- Старое проклятье.

- А кто тебя проклял? И за что? – тут же задала я следующие вопросы.

- Один вопрос – один ответ, - ворчливо напомнил монстр и ушел.

Какой педант!

- Что ж, в таком случае больше не буду отрывать тебя от твоих очень важных дел, - язвительно бросила я вслед его удаляющейся спине и направилась к лестнице, ведущей на выход.

И только спустя десяток ступеней вверх, я осознала, что в замке мужа обитало настоящее чудовище. Надеюсь, меня привезли не в качестве жертвы?

А спустя несколько томительных секунд на пороге возникла мрачная как черная туча фигура Демиана в домашнем халате.

- Какого черта эта птица здесь делает? – раздраженно осведомился муж хриплым от сна голосом.

Стараясь не пялиться на мелькнувший в вырезе халата обнаженный торс супруга, я растянула губы в лучезарной улыбке.

- Доброе утро! Желточек будет жить с нами, - сообщила я с наигранным энтузиазмом.

- Желточек? – выгнул бровь Демиан.

- Да, я назвала его в цвет желтого оперения.

- КУКАРЕКУ!

- Желточек рискует превратиться в Бульончик, если останется здесь хотя бы еще на одну секунду, - сухо процедил супруг, недовольно покосившись на петуха. – Найди ему другое место для жилья.

- Ах, как можно быть таким черствым! – возмутилась я, прижав руки к груди. – Если Желточек не будет жить с нами, то я буду спать с ним в сарае!

- КУКАРЕКУ!

Демиан устало прикрыл глаза и неожиданно сдался:

- Будь по-твоему. Только ради всего святого, запрети его в своей комнате и не выпускай.

С этими словами супруг исчез в недрах своей спальни, захлопнув за собой дверь. Отлично! Парочка таких пробуждений – и он выставит меня вон.

Ну а теперь пора стать очень плохой женой и приготовить несъедобный завтрак!

Мои познания в кулинарной области ограничивались исключительно рецептами зелий.

Когда я впервые приготовила в ведьминской обители овсяную кашу на завтрак, после которой пришлось выбросить на помойку парочку кастрюль и половник, к кухне меня больше не подпускали.

Так что, будучи уверенной, что Демиан не проживет дольше двух дней на моей стряпне, я отправилась на поиски погреба с запасами. Но спустившись на первый этаж, я поняла, что понятия не имела в какой стороне находились хозяйственные помещения. И спросить было не у кого.

Не придумав ничего лучше, я громко позвала в воздух:

- Арнольд!

Меньше чем через секунду за спиной раздался равнодушный голос слуги:

- Слушаю.

От неожиданности я подпрыгнула на месте и ворчливо пробурчала:

- Вы меня напугали! Не могли бы вы в следующий раз появляться перед моим лицом?

- Кхм, как пожелаете, - флегматично отозвался дворецкий и спросил. - Чем могу служить?

- Будьте добры, проведите меня на кухню, - попросила я.

- Если вы голодны, я могу провести вас в столовую и вам подадут завтрак.

- Нет-нет. Мне нужна именно кухня, - заявила я.

На мертвенно-бледном лице Арнольда впервые отразилось нечто, похожее на недоумение, но вскоре он вновь выглядел привычно бесстрастным.

- Как прикажете. Прошу сюда, - мужчина направился в коридор, ведущий налево, и я поспешила следом.

Очутившись в царстве кастрюль и сковородок, я спросила у Арнольда, где лежат продукты, чем вызвала у слуги еще большую озадаченность. А когда нашла все необходимое, взяла одну из сковородок и водрузила ту на плиту.

- Прошу извинить мое любопытство, госпожа. Но... что вы собираетесь делать? – поинтересовался дворецкий так, словно не мог допустить даже мысли, что я собралась тут кулинарить.

- Готовить завтрак для моего супруга, - улыбнулась я, стараясь выглядеть не слишком коварно.

- В этом нет никакой необходимости. В замке есть ответственные за еду, - попытался отговорить меня Арнольд, но я была непреклонна.

- Мне не сложно! Я испытываю просто-таки безудержное желание порадовать своего мужа.

И добить его несварением желудка!

- Что ж, как вам угодно, - сдался слуга и через какое-то время исчез.

Я же, полная энтузиазма, приступила к сотворению кулинарного шедевра, после которого Демиан должен пожалеть, что вообще со мной связался. Во всех смыслах!

Зайдя в кладовую, я хватала подряд все, на что падал мой глаз. Яйца, лук, молоко, мука и банка смородинового варенья. С этим набором я вернулась к разделочному столу и прикинула с чего начать порчу продуктов.

Первым делом решила замесить тесто на хлеб. Я близко не представляла какие ингредиенты мне понадобятся для выпечки, но точно знала, что ни одно тесто не обходилось без муки. Чуть поразмыслив, я добавила кружку молока и пару ложек соли. Спустя четверть часа у меня получилось нечто, отдаленно напоминавшее замазку для дыр в стене.

Довольная результатом, я переложила будущий хлеб в подходящий по размеру керамический горшок и отправила в печь. А затем приступила к яичнице. Нарезав крупными кольцами лук, я кинула его на разогретую сковородку, а через минуту добавила к нему полдюжины яиц и две кружки молока.

Решив, что эта бурда срочно нуждалась в завершающем штрихе, я направилась в кладовую за веточкой зелени для украшения. Пока блуждала среди полок и ящиков, мне послышались на кухне чьи-то шаги. Однако, когда я вернулась обратно, в помещении кроме меня никого не было.

Позже, когда я искала тарелки, чашки и приборы, я пару раз ловила себя на ощущении, будто в комнате со мной находился кто-то еще. Но каждый раз, когда я резко оборачивалась, то никого не обнаруживала.

Когда завтрак наконец был «готов», я переставила блюда на сервировочный столик и отвезла тот в столовую, где меня уже дождался Демиан.

- Арнольд сообщил, что ты изъявила желание готовить, - произнес супруг, с подозрением косясь на содержимое тарелок.

- Как твоя жена, я должна о тебе заботиться. Поэтому отныне буду готовить тебе каждый день, - пообещала я коварно.

- Не стоит так утруждаться, любовь моя, - попытался возразить Демиан.

- Что ты! Мне только в радость, - расплылась я в фальшивой улыбке и поставила перед мужем блюдо с яичницей.

К моему удивлению, та выглядела совершенно прилично. Но я-то знала, что лук пригорел, а яйца остались сырыми. И с нетерпением ждала, когда Демиан отведае этот ужас кулинарного искусства вместе с пересолненным хлебом.

Супруг подцепил вилкой кусочек яичницы и отправил в рот.

- М-м-м, - промычал он, старательно пережевывая, и неожиданно сказал. — Очень вкусно.

- Н-да? – недоверчиво выгнула я бровь.

- Безумно. У тебя талант, любовь моя, - нежно улыбнулся мне Демиан.

- Н-ДА? – повторила я, широко округлив глаза.

А затем взяла свою порцию и тоже попробовала. Богиня! Да это лучшая яичница в моей жизни! И хлеб совсем несолёный!

- Секундочку, - сказала я и умчала обратно на кухню.

И вовремя надо сказать! Как раз в этот момент у печи суетились две горгульи.

- Тьфу, весь горшок нам попортила этим папье-маше, - ворчала одна из них.

- Девочка старалась, - встал на мою защиту второй.

Голоса показались мне знакомыми. Это их я слышала вчера в своей спальне.

- Старалась! – передразнила первая, судя по всему женщина. – Да своими стараниями она угробит хозяина до того, как снимет проклятье.

Придя в себя после первого шока, я бесшумно подобралась к горгульям, и спросила:

Придя в себя после первого шока, я бесшумно подобралась к горгульям, и спросила:

- Какое проклятье?

Звук моего голоса подействовал на горгулий как звон разбитой посуды. Они испуганно пригнулись и застыли, как каменные изваяния, которыми, в сущности, и являлись. Но было уже поздно!

Я уперла руки в бока и смерила горгулий выжидающим взглядом. Первым сдался тот, что был мужского пола.

- Она нас видела, - театральным шепотом сказал он, обращаясь к первой горгулье.