Десять месяцев спустя

Бледное зимнее солнце давно закатилось, но они все еще были в ловушке этого бесконечного собрания. Ужин принесли и уже унесли обратно, один из министров уснул прямо в кресле, и Равенна начала всерьез опасаться, что скорее наступит весна, чем эта встреча закончится.

Обычно Равенна обожала спорить. Посещение подобных совещаний стало для нее чем-то вроде любимого хобби, особенно после того, как она досконально изучила все темы. Отец всегда советовал знать об их враге или новой местности как можно больше; Равенна приняла это близко к сердцу и всегда держала наготове вопросы для министров.

Однако сегодня именно вопросы — вернее, перепалка — министра образования и министра горнодобывающей промышленности пригвоздили всех к местам. Тема была важной: обнаружили новую золотую жилу, но прежде чем углубляться в гору, министр горного дела должен был получить разрешение Валлека и свериться с архивными записями. Золото — это прекрасно, но оно не стоило того, чтобы обрушить город ради его добычи.

Как и во многих других вопросах, министр образования придерживался осторожного подхода. Он принес графики, карты и результаты изысканий, доказывая, что старые данные ясно указывают: копать там, где они хотят, опасно. Министр горного дела возражал, утверждая, что вся имеющаяся информация безнадежно устарела, так как была собрана еще в начале правления Мордиса, лет тридцать назад.

С обеих сторон звучали веские аргументы, и, хотя обычно Равенна с удовольствием включилась бы в дискуссию, сегодня она хотела только одного — чтобы все это поскорее закончилось.

Она была не в духе еще до начала собрания.

Валлека вызвали рано утром: городской гарнизон доложил о странных объектах в небе. Большая часть утра ушла на то, чтобы собрать стражников, якобы видевших что-то необычное на горизонте, и выставить дополнительные посты.

В итоге Равенна осталась в постели одна. Разумеется, она привыкла к его ранним подъемам. Большую часть дней он придерживался строгого графика: вставал на рассвете, чтобы тренироваться со своими берсерками. Однако сегодня его вызвали задолго до зари — так рано, что они даже не успели заняться привычными утренними делами.

Дело было не в том, что ей каждое утро жизненно необходим его член; просто она к этому привыкла. За то время, что она была парой, женой и королевой Валлека, она привыкла к определенному укладу жизни, который включал в себя начало дня с восхитительного оргазма.

Равенна опасалась, что из-за этой потери весь день вела себя как настоящая стерва.

Пока министры продолжали по кругу обсуждать одни и те же пункты, Равенна украдкой взглянула на своего азаи. Даже будучи не в духе, она едва сдержала улыбку, заметив, каких трудов ему стоит скрывать скуку. Она одобряла его рассудительность — горное дело было слишком важным вопросом, чтобы принимать поспешные решения. И все же у него были и другие важные дела.

Например, она.

Ерзнув на стуле, Равенна позволила магии скопиться у своих ног. Слушая дебаты министров лишь краем уха, она направила магический поток по полу к сапогам Валлека. Мягкими спиралями магия скользнула вверх по его ногам — нежные, дразнящие ласки.

Сначала она не была уверена, что он что-то почувствовал. Но когда магия пробралась под тунику и сосредоточилась у его члена, все еще скрытого брюками, он выпрямился. Откашлявшись, Валлек бросил на нее быстрый суровый взгляд. Она ответила усмешкой и приподнятой бровью.

Равенна сразу узнала этот вызов в глазах своего мужчины. Валлек снова откинулся на спинку стула и, выпрямив спину, изобразил внимание к министрам.

Щеки ее вспыхнули от возбуждения. Она так любила дразнить его.

Пошевелив пальцами под столом, Равенна задала магии направление. Она ласкала его бедра и живот, закручиваясь теплыми вихрями в паху. Невидимая для окружающих, магия поднялась к груди, дразня соски и свежий след от укуса, который она оставила всего три дня назад.

Он держался достойно, гораздо дольше, чем она ожидала. На самом деле, он так долго сохранял стоическое спокойствие, что Равенна сама начала ерзать. Она незаметно скрестила ноги, плотно сжав бедра, чтобы совет не почувствовал запах ее растущего возбуждения.

Наконец, решив, что пора ставить точку, она снова собрала магию у его члена. Через эфемерное касание она чувствовала, как сильно он возбужден — тяжелый бугор упирался в ткань штанов. Равенна усилила давление, заставив магию мягко надавить на головку.

Валлек поперхнулся, а затем громко прокашлялся.

— Я ценю тщательность ваших аргументов, — произнес он. — Но полагаю, мы обсудили все возможное. Начните новые изыскания в шахтах, и если это окажется безопасным, весной мы откроем новый штрек.

Она шутливо щелкнула его магией по подбородку. Ну вот, разве это было так трудно?

Министры поклонились, даже представители образования и промышленности выразили согласие. Вопрос был решен, и чиновники начали собирать вещи, прощаясь охрипшими от долгого спора голосами.

Валлек и Равенна отвечали на поклоны кивками и словами благодарности. Равенна безмятежно улыбалась каждому орку, проходившему мимо. Было непросто, но она старалась не выглядеть слишком самодовольной из-за того, что добилась своего. Даже в городе орков ей это часто удавалось, так или иначе, но триумф всегда был слаще, когда ради него приходилось потрудиться.

Наконец за последним министром закрылась дверь, и Равенна осталась наедине со своим азаи. Она повернулась к нему, не удаляя с губ безмятежной улыбки.

Валлек отодвинул стул, и ножки скрежетнули по деревянному полу.

— Иди сюда. Сейчас же.

Вздрогнув от командных ноток в его голосе, Равенна поднялась. Она не спеша перекинула волосы через плечи и кокетливо направилась к нему. Когда она оказалась достаточно близко, он рывком притянул ее к себе, прижав поясницей к краю стола.

— Несносная девчонка, — прорычал он, одновременно расстегивая ремень.

— Я всегда была и остаюсь лишь твоей любящей и преданной женой, — парировала она, задирая юбки.

Широко расставив ноги, Валлек откинулся на сиденье, одной рукой высвобождая напряженный член. Перехватив его у основания, он приказал:

— Доводи дело до конца, пикси.

Закусив губу, Равенна оседлала своего властного мужа, упершись коленями по обе стороны от его бедер. Придерживая юбки, она наблюдала, как он проводит головкой по ее плоти.

Оба вздрогнули от контакта. Его ладонь скользнула по ее бедру к бедру, а она уперлась рукой в его грудь для равновесия.

— Боги, ты же горишь, — простонал он.

— Ты оставил меня такой, — надулась она. — На весь день.

Валлек понимающе хмыкнул.

— Так вот в чем дело? Месть за то, что я ушел из постели?

Равенна наклонилась и накрыла его губы яростным поцелуем. Укусив его за нижнюю губу, она прошептала:

— Мне не нужна месть. Больше нет.

Он весело фыркнул.

— Сомневаюсь, что могу в это поверить. С твоим-то коварным умом.

— Это правда. А теперь, ты трахнешь свою многострадальную королеву до беспамятства или мне начинать без тебя?

В его груди зазвучало вибрирующее урчание, когда он пристроил головку у ее влажного входа. Схватив ее за бедра, Валлек потянул ее вниз, одновременно толкаясь вверх — беспощадное вторжение, которое не прекращалось, пока он не вошел в нее полностью.

Голова Равенны откинулась назад, рот открылся в безмолвном крике.

О, боги, как глубоко.

Она вонзила когти в его тунику, пытаясь удержаться, пока он начинал двигаться. В этом не было ни нежности, ни изящества. Он двигался в ней как истинный брутальный военачальник, каждым толчком растягивая ее до предела. Равенна подпрыгивала на его коленях, стараясь лишь удержаться, и отчаянно двигала бедрами, пытаясь поспеть за его ритмом.

Рычание стало единственным предупреждением. Резко подавшись вперед, он подхватил ее под колени и уложил спиной на стол. Широко разведя ее ноги, он снова перехватил ее за бедра, притягивая к себе при каждом мощном толчке. Его неземные голубые глаза блестели от удовольствия при виде того, как она раскинулась на столе для его утехи.