Притянув её ближе, он улыбнулся ей.

В уголках её рта он видел притаившееся волнение, но она смотрела на него прямо, упрямо вскинув подбородок в этой своей вызывающей манере.

Храбрая моя девочка.

Вместе они повернулись к шокированному двору. Десятки широко раскрытых глаз смотрели на них, у многих от изумления отвисли челюсти.

Слегка сжав руку Равенны в знак поддержки, он объявил собравшимся и всему миру:

— Зверь обрел пару, а ваш король — свою королеву.

Ответом на его слова была тишина, но на этот раз куда более холодная. Азартное ожидание испарилось; теперь многие выглядели сбитыми с толку, даже озадаченными. Но не разгневанными. Валлека это устраивало.

Он услышал, как Равенна глубоко вздохнула, и рядом с ним она произнесла клятву, которую они репетировали последние три дня.

— Я, Равенна Брох, клянусь в верности трону Балмирры, народу Балмирры и сердцу Валлека Дальнозоркого. Защита королевства станет моим долгом, а служение народу — честью. Я — Равенна Брох, пара Валлека Дальнозоркого, и для меня будет честью стать вашей королевой.

На две головы ниже любого орка, с лиловой кожей, так ярко выделявшейся на фоне его зеленой шкуры, она стояла прямо и гордо, произнося слова так, чтобы их услышал каждый древний камень базилики.

Боги, как же он любил эту женщину. Пожалуй, он заставит её повторить всё это сегодня ночью, в тишине их спальни.

Её слова встретили новой тишиной. Похоже, он действительно их огорошил.

— Некоторые из вас знают леди Равенну как коун, состоявшую у меня на службе. Последние годы она помогала мне приносить процветание и единство нашему королевству. С ней рядом Балмирра вступит в новую эпоху. — Жестом подозвав Эйдис, которая несла шкатулку, Валлек произнес. — Найти свою пару — это дар, а быть признанным ею — честь.

Открыв шкатулку, Эйдис поднесла Равенне золотой торк, лежавшую на бархатной подложке. Это украшение он заказал больше десяти лет назад, надеясь однажды встретить свою пару. Прошли годы, повода надеть ее так и не представилось, и Валлек не открывал эту шкатулку лет семь.

Гладкая поверхность оплечья ярко блестела, два крупных рубина по краям подмигивали с бархата. Равенна подняла украшение, а Эйдис отступила, оставив их двоих на помосте.

Когда Равенна снова посмотрела на него, на её губах играла искренняя улыбка. Ему понравился собственнический блеск в её глазах — ей явно было по душе заявить на него права перед всеми.

«Я твой», — беззвучно произнес он одними губами.

Она приподнялась на цыпочки, а он наклонился к ней.

— Это фарс!

Толпа ахнула и зашумела, расступаясь перед говорившим. Это был Грогар, порывистый молодой орк знатного происхождения. Он стал главой дома слишком рано и чрезмерно гордился богатством и престижем, которые накопил не он, а его предки.

Валлек уже скривился, готовый осадить наглого щенка, но тут раздался другой голос.

— Это правда, что она из фэйри? — потребовала ответа леди Сильвия.

Новые вздохи в толпе, на этот раз возмущенные.

— Я наполовину фэйри, — признала Равенна, — но никогда не была верна Фэйрилэнду.

— Ты заставишь нас склониться перед полукровкой? Перед фэйри? — выплюнул Грогар.

— Да, — прорычал Валлек. — Вы склонитесь перед моей парой, вашей королевой.

Грогар покачал головой.

— Не склонюсь. Я бросаю вызов за право быть вождем.

Несколько голосов в толпе выкрикнули слова поддержки, и Грогар самодовольно ухмыльнулся.

Валлек обменялся взглядами с Эйдис поверх головы своей фэйри. Значит, такова его игра. Грогар был не единственным молодым паладином, желавшим пожинать плоды трудов Валлека, но он оказался самым смелым. Или самым глупым.

Вслед за ним вышли еще трое, выкрикивая свои имена в знак вызова.

Даже один из восточных вождей, представитель Железногрудых, шагнул вперед:

— Восточные кланы не признают королей. И склоняться перед королевой-полукровкой мы тоже не станем.

Еще несколько орков выступили вперед с похожими заявлениями.

Валлек насчитал дюжину претендентов. Неплохо. Честно говоря, он ожидал большего.

— Что ж, — провозгласил Валлек, и его ответная улыбка больше походила на оскал.

Он начал расстегивать свою нарядную тунику, но ногти Равенны впились в его предплечье.

— Валлек… — прошептала она, на её шее отчетливо билась жилка.

— Стой здесь, — шепнул он. — Это не займет много времени.

На его браваду она ответила лишь плотно сжатыми от тревоги губами. Валлек поцеловал её в лоб, скинул тунику и мантию, бросив их на трон, и взял Гормхим, стоявший рядом с великим креслом.

— Я принимаю ваш вызов, — провозгласил Валлек, спускаясь с помоста. — Все вызовы сразу. И когда я одержу победу, вы все — каждый из вас — преклоните колени и присягнете на верность. Мне и моей королеве-фэйри.

По знаку Валлека стражник пересек базилику и подал Грогару топор. Толпа отхлынула к великим колоннам из красного известняка, освободив место для поединка. Остальные одиннадцать выскочек сгрудились за спиной Грогара; некоторые из них занервничали, когда лишились защиты толпы.

Когда другой стражник предложил Валлеку свежий топор, тот отказался.

У Грогара дернулась бровь, и Валлек хищно улыбнулся. Ему не нужно новое оружие, чтобы сокрушить этого юнца — он справится и тем, чьё лезвие было сточено почти до обуха.

На своем веку Валлек принял немало вызовов, большинство из них — в первые годы правления. С момента последнего прошло немало времени, но этот не стал неожиданностью. Как и во все прошлые разы, он победит.

Он победил Мордиса ради сестер.

Он сокрушил всех последующих претендентов ради королевства, которое хотел построить.

Сегодня он победит ради своей пары.

Маттиас вышел вперед, чтобы убедиться в готовности сторон и в том, что правила поединка будут соблюдены. Никакого другого оружия. Никакой помощи извне. Жизнь побежденного — в руках победителя.

Зверь внутри него взвыл, и Валлек бросился в атаку.

Их топоры встретились со скрежетом и искрами, которые отразились в яростном взгляде Грогара. Юнец растерял свою спесь — до него наконец дошла серьезность происходящего. Капля пота скатилась по его виску, пока он изо всех сил пытался отразить напор Валлека.

Валлек фыркнул, полоснув клыками у самого лица Грогара. Младший орк зарычал, лицо его исказилось от ярости.

Наконец Валлек решил закончить игру.

Навалившись всей своей сокрушительной мощью, он едва не согнул Грогара пополам. Ноги того дрожали, удерживая вес атакующего. Грогар взревел от нечеловеческого усилия и резко отпрянул, выходя из-под удара Гормхима.

Он попытался разорвать дистанцию, чтобы начать свою атаку, но Валлек уже был там, обрушив Гормхим с силой, от которой едва не треснуло топорище Грогара. Тот едва успел подставить лезвие; его руки дрожали, как горные осины на ветру.

Резким рывком Валлек высвободил Гормхим, крутанул его за спиной и ударил Грогара в живот тупым концом рукояти. Юнец закашлялся, из него выбило дух, и он пошатнулся. Следующий удар лезвием выбил топор из его рук; зрители в страхе бросились врассыпную.

Хватило одного пинка, чтобы повалить Грогара на пол. Поставив сапог на грудь орка, Валлек приставил лезвие к его горлу.

Паладин смотрел на него в полном шоке, прерывисто дыша.

Валлек долго стоял над ним, давая возможность осознать последствия выбора, и наконец цыкнул.

— Милосердие, — вздохнул он. — И будь благодарен за него.

Отступив, он позволил друзьям Грогара поднять его. Те поспешно уволокли его обратно в толпу.

Носком сапога Валлек подтолкнул чужой топор к группе оставшихся претендентов — которая, что характерно, уже заметно поредела.

— Следующий.

Один за другим они повторяли ту же участь: на лопатках, с Гормхимом у горла или живота. Некоторые сопротивлялись активнее других, особенно воин из Железногрудых. Их дуэль по-настоящему раззадорила кровь Валлека: они кружили по базилике добрых десять минут, обмениваясь яростными ударами. Именно восточному вождю удалось оцарапать Валлеку щеку; кровь потекла по шее, пачкая воротник.