Я на пару секунда прикрыла руками лицо. Сердце дико заколотилось. Вот это… СЮРПРИЗ.

Маленькая атлантианка приблизилась и осторожно обняла меня, я обняла её в ответ. Всё ещё не веря.

– Я вас приглашаю! – произнесла я дрожащим от подступающих слёз голосом, – что ещё за протокол? Впрочем, не отвечайте! Метаморфу за хелицеру этот протокол! Как это “нельзя быть на свадьбе сына”?! Глупости! Да ни один гость ничего не скажет против!!! А если скажет – зачем нам такие гости?!

– Тш, Алана, – атлантианка отстранилась и робко улыбнулась (мамочки, какое юное лицо! Но выражение тёмных глаз атлантианки изменилось, и теперь Артемис смотрела на меня более глубоко и мягко. Этот взгляд словно добавлял ей несколько лет… но всё равно немного!) – Ксандр хотел меня позвать. Но я решила так. И потом, мне приятно организовать вам праздник, раз уж в прошлый раз меня на нём не было. А до замужества я и вправь занималась организацией мероприятий, всяких там скучных саммитов. Иногда не менее скучных атлантианских свадеб. Надо ли говорить что теперь светский протокол и это мне не запрещает?

Атлантианка хитро мне подмигнула. Почти по человечески. Это выглядело лишь слегка странно. Я перевела взгляд с Артемис на остальных:

– Так это всё розыгрыш, конфликта нет?

– А вы как думаете, виана? – прищурился Ксенон недобро, оправляя свой китель на Эмилии (и что он не может перестать его трогать? Ни одной ведь складочки! Ну, Ксенон!), его бедная ассистентка уже не знала, куда себя деть, и неловко переминалась с ноги на ногу, а Ксенон продолжал: – Наша мать кокетничает с шиарийцами, виана Алана! Разумеется, конфликт есть!

– Но мы же не животные, – хмыкнул Тарк, – уж мы дали слово сестре не драться на этой свадьбе. А с вианой Артемис мы...

– Познакомились какое-то время назад, – подхватил светловолосый Каил, щёлкнув хвостом, – и представилс прекрасный случай раскрыть наши намерения перед обществом официально.

– Мы лишь немного приукрасили, – хмыкнул Тарк, всё же неприязненно поглядывая на Ксенона, – мы не стали бы калечить детей такой прекрасной вианы.

– Калечить?! – хмыкнул Ксенон, – если бы не... обстоятельства, я бы отсек наксом хвосты вам обоим!

Шиарийцы тихонько зарычали.

Но тут где-то очень близко зашумел, явно снижаясь, мобильный военный челнок. Поднялся ветер, и тёмная ткань навеса пошла мягкими волнами.

– Срочный выезд? – Ксеноном посмотрел на свой коммуникатор, – кто позволил?! Виана Эмилия, это вы приняли сигнал и даже вызвали челнок?! Без моего одобрения!

– Я же не знала, что у вас постановка, – с чувством вздохнула Эмилия, – я... беспокоилась.

– За шиарийцев? – недобро процедил Ксенон.

Мы с Ксандром переглянулись и улыбнулись друг другу: бедная Эмилия! Правильного ответа на вопрос Ксенона не существовало. Точнее, любой ответ он принял бы в штыки. Но выражение глаз его человечки – было уж слишком хорошо мне знакомо. Кажется, я понимала эту девушку, лучше, чем очень многих. Нет, я не видела в ней себя образца шестилетней давности — у неё совсем другой характер, да Ксенон от Ксандра отличается как день от ночи, хотя их лица точно и собраны из одних и тех же черт.

– Просто в этом секторе нет других специалистов, виан Ксенон, – ответила взгляд Эмилия, – вот я и приняла сигнал. И челнок вызвала. Как положено.

– Накажу… – буркнул Ксенон. – совершенно распустились, виана Эмилия!

Эмилия покраснела ещё гуще.

***

Ксенон расщедрился на рукопожатие брату и кивок мне на прощание. И даже коротко обнял мать. Не забыл и окатить её ухажёров взглядом, в котором бурлило всё презрение атлантианского аристократического мира.

Также, я настояла, чтобы Ксенон попрощался с близнецами, ведь детям этот виан почему-то очень понравился. А после Ксенон и Эмилия улетели, с туманными обещаниями вернуться к торту, если повезёт и вызов будет несложный.

Дети же проскакали толпой через павильон с цветочным горшком в охапке, – в ресторанный сад, под мяукање механических котоидов и несчастное дрожание листиков Нестора – хм... мне кажется, или Нестор стал пушистее, чем был сегодня утром? Земля в его горшке, как я успела заметить, была свежеразрыхлённой. Дети явно туда что-то прикапывали, судя по изящной серебряной ручке от ложки с эмблемой нашего ресторана, торчащей из горшка.

Я по-атлантиански закатила глаза, сделав мысленную пометку: разобраться с этим! Завтра. Обязательно...

Артемис, Каил и Тарк ушли пить кофе – я проводила их взглядом.

– Так эм... в каких они отношениях? – осторожно прошептала я.

– Я знаю куда меньше, чем мне хотелось бы, Алана, – нахмурился Ксандра, – однако семейная жизнь мамы была... очень непростой. Пусть будет счастливой так, как она это понимает. Однако быть усыновлённым кем-то из шиарийцев мне не очень хочется.

Я фыркнула и рассмеялась.

Мой смех оборвался – на опустевшем пятачке под голографическим навесом, за фуршетными павильонами, Ксандр целовал меня. Мы остались здесь вдвоём. Гости веселились в отдалении...

Праздник будет длиться ещё долго, до следующего утра! Гости будут гулять, и...

Муж подхватил меня на руки, я обняла его за шею.

Всё, что произошло – того стоило! И я знаю, что мы с мужем будем показывать друг другу поступками взаимную любовь всю жизнь! И уж если атлантианское сердце безупречного холодного виана Ксандра сдалось мне, слабой человеке, (как и сердца многих вианов Атлатни) оказались похищены якобы слабыми человеческими женщинами...) пожалуй, Атлатнию и Союз ждёт блестящее будущее. А мы за этим проследим!

Но это всё потом. А сейчас — моя любовь, мой муж, который целует меня, держа на руках, и я чувствую себя такой маленькой и хрупкой, но при этом ощущаю в себе великую власть — с которой мне надлежит обойтись благоразумно. Этот атлантианец сделает меня счастливой... нет, уже сделал! И я буду отвечать ему взаимностью каждый день! И начну прямо сейчас...

Поцелуй Ксандра становится всё горячее и я совсем не против и поощряю этот огонь. Надеюсь, если мы исчезнем с банкета на часик — атлантианские гости сочтут этот приемлемым. А если нет — что ж, не повезло им!

У нас в распоряжении не только это торжество. У нас впереди – вся невероятная, по-атлантиански долгая жизнь.

Конец