яника поинтересовалась, не слишком ли неравноценный обмен получается — целую русалку на какую-то щепотку, но няня твердо ответила — нет, потому что русалок полно, а щепоток мало, да и вурдалаков тоже — один на всю округу, и тот с дефектом — одноглазый. Соль эту нужно отнести к троллю. Тролль посыплет солью свою рану, проорется как следует (ну мазохист если, что тут поделаешь), и тогда выдаст немного меда. Мед этот нужно отнесли во дворец кухарке. Она положит его в кастрюлю, добавит муки, яиц, молока, все перемешает и испечет торт». Яника спросила — и украсит его вырванным глазом тролля? «Нет, — ответила няня, — украсит его своей нежностью». И слепила на торте губы из вишневого желе.

На третий день принц не выдержал и под фотографией с тортом написал: «Если этот торт еще жив, я готов поцеловать его в губы». Принцы, ошалев от такой наглости, накидали в выскочку ножей и мечей, но это не сломило Лори. В ответ он выслал фото своего деда в юности, стоящего со шпагой в окружении окровавленных драконов. Слать ножи и шпаги больше никто не решался. Лишь Яника ответила фотографией своей мамы все в том же купальнике, но уже лежащей у моря на песке с закрытыми глазами. Принц расценил это фото как призыв к действию. Но он хорошо знал, что принцессы любят романтику. Лори настрочил: «Хочу быть песком на твоей коже». Яника же хорошо помнила, как на море песок хрустит на зубах, проникает под ногти и самое главное — забивается в трусы, и ненавидела его всей душой. Принц опять улетел в черный список.

На этот раз он был взбешен. Лори захотелось отомстить этой дерзкой девчонке и доказать, что он не хуже всех этих прощелыг, которые готовы лизать принцессам пятки ради только призрачного шанса когда-то увидеть хоть кого-то из них и предложить руку и сердце.

Он нашел дракона, который, судя по его статусу, умел обращаться с принцессами. «Всем принцессам — огненный привет!» — так выглядело его приветствие новым посетителям. Лори рассказал о своей беде. Но дракон не проникся. Кто ж, говорит, нынче романтикой-то берет? Надо сразу тяжелой артиллерией. Выставь фото себя с мечом последней модели, прокати на коне новейшей разработки, покажи отвоеванный в неравном бою сундук с драгоценными камнями. Вот тогда все принцессы за тобой побегут.

Принц показал дракону свою принцессу. А тот влюбился. Прочитал ее заметку про «Вожделение» и пропал. «Все, — говорит, — пока не увижу эту принцессу, не успокоюсь».

Принц пытался вернуть его на путь истинный, но куда там. Говорит — сердце бьется, кровь бурлит, куплю «лексус», приеду к ней, и будет она моя. На жалкие попытки принца привести логические доводы про то, что драконы принцесс просто охраняют до прихода принца, не возымели никакого действия. Надо будет, говорит, и операцию сделаю, и ориентацию сменю — стану принцем.

Ося, как его по-дружески звал принц, быстро сдружился с принцессой. Начал писать ей стихи. Принц ревнивый оказался — вызвал дракона на дуэль. Так и потеряла Яника своего нового друга. А принц нашел тролля-хакера и занял место дракона.

— Макс? Макс! Да что с тобой?

Макс с трудом вырвался из волшебного мира, в котором были принцессы, драконы и прекрасные принцы. Рядом стоял Стас, который теребил приятеля за плечо и выглядел очень встревоженным. За ним стояла Яна, рядом с которой порхал дракон.

— Зачитался, — сказал Макс, словно это всё объясняло.

Но обмануть Стаса ему не удалось.

— Чувак, так не зачитываются, я знаю, у меня папаша такой был, но и до него иногда достучаться можно было. Наверное, они потому с мамкой двадцать лет прожили и лишь потом развелись, когда ей надоело.

— Чего надоело? — Макс не уловил, как связаны родители Стаса и сказка про Думленд.

— Достукиваться, — пояснил тот и почесал в затылке. — Наверное, сложно жить с челом, которого всё время приходится возвращать в реальный мир? Вот и мамке надоело. А с тобой всё по-другому. Ты словно куда-то улетел всей кукухой, я тебя толкал-толкал, но бесполезно. Глаза вылупил, только страницы порхают.

Макс посмотрел на книгу — он успел прочитать примерно треть весьма толстого тома. И помнил каждую страницу, каждый абзац и каждую букву.

— Леди, вы на него не смотрите, так-то он нормальный, это сегодня с ним всё не так, — Стас обернулся к Яне. — Глаза синие стали синими, читать вон полюбил до потери сознания… Кстати, Макс, — он очень внимательно посмотрел на макушку приятеля, — а чего у тебя волосы стали как у негритенка?

— Что⁈

Макс едва не выронил книгу сказок, но успел её подхватить и аккуратно положить рядом с собой. Затем он осторожно коснулся своих волос ладонью — ощущение было совершенно непривычным. Он вскочил и бросился в ванную, к зеркалу.

Его волосы действительно изменились. Макс с армии привык к коротким простым стрижкам, которые можно сделать силами своих же сослуживцев с помощью ножниц и расчески. Он не мог не признавать, что такой фасон не подходил к его волосам — они росли в разные стороны, создавая эффект «взрыва на макаронной фабрике». Но ему нравилось, что такая прическа требовала минимум ухода — у него дома даже расчески не было. Кроме того, его волосы всегда были русыми, хотя и с приставкой «темно». Сейчас же на него из зеркала смотрело некое подобие того самого негритенка, о котором упомянул Стас — волосы закрутились в спираль и ощутимо потемнели, стали совсем черными. Хотя они вполне сочетались с голубыми глазами и тонкими чертами лица…

«Черт!»

Макс рванулся обратно в комнату.

— Стас, посмотри на мою морду, — потребовал он.

Тот послушно уставился на нос приятеля.

— Что видишь?

— А что должен?

— Ну ты же помнишь, как я обычно выглядел? — спросил Макс.

— Ну, помню… — неуверенно ответил Стас.

— Вот и сравни!

Несколько секунд они буравили друг друга взглядами.

— Сравнил, — сказал Стас. — Только не требуй говорить, что ты красивый. У меня язык такое произнести не повернется.

— Стас, блин…

— Подождите, — вмешалась Яна. — Я правильно понимаю, что у тебя вдруг изменился цвет глаз, волос и прическа? И ещё ты полюбил читать и научился колдовать?