– Не беспокойся за Элафа и Коронела, Алана... Мой брат — достойный соперник в игре в подпроcтранственные шахматы. Когда я выпал из реестра чемпионов по возрасту, он занял моё место. И потом... ещё очень спорно, за кого там стоит больше беспокоиться.
Алана нежно почему-то слегка виновато улыбнулась мне.
– Пришло время нам с тобой кое-что прояснить, виана-человечка. И начнём с... – я перевёл взгляд на низ живота жены, – с репродуктивного вопроса. Я должен кое о чём тебя уведомить. И тебе лучше присесть...
Глава 20
Алана
Я замерла в дальнем конце кабинета бывшего начальника, присев на краешек столешницы его деревянного рабочего стола.
Впрочем, теперь и кабинет, и стол – принадлежали моему новому начальнику, по совместительству – моему мужу атлантианцу.
Ксандр нависал надо мной, уперев обе руки кулаками в столешницу с двух сторон от меня, пресекая мою попытку прорваться в смежный кабинет – проверить как там дети! Ведь они остались наедине с очень жестокой и яростной версией классического атлантианца – Ксеноном, младшим братом Ксандра, о существовании которого муж не посчитал нужным меня уведомлять!
Разнонаправленные чувства метались во мне: муки совести за то, что сбежала пять лет назад беременной схлёстывались с увядающими тенями старых обид. Нежная любовь и благодарность Ксандру за спасение – с возмущением оттого, что муж в привычной манере принялся вершить мою судьбу. И заодно судьбы детей! Взять хоть бы то, как он услал малышей играть в шахматы с... получается, родным дядей…
А если что-то случится?
Виан Ксенон – ещё более холодное и злобное существо, чем накануне побега из Атлантии казался мне Ксандр!
Что, если этот "дядюшка" обидит мальчиков?!
“Никто не обидит наших близнецов…” – устало прошелестел голос накса в моей голове и многозначительно замолк.
А Ксандр всё это время не сводил с меня пронизывающего взгляда бездонных чёрных глаз:
– Пришло время нам с тобой кое-что прояснить, виана-человечка. И начнём с… – Ксандр перевёл взгляд с моего лица куда-то вниз и застыл, – с репродуктивного вопроса. Я должен кое о чём тебя уведомить. И тебе лучше присесть… более основательно. И чем на край столешницы. А впрочем как угодно. Ведь упасть я тебе не дам.
Репродуктивного вопроса?!
Сердце дико заколотилось, во рту пересохло.
– Что это значит? Ксандр…
– Но ты права, – Ксандр задумчиво оглядел моё лицо и отшагнул, – начать следует не с этого. Но с чего? С начала или с конца? С приобретения здесь жилья и капитального ремонта или с разбора твоего побега? Хм…
Серьёзно что ли?
Я ошарашенно заморгала.
"Репродуктивный вопрос" – это про детей. А если у Ксандра для меня новости про детей, то...
– Всё же прямой порядок лучше, чем обратный для твоего мозга, Алана. Ты пока ещё больше человек, чем атлантианка. Так будет комфортнее…
Репродуктивный вопрос...
– ... Ты сбежала от меня беременной.
Я замерла, ожидая, что Ксандр сейчас будет злиться. С запозданием, но всё же высказывать за то, что я скрыла факт беременности… Но Ксандр проскочил эту часть так легко, как будто того обсуждать и он понимал мои мотивы. А возмущало его что-то совершенно другое.
– Алана, ты воспользовалась помощью шиарийцев, которые увезли тебя незаконно. Проигнорировав высочайший запрет командования на взлёт. А поскольку я избил всех шиарийских мужчин, что были в том космопорте, а накс сломал навигационную систему, стало быть…
– Избил? Сломал?!
– Да, Алана, – Ксандр вновь качнулся ко мне, сжимая меня между собой и столешницей плотнее, – моя человечка, ты мне дорога и, быть может, я не умею этого верно сказать. Но я показывал поступками как мог. В том числе...
– Избив шиарийцев?!
Ксандр фыркнул, на миг будто становясь собой прежним – презирающим все расы, кроме атлантианской. Я закусила губу. Но лицо моего атлантианца тут же осветила почти человеческая мягкая улыбка:
– “Избил”, как бы мне ни хотелось, – не вполне корректный термин. Ведь шиарийцы в долгу не остались. И за свою вырванную челюсть, их лидер не оставил мне ни одного целого ребра! Просто раздробил одно за другим голыми руками. Алана, ты побледнела? Это лишнее, поверь. Челюсть ему прирастили в тот же день, теперь тот шиариец мой, с позволения сказать, приятель. Но если бы мой начальник не дал тогда взятку шиарийскому представительству, я бы сращивал самостоятельно все те переломы недели три в тюрьме при космопорте…
Кровь отлила от моего лица. Я судорожно рвано выдохнула:
– Какой кошмар, Ксандр!
– Итак, я заплатил свою цену за то, что неправильно любил свою жену. Я лишь надеюсь, что эта плата была достаточной.
– Плата... ты сказал, взятка? Но атлантианцы не нарушают закон. Почти...
– Атлантианцы пишут законы, – отмахнулся Ксандр, – а потом принимают к ним спорные поправки, уплатив отступные всем заинтересованным лицам. Я не про то. Я заплатил, Алана... Я умирал без тебя каждую минуту. И благодарен той драке – пока всё моё тело болело, я хоть немного мог отвлечься... я видел тебя повсюду. Каждый предмет в опустевшем доме напоминал о тебе! И купленный тобой механические котоиды! Сначала один... потом он родил близнецов... неважно! Я так и не понял, хотела ли ты на что-то этим намекнуть или это, как говорят люди... провидение? Я правильно применил термин? Так или иначе, Алана, даже изумрудное навершие накса возвращало меня к мыслям о радуге твоих глаз!
– ... а я думала…
– Что?
– Что наоборот, – печально усмехнулась я.
– В смысле?
– Честно? – я вздохнула и горячо, почти яростно, проговорила мужу в губы – я думала, что это мои глаза напоминают тебе накса! Что ты подбирал меня под цвет накса! Как вещь. Как я могла бы подбирать сумочку под туфли! Я и сейчас немного так думаю...
И от того, что я произнесла эти слова, мне странно полегчало на душе!
А Ксандр смотрел на меня удивительно выразительными глазами. Я бы сказала, он смотрел ошарашенно, но... всё же атлантианцы на такое не рассчитаны.
– Алана… – еле выдавил он, – откуда такая мысль?!
– Но цвет...
– У моего начальника красный накс! Разве у его человеческой жены красные глаза?! Я... мне... а у моего брата такой же зелёный накс как у меня. Накс-близнец! Угадай, видел ли я его в обществе хоть каких-то женщин, кроме черноглазых атлантианок?! Абсолютно отмороженных, если быть предельно честным! Правильно – не видел! Алана, это не так работает! Я... ты... мне... как так, Алана?!
Ксандр замолчал.
Феноменально! Мне кажется, или у атлантианца не было слов?
Я мягко усмехнулась.
– Хотя цвет хороший... – буркнул явно поражённый Ксандр, когда к нему после паузы вернулся дар речи, – наксы любят совершенно тона в своём облике. И когда выбирают себе атлантианца, часто внешность накса таит судьбоносную подсказку... так что едва ли цвет совпал случайно. Как интересно он сказал! "Наксы выбирают себе атлантианца..."
– А я о чём, – улыбнулась я растерянно, почти блаженно, и тут же встрепенулась.
– Не суть, Алана. Запомни просто: я тебя люблю. Для меня, сначала ты... потом все остальные. Даже накс. Но давай перейдём к главному. Я работал над собой всё это время, и если ты сочтёшь, что этого мало... я буду стараться дальше, каждый день. Я не изменюсь радикально. Но сделаю всё, чтобы понимать тебя и реагировать как человек. Ты, в свою очередь, будешь решать, подходит ли тебе такое, но...
– Но?
– Я не стану человеком, Алана. Никогда. Ты, вынашивая всех наших детей, будешь приобретать всё больше атлантианских качеств, они заиграют человеческими гранями. Но выше головы я не прыгну, жена моя, я не стану человеком... Осознаёшь ли ты это?
Осознаю ли я?
А осознаёт ли он, как невероятно звучат его слова?
Какой безмерной нежностью меня наполняют! Могла ли я пять лет назад поверить, что когда-нибудь Ксандр скажет мне подобное? И не только словами, но и делами покажет, как я ценна.
