Но от одной мысли о том, что придется снова смотреть на нечеловечески сложные плетения, у него испортилось настроение, и Санни решил вернуться к этой задаче как-нибудь потом.

Что там еще было?

Если подумать… он уже давно не упражнялся в стрельбе из лука. Его навыки в этом деле все еще были далеки от удовлетворительных.

Санни немного подумал, затем встал и призвал Боевой Лук Морганы. Прекрасный черный лук соткался из алых искр, которые были того же цвета, что и рукоять и тетива, а также маленького клейма в виде прямого меча, пронзающего наковальню насквозь, которое было выжжено на его поверхности.

Он слегка повернулся и взглянул на серый камень одного из гигантских менгиров, возвышавшихся в некотором отдалении. Конечно, древний каменный столб, который выдержал тысячу лет в идеальном состоянии и собирался выдержать еще тысячи, не пострадает, если он будет использовать его для стрельбы…

Не то чтобы Санни это сильно волновало. Ноктису просто придется изготовить новый менгир, если он разрушит один… или несколько… по крайней мере, ублюдок был ему обязан!

С коротким вздохом он поднял лук, положил пальцы на тетиву и напряг мышцы, чтобы натянуть ее.

Благодаря зачарованию [Разгибание] страшного боевого лука, Санни понадобилась вся его сила, а также помощь теней, чтобы натянуть тетиву… ни один обычный человек никогда бы не смог этого сделать, и даже среди Пробужденных только те, у кого Аспекты давали исключительные физические усиления, могли надеяться на успех.

Но благодаря этому каждая стрела, посланная черным луком, летела особенно далеко и и ударяла с разрушительной силой. И, кстати, о стрелах…

Когда Санни натягивал тетиву, на ней появилась тень, затем она стала тяжелой и твердой, превратившись из призрачной тени в острую стрелу. Другое зачарование Боевого Лука Морганы, [Стрелы Души], позволяла ему настраиваться на душу владельца и создавать стрелы, которые разделяли его родство.

Стрела, которую только что создал Санни, была абсолютно черной, с темным оперением и узким наконечником, который, казалось, был сделан из острого куска обсидиана. Это была теневая стрела, которая летела быстро и не издавала никаких звуков. Она также идеально подходила для нахождения брешей в броне противника.

Вообще-то он мог создавать и другие стрелы, благодаря своему высокому божественному сродству. Эти стрелы были блестящими и казались выкованными из бледного золота, их наконечники идеально подходили для разрезания плоти и нанесения ужасных ран. Возможно, у них было и другое свойство, но Санни еще не успел его разгадать.

…В любом случае, сейчас это не имело значения.

С некоторым усилием натянув тетиву до уха, Санни с трудом удержал ее на месте, затем закрыл один глаз, прицелился и резко отпустил пальцы от стрелы. Тетива ударилась о внутреннюю сторону предплечья Санни, и черная стрела с невероятной скоростью устремилась вперед.

Привлеченный звуком, калека повернул голову и уставился на Санни из-под грязных бинтов.

Мгновение спустя стрела попала в гигантский менгир… совершенно не туда, куда он целился. А целился он в крошечную трещину на поверхности древнего камня, но не сумел попасть даже близко к ней.

Посмотрев на свое предплечье, на котором теперь красовался глубокий порез, Санни щелкнул языком и издал недовольный рык.

Затем он обмотал руку куском ткани, вызвал вторую стрелу и повторил процесс, на этот раз почти полностью промахнувшись мимо менгира.

«Проклятие!»

Казалось, что за прошедшие месяцы его меткость только уменьшилась. Как он вообще умудрился стать хуже?

— … Ты всё делаешь неправильно.

Санни несколько мгновений оставался неподвижным, затем повернулся и уставился на калеку без всякого веселья в своих страшных черных глазах. Возможно, он поспешил с похвалой в адрес этого человека за его тихий и немногословный характер… кто захочет слушать этот отвратительный скрипучий голос?

Достав изумрудный амулет, Санни с некоторым раздражением подумал:

— Вот как? Ты что, теперь эксперт по стрельбе из лука?

Калека некоторое время молчал, затем отвернулся.

— Я был капитаном в Легионе Солнца. Раньше…

Он вздохнул, а затем слегка улыбнулся:

— Я вел в бой сотню храбрых воинов во славу Лорда Севиракса и Города Слоновой Кости.

Калека помолчал, а затем тихо добавил:

— … Раньше.

Санни уставился на бинты, покрывавшие обожженное тело мужчины, затем взглянул на его душу, освещенную сияющим ядром Пробужденного. Значит, этот парень раньше был офицером, служившим одному из бессмертных Солнца?

Он замешкался на мгновение, а затем спросил:

— Как же ты докатился до такого состояния? Откуда все эти шрамы от ожогов? Тебя поймали Приверженцы Войны?

Калека некоторое время смотрел вдаль, затем медленно покачал головой.

— … У тебя самого полно шрамов, демон, и некоторые из них такие же ужасные, как мои. Этот страшный шрам на твоей шее… откуда он взялся?

Санни посмотрел вниз на оцепеневшего мужчину, затем усмехнулся.

— Что, эта штука? Забавно, что ты спросил… видишь ли, однажды я действительно попал в плен к Приверженцам Войны. Чтобы сбежать, я обманул самого большого и злого из них, чтобы тот отрубил мне голову. Потом я убил его, поднял её и приделал обратно. Это правдивая история.

Он замолчал на некоторое время, а затем бесстрастно добавил:

— … О, и Солвейн я тоже убил! Ты ведь знаешь, кто это?

Калека уставился на него широко раскрытыми глазами, в которых в равной степени смешались шок, благоговение и замешательство. Санни хотелось немного поиздеваться над парнем, но бедный дурак, похоже, действительно поверил ему. Вот идиот…

Вообще-то… что-то в глазах калеки казалось странно знакомым, по крайней мере, в тот момент…

Санни вдруг замер и уставился на бинты, скрывающие изуродованное лицо мужчины, во рту у него пересохло.

Несколько мгновений прошло в странном молчании.

А затем оба заговорили одновременно:

— … Кай?

— … Санни⁈

Возвышающийся демон и отвратительный калека некоторое время смотрели друг на друга, их глаза были расширены от шока.

— Так значит… он был здесь все это время? Стойте, кто посмел сделать это с Каем⁈ Когда я найду этого ублюдка, я разорву его на части!

Санни был настолько ошеломлен, что даже не выпустил из рук изумрудный амулет. Он стиснул клыки, а затем задал вопрос одновременно с Каем:

— … Кто сделал это с тобой⁈

— … Почему ты такой высокий⁈

Заволновавшись, оба на мгновение замолчали.

Затем Санни потянулся и крепко обнял калеку, обхватив его всеми своими четырьмя руками. Кто знал… кто знал, что это отвратительное тело, покрытое грязными бинтами, пахнущее кровью и гноем, вдруг станет для него таким дорогим и близким?

— Меня поместили в тело демона… почему бы мне не быть высоким, идиот?

Кай испуганно вскрикнул, попытался высвободиться, а затем похлопал Санни по одной из рук.

— Аргх… Санни… Я тоже очень рад тебя видеть… но… мои ожоги!

Санни вздрогнул, затем поспешно отпустил тело калеки и бросил на него извиняющийся взгляд.

…Однако под этой простой эмоцией темный океан ярости тлел опасным пламенем.

— Прости… Я не хотел… Кай! Ты жив! Черт, я так рад тебя видеть! Я уже начал сомневаться… сомневаться, выжил ли кто-нибудь из вас…

Кай посмотрел на него, затем улыбнулся. Сквозь прорехи в бинтах его изуродованное лицо выглядело жутким и отвратительным… но искры, сверкавшие в его глазах, были всё такими же. Он вздохнул.

— Да. Я боялся того же.

Молодой человек заколебался, а затем добавил, его голос внезапно зазвенел:

— После Острова Железной Руки… я почти потерял надежду. Я не думал, что увижу кого-либо из вас когда-либо снова.

Санни нахмурился, смущенный словами Кая. Он отпустил свой лук, а затем напряженно задумался:

— … Почему? Что находится на Острове Железной Руки?