— Я ищу своих друзей. Интересно, сможете ли Вы помочь мне найти их, Лорд Ноктис?

Ноктис несколько раз моргнул, затем посмотрел на Санни, Кая и Эффи со странным выражением лица. Наконец, он ответил осторожным тоном:

— Конечно! С радостью. Но… э-э… ты, возможно… не знаешь, как выглядят твои друзья, где они находятся и как их зовут? Если да, то найти их будет… сложно.

Касси наклонила голову, помолчала несколько мгновений, а затем ответила с некоторым замешательством:

— … Как я могу не знать? Я ищу четырехрукого демона, калеку со скрипучим голосом и маленькую девочку. Их зовут Санлес, Соловей и Воспитанная Волками. Они должны быть здесь, в вашем Святилище, милорд, или, по крайней мере, не так давно посещали его.

Ноктис лучезарно улыбнулся.

— Конечно, как ты могла не знать? Не знать что-то подобное было бы очень странно! Боги, наконец-то, кто-то нормальный… четырехрукий демон, говоришь? Четырехрукий… четырех… хм…

Голос колдуна прервался, а затем он медленно повернулся к Санни, казалось, силясь сказать что-нибудь еще.

Но прежде чем он успел заговорить снова, раздался звук маленьких ножек, ступающих по мягкой траве, и маленькая фигурка столкнулась с молодой женщиной, обнимая ее с нечеловеческой силой.

— Касси! Ты жива!

Несмотря на то, что слепая девушка могла видеть на несколько секунд вперед и должна была знать, что Эффи собирается схватить ее, на ее красивом лице все равно появилось недоуменное выражение. Она застыла на несколько секунд, а затем нерешительно опустила руку, чтобы погладить девочку по голове.

— Мм… да, да. Я тоже рада тебя видеть, Эффи…

Маленькая девочка уставилась на Касси, а затем сделала надутое лицо:

— Какого черта, Касси? Разве это справедливо? Санни был маленьким, но стал высоким, Кай был красивым, но стал отвратительным, а я… не будем об этом… но ты и раньше была красивой, а теперь стала еще красивее! Что за несправедливость!

Девушка мягко улыбнулась, а затем крепко обняла девочку.

— … Почему же? Я думаю, что ты тоже стала очень красивой.

Ноктис уставился на все это, затем посмотрел на Санни с необъяснимым выражением. Бессмертный колдун колебался пару секунд, а затем осторожно спросил:

— Ах, Санлес… эта прекрасная жрица тоже одна из твоих друзей?

Санни взглянул на него, а затем поднял изумрудный амулет.

— Да… последний друг, которого я хотел найти. Ее зовут Песнь Падших.

Ноктис некоторое время молчал, затем отвел взгляд и пробормотал едва слышным шепотом:

— Клянусь Луной… Наверное, мне действительно нужно улучшить свои навыки приобретения друзей. Иначе я больше не смогу называть себя самым дружелюбным человеком во всем Королевстве Надежды…

Услышав это, Санни улыбнулся. У него была на то причина.

Их маленькая когорта… наконец-то снова была вместе.

Вскоре все четверо собрались в комнате Санни. На столе было много еды и чайник ароматного чая. Они мирно ужинали, не обсуждая ничего важного… но вскоре пришло время серьезного разговора.

Никто из четверых не выглядел слишком обрадованным этой идеей, возможно, потому, что это означало бы пересмотреть свой опыт в Кошмаре и открыть раны, которые едва успели затянуться. Каждый из них скрывал множество невидимых шрамов… никто из четверых не пережил эти три месяца невредимым.

Эффи несколько мгновений смотрела на свою пустую тарелку, а затем вздохнула.

— Разве мы не можем просто отдохнуть несколько дней, прежде чем приступить к работе? Мир не рухнет, если мы возьмем небольшой отпуск… э-э, я так думаю…

Санни посмотрел на своих друзей — девушку с синяками, калеку с изуродованным лицом и красивую молодую женщину, чьи пустые глазницы были закрыты черной тканью — и медленно покачал головой.

— Если мы это сделаем, Ноктис может стать… нетерпеливым. Я обещал дать ему ответ после того, как найду своих друзей. Он уже был достаточно милостив, чтобы воздержаться от того, чтобы убить меня, поместить мою душу в куклу… или швабру… и приказать ей отдать ему ножи. Так что нам лучше не мешкать.

Касси слегка повернула голову и спросила, ее глубокий, приятный голос все еще звучал странно и незнакомо:

— Ответ? На какой вопрос?

Санни скорчил гримасу, затем отвел взгляд.

— … Верно. Все вы, наверное, уже поняли, в чем заключается конфликт этого Кошмара. Надежда, Демон Желания… Ноктис готовится восстать против воли богов, убить остальных бессмертных и разорвать ее цепи. И мы должны либо помочь ему достичь своей цели, либо каким-то образом помешать Надежде сбежать. Первое кажется безумием, а второе… второе кажется невозможным, учитывая, что она уже способна влиять на мир из своей тюрьмы.

Он вздрогнул, помолчал несколько мгновений, а затем добавил:

— Каждый из бессмертных представляет — или, скорее, воплощает — одну из вечных оков Надежды. Их можно разрушить только одним из ножей Бога Солнца. Я владею двумя из оставшихся четырех ножей, Ноктис знает, где хранится третий, а четвертый находится в руках Солвейны, которая безвозмездно отдаст его тому, кто сможет подарить ей достойную смерть. Так что… хотя его план означает войну против трех древних Святых, он не совсем безумен. Просто… это в основном так.

Санни вздохнул, налил себе чаю и заключил:

— Итак, нам нужно решить, хотим ли мы помочь ему в этом безумии или нет.

Касси кивнула, казалось, не удивленная тем, что он им сказал. Затем она задержалась на мгновение и сказала:

— Тогда, во-первых, нам нужно поделиться всем, что мы узнали о Кошмаре, пока были в разлуке. Чем больше у нас будет информации, тем более обоснованным будет наше решение.

Санни сделал глоток чая и пожал плечами. Это было то, что он тоже хотел сделать. Он изучил лица своих спутников, а затем крепче сжал изумрудный амулет.

— В таком случае… я начну, пожалуй.

Эффи, Кай и Касси повернулись к нему, стараясь не показать, насколько им было любопытно. Да и кто мог их винить? Из всех четверых ситуация Санни действительно была самой… ненормальной.

Он колебался несколько мгновений, а затем заговорил:

— Как вы могли заметить, Заклинание отправило меня в тело демона… точнее, демона-тени. Я оказался далеко на западе, на территории последователей Войны. Хуже того, через несколько секунд после того, как я пришел в себя, я наткнулся на красивую женщину в красном. Эта женщина… была Солвейн, трансцендентная жрица Бога Войны. Она легко одолела меня, но решила сохранить мне жизнь.

Глаза Эффи заблестели, когда он упомянул Сольвейн. Кай, казалось, тоже был потрясен этим откровением… В конце концов, он был офицером армии, втянутой в кровопролитную войну против культа Солвейн. Для солдат Города Слоновой Кости ее имя должно было быть синонимом власти, смерти и ужаса. Для них Сольвейн была не только личностью, но и древним, страшным мифом.

Лицо Санни потемнело.

— После этого я оказался в Красном Колизее… древнем театре, построенном Надеждой, который Воинствующие превратили в извращенный храм резни. В его подземельях были заперты тысячи Кошмарных Существ, а также несколько невезучих людей. Каждый день нас заставляли убивать друг друга. Те, кто выживал, удостаивались сомнительной чести сражаться против самих Воинствующих, а если мы каким-то образом одерживали верх… что ж, тогда мы получали возможность прожить еще один день, чтобы повторить весь процесс на рассвете.

Он помолчал некоторое время, а затем добавил:

— Два месяца… Я провел два месяца в этом чистилище. Конечно, я бы очень быстро скончался от ран, если бы не мой напарник, плененный юноша из Города Слоновой Кости… Элиас. Его исцеляющий Аспект поддерживал мою жизнь, а я поддерживал его жизнь на арене. Вместе мы выдерживали бойню, день за днем, неделя за неделей. Но дни наши были сочтены, поэтому я продолжал искать способ сбежать. И через два месяца я наконец нашел его.