Подавшись вперед, он положил ладони на стол. Собравшиеся затихли, подаваясь навстречу, чтобы лучше слышать решение. Придав голосу серьезности, Валлек произнес:

— Я не хотел бы очернять узы между Кальдебраком и Иннриндомом. Хотя Балмирра издавна была престолом нашего народа, это не делает ваши крепости и людей менее важными. Если я отдам предпочтение одной стороне, это может вызвать… неприятный осадок.

Его слова встретили вздохами и ударами кулаков по столу. Хротгар вскочил на ноги — куда проворнее, чем позволял его возраст, — и его иссеченное шрамами лицо исказилось от возмущения. В зале вспыхнула перепалка; сторонники и противники Хротгара загалдели наперебой. Ульрих вскочил, пытаясь всех перекричать, а Эйдис устало откинулась на спинку стула и потерла висок, бросив на Валлека хмурый взгляд.

Раздраженный Валлек поднял стоящий рядом Гормхим и с грохотом опустил обух на пол.

— Довольно!

Хротгар свирепо уставился на него.

— К чему ты клонишь, малец? Мои девки недостаточно хороши для тебя?

Валлек ответил старому вождю холодным взглядом.

— Следи за языком, старик. Помни, с кем говоришь.

Хротгар фыркнул, недовольно поджав губы, но сел на место. Рульф помалкивал, хотя вид у него был не менее бунтарским. Похоже, ни одна из сторон не была рада новостям. Валлек надеялся, что горечь от того, что никто не выиграл, будет смягчена тем, что никто и не проиграл, но, увы, это было не так.

— Я не жду, что вы уйдете ни с чем, — продолжил Валлек, заметив, как все навострили уши. — Вместо свадьбы с одной из ваших дочерей я предлагаю Кальдебраку и Иннриндому прислать эмиссаров в мой совет. Ваши мнения и заботы будут услышаны без необходимости расставаться с родней. Я также предлагаю укрепить торговые соглашения между нашими великими городами. Пусть наш народ богатеет и процветает благодаря нашему союзу.

Это вызвало одобрительный гул — результат куда лучший, чем крики.

— Я надеюсь, что эти эмиссары сформируют совет, который, помимо прочего, обеспечит взаимную помощь на всех территориях.

Последняя «морковка» заставила многих удивленно вскинуть брови. Он не был первым балмиррским вождем, пытавшимся объединить земли в королевство. И не первым, кто обещал взаимовыручку. Несмотря на общий язык и культуру, орки оставались племенным народом. Необходимость подчиняться другому клану вызывала раздражение; в прошлый раз, когда вождь Балмирры пытался править всеми, многие покинули территории, создав независимые изолированные племена на дальнем востоке орочьих земель.

— Если мы хотим выжить в этом мире, орк должен защищать орка. Я клянусь, что Балмирра придет на помощь любому, кто в ней нуждается. Но этого мало. Угрозы за нашими границами касаются нас всех, а значит, и встречать их мы должны вместе. Единым фронтом.

Хротгар хмыкнул.

— Ты ждешь, что я пойду на войну ради Кеннума?

— Если войны не избежать, то да. Так же, как я жду, что Кеннум и Кальдебрак пойдут на войну за иннринцев.

Старый вождь не перестал хмуриться, но Валлеку показалось, что выражение лица Хротгара едва заметно смягчилось — старик задумался. Валлек поднялся со своего места, и остальные поспешили встать вслед за ним.

— Подумайте над этим, милорды.

Валлек уже собирался уйти, сгорая от нетерпения увидеть свою пару, но Рульф спросил:

— Значит ли это, что ты никогда не возьмешь королеву?

Игнорируя уничтожающий взгляд Ульриха, Валлек ответил:

— На данный момент трон останется только моим.

Это было все, что он мог пообещать. Сегодня пусть переваривают выгоды объединения. Завтра ему придется заставить их проглотить новость о паре-полукровке.

Планировать было легко, но к моменту возвращения в свои покои Валлека одолели сомнения. Если объединение земель казалось трудным делом, то оно наверняка поблекло бы в сравнении с попыткой заставить новых союзников принять Равенну — полукровку-фэйри, ради которой он отверг благородных орчих. Проклятье, ну и головная боль.

Но когда он увидел Равенну, спешащую ему навстречу и горящую желанием узнать новости, раздражение улетучилось. Она могла этого не знать, никто мог этого не понимать, но в душе Валлека крепло подозрение: его «пикси» станет могущественным союзником и защитницей королевства. Она будет не просто парой — она станет грозной королевой.

Когда она подошла ближе, он поймал ее руку и поднес к губам.

— Здравствуй, скала.

— Ну, как все прошло? — спросила она, пропустив приветствия.

Коротко рассмеявшись, Валлек устроил ее руку на сгибе своего локтя и повел в гостиную. Они устроились на привычном месте: Валлек сел в свое кресло и притянул Равенну к боку. Он пересказал ей ход встречи и свои предложения. По мере его рассказа темные брови девушки взлетали все выше.

— Ты серьезно? — прошептала она.

— Даю слово. Как король и как твой азаи.

— Но ведь было бы намного проще просто… — Отдать меня, — закончила она про себя.

Да, это было бы проще. Однако…

— Я никогда не боялся трудностей. — Он нежно заправил прядь ее длинных волос за изящное острое ушко. — Ты стоишь этого и даже большего, крошка.

Она наградила его тем самым лавандовым румянцем, который он так полюбил.

— Как думаешь, что нам делать дальше?

Хотя он был готов сразиться с самим Всеотцом ради своей пары, он понимал, что не обязан действовать в одиночку. В этом союзе их двое, и в борьбе за признание они должны быть вместе.

Равенна, казалось, удивилась вопросу.

— У меня не было видений на этот счет, — призналась она. — Я не знаю, как поступят другие вожди.

— Я спрашиваю твое мнение, любовь моя. Видение, конечно, пришлось бы кстати — ему нужен был запасной план на случай, если Хротгар отвергнет все условия, — но сейчас его интересовали ее собственные мысли. Ее румянец стал гуще, словно она не ожидала, что он спросит ее совета. От осознания этого Валлеку стало не по себе. Он не хотел, чтобы она думала, будто нужна ему только для постели. Это никуда не годилось.

Возможно, потребуется время и искусная политика, но Валлек твердо решил: она будет принадлежать ему во всем и до конца жизни. Таков закон связи азаи, и он не собирался от него отказываться только потому, что сидел на троне.

Немного подумав, Равенна сказала:

— Если кто-то из вождей откажет тебе, проводи их домой. Скажи, что это ради их безопасности, и возьми с собой внушительный отряд. По пути очаровывай их. Когда прибудете в Кальдебрак или Иннриндом, останьтесь там на какое-то время. А когда будете уезжать, отправляйтесь к племенам на востоке. Если заручишься их преданностью, Кеннум и Хротгар сами вернутся за твой стол.

Валлек восхищенно выдохнул. Она говорила так уверенно, с такой убежденностью, будто это было видение. А может, так оно и было. Видение иного рода. Валлек улыбнулся и, притянув ее к себе, коснулся губами виска.

— Умница моя. Ты еще поможешь мне завоевать мое королевство.

16

Так Равенна получила гораздо больше свободы, чем когда-либо рассчитывала. Впрочем, «свобода» — слово громкое. Скорее, ей просто расширили границы дозволенного за пределами покоев Валлека.

Ее мимолетный совет всего за три дня обернулся полноценным военным походом на Иннриндом. От того, как стремительно все планировалось, голова шла кругом; Эйдис была истинным мастером своего дела.

Хотя Хротгар и представители Кеннума нехотя приняли условия Валлека, тот счел необходимым лично проводить старого вождя до дома. Чтобы «закрепить пройденное», как выразился сам Валлек. Таким образом, по пути к восточным племенам, которые он наконец вознамерился привести к покорности, Валлек сопровождал отряд Хротгара.

Точнее, почти всех. Хротгар проявил хитрость и выбрал одну из своих дочерей, Ифеллу, своим эмиссаром. Очевидно, он надеялся, что лишнее время в Балмирре рядом с Валлеком убедит того: королева из рода Иннрини — идея, заслуживающая внимания. Другая его дочь и племянница тоже не упускали случая: каждый вечер во время ужина они вовсю кокетничали с Валлеком и пускали в ход все свое обаяние.