– Я люблю тебя, Алана... – вдруг привлёк меня к себе Ксандр. Я пересела к нему на колени, никого не стесняясь. И отдалась вкусному медленному поцелую мужа.

Потом он взял меня на руки и перенёс в смежный павильон – в беседку оборудованную под танцпол, утопающую в белых цветах и золотистых кофейных зёрнышках по периферии танцевальной площадки. Здесь нежная музыка звучала чуть громче... Ксандр закружил меня в медленном текучем танце. Я не знала этот танец, но все нужные движения словно знало моё тело. Я танцевала с мужем и отвечала на его нежные поцелуи...

Я почти забыла обо всём.

Но вдруг Ксандр сказал:

– Полчаса прошли, Алана. Как одно мгновение, но всё же...

– Что? Ксандр, ты о чём?

– Ксенон. Братья Эви. Нам пора разнять драку... впрочем, не обязательно слишком спешить, им полезно выпустить пар немного. И потом, с ними ваша Артемис, она проследит, чтобы...

– Эта юная девочка? – я взяла Ксандра за руку, переплетя свои пальцы с пальцами мужа и решительно потянула его из танцевальной беседки, – нет- нет, мы не можем допустить, чтобы виана Артемис их разнимала! Ксандр, эта задача не по ней!

– Атлантианцы выглядят юными довольно долго, Алана. Ты теперь тоже будешь в атлантианском темпе проживать фазы...

Я, слушая вполуха, упорно продолжила тянуть мужа в назначенное место “дуэли”, за павильоны, под высокий навес, который создавал иллюзию тёмной ночи и даже мерцал искусственными звёздами. Здесь вращались галактики и периодически проплывали серпантины голографических наксов – согласно плану, это была фотозона... Но теперь, видимо, будет ринг! Именно здесь и планировалась драка, о которой я напрочь забыла!

Девятнадцать там лет этой Артемис или двадцать восемь (едва ли больше в пересчёте на человеческий возраст) – неважно. В любом случае бросать её с кучей агрессивных мужчин – не вариант!

***

Я ахнула и затормозила, Ксандр ласково обнял меня за плечи.

А я взирала на открывшуюся картину:

Сияли зелёные вспышки. Свистели чёрный и серебряный хвосты. Изменившееся зрение – благодаря атлантианскому генетическому фактору, полученному от детей – позволяло мне рассмотреть всё. Будь я человеком, это было бы как телепортация. Вот чёрный хвост Тарка проносит на манер жалящего хвоста скорпиона. Ксенон от него с удивительной грацией уклоняется и остаётся стоять позади черноволосого шиарийца. Но тут же делает бросок серебряный хвост Кайла, Ксенон оборачивается и вскидывает накса, принимая удар ровно на центр трости.

О, нет–нет–нет нет! Мы опоздали! Они правда дерутся!!!

Близ украшенного белыми цветами арочного входа под навес, под вспышками голографических звёзд и боевых пси-разрядов, в десятке шагов от импровизированного ринга, замерла юная виана Артемис. Она сосредоточенно следила за дракой. Рядом с ней, едва не соприкасаясь плечами, стояла виана-человечка Эмилия – ассистентка Ксенона. Она прижимала к груди... ха! — и правда, китель Ксенона, и также внимательно следила за боем, больше похожим на высокое искусство.

Атлантианка Артемис и человечка Эмилия были очень разными, но чем-то очень перекликались по типажу лиц. Видимо гармония черт не имеет видовой принадлежности. Просто они оба были хороши собой на свой специфический манер, и это удивительным образом добавляло им сходства.

Но, визуально оценив зрителей – я сосредоточилась на непосредственных участниках потасовки. Двух шиарийцах и одном атлантианце.

Что-то было не так. Что-то не вязалось.

Хм... Я запустила режим “атлантианской аналитики”– этот образ мыслей был в новинку для меня. Пока он ощущался моим мозгом как череда воздушных ям в полёте на несовершенном аэромобиле. Но находит очевидные закономерности в том, что я ещё недавно как человек считала рядом случайностей, – было приятно. Как съесть кусочек шоколадки. Только более искристо. Хоть и коротко.

Я всмотрелась в поединок.

Вот оно: ни царапины ни на ком! Два шиарийца и атлантианец дерутся: где кратеры в полу от психонческого противоудара? Где порезы от хвостов и сломанные ими ноги-руки Ксенона? Где укушенные раны от накса и струйки крови из носа и ушей шиарийцев, какие бывают от ментального удара атлантианца? Даже голографический рисунок на потолке не сбоит!

– Ну всё... – очень тихо произнесла Артемис, но голос её набрал силу, и она договорила неожиданно решительно, почти строго. — Хватит! Алана догадалась.

Дерущиеся тут же замерли, встали спокойно. Все как один посмотрели на меня.

Хм. Пока непонятно! Я скрестила руки на груди. Ксандр обнял меня, невесомо поцеловал в висок и повёл к не особо запыхавшимся “гладиаторам”:

Шиарийцы посмеивались. Ксенон саркастично закатил глаза и вдруг стремительно подошёл к Артемис и Эмилии. Ассистентка, дрожащая крупной дрожью, протянула ему его китель. Ксенон же помедлил прежде, чем принять, и раздражённо произнёс:

– Вы что, дрожите, виана Эмилия? Издеваетесь? И не надейтесь заболеть. Я не позволю вам открыть лист нетрудоспособности!

Продолжая бурчать, Ксенон, игнорируя всех, завернул в свой китель ассистентку и, лишь оправив на ней ткань как считал нужным, вновь развернулся к нам. С типичной атлантианской высокомерной миной на совершенном лице.

Я шумно выдохнула. Никто не убился. Даже не пострадал. Но они успели пощекотать мне нервы!

– Я хотел сделать тебе сюрприз, жена моя, – проговорил Ксандр, указывая на присутствующих. Двух шиарийцев, атлантианку, атлантианца и человечку.

– Эм… какой?

– В атлантианском обществе очень строгий этикет. Никто из моей семьи не посещал нашу свадьбу. Это нормально в нашей культуре. Но из блока моей… а теперь нашей общей памяти ты знаешь, что мой отец в стазисе, после того как накс решил покинуть его и перейти ко мне. А моя мама… была вынуждена, следуя аристократическому протоколу, удалиться из общества. Не посещать мероприятия. Вообще никакие.

– Я думала, она не хотела приходить, потому что я… человечка. И пропустила свадьбу по той же причине, что и твой брат. Про которого я кстати даже не знала… – пробормотала я.

– Всё непросто, моя Алана. Как тебе известно, атлантианцы в массе своей привязаны к протоколам. Рабочими и светским. Мы отучаемся, ломаем их тяжело и долго. Частенько это происходит с помощью людей.

– Пока не понимаю к чему это, Ксандр…

– Мама хотела тебя увидеть. А я прочитал в руководстве по человеческой психологии, что люди лучше фиксируют воспоминания на пике эмоций. Задача была причинить тебе стресс, но небольшой. Безопасный. Ведь ты в положении. К тому же я тебя люблю и счёл излишний уровень дискомфорта неприемлемым. А вот драка не самых близких тебе шиарийцев и атлантианца – идеальное обстоятельство. Я титровал… И следил за твоим дыханием, сердцебиением.

– Ксандр, объясни уже! – взмолись я. – Я не настолько атлантианка!

– Познакомься с моей матерью, Алана, – указал Ксенон в всей сторону разношёрстной компании – участников недавней драки и “группы поддержки”.

– С кем?! – нахмурилась я, ещё раз обводя взглядом коллектив.

– С нашей матерью, – раздраженно поправил Кенон, убирая невидимые пылинки с кителя, в который была завернута уже почти от смущения виана Эмилия.

– Разумеется. С нашей матерью, – согласно повторил Ксандр.

Виана Артемис выступила вперёд. Шиарийцы не отводили от неё взглядов, выделывая хвостами мягкие восьмёрки.

– Алана… – внимательно посмотрела виана-организатор мне в глаза, – протокол запрещает мне… многое. Поэтому я пришла на свадьбу как организатор. Я хотела посмотреть на тебя. И на своих внуков. Мой младший сын также визитами меня не балует, так что это заодно был редкий шанс увидеть и этого вечно занятого ребёнка.

Я нервно коротко рассмеялась.

Что?! Это? Эта? Эта девочка? Это мама Ксандра и Ксенона? Сколько же ей лет?! О, стоп. Лучше мне не знать.

Я на миг прикрыла глаза и ворвалась в архив памяти. Сопоставила всегда размыгтую картину из пси-слепков воспоминаний Ксандра и написанный красками в каком-то там странном стиле семейный портрет, который висел в нашем доме до моего побега пять лет назад, и… меня как по голове ударили: это же правда она! ОНА!