Без официального знака Альфы.

Я сама его об этом попросила.

Не потому, что стыдилась его должности.

Просто сегодня он женился на мне не как Альфа Каменного Хребта.

Когда Кайр повернулся, я остановилась.

За год я видела его почти каждое утро.

Сонным.

Злым после заседаний Совета.

Мокрым после дождя.

Без рубашки.

Однажды зимой — с температурой.

С мукой на щеке после неудачной попытки готовить вместе с Томом.

Но сегодня снова почувствовала то же волнение, что возникло при нашей первой встрече на крыльце.

Только теперь к желанию добавилось знание.

Я знала этого мужчину.

Не целиком.

Ни один человек не может знать другого целиком.

Но достаточно, чтобы сделать выбор.

Кайр смотрел на меня так же внимательно.

— Ты прекрасна.

Я улыбнулась.

— Сегодня можно сказать это больше одного раза.

— Хорошо. Ты прекрасна.

— Очень изобретательно.

Он подошел.

Остановился рядом.

— Можно поцеловать тебя до церемонии?

— Существует запрет?

— Несса утверждает, что нет.

— Очень надежный источник.

Кайр коснулся моей талии.

— Эйлин.

— Можно.

Он поцеловал меня мягко и недолго.

Но после года отношений между нами уже не осталось прежней неуверенности.

Я знала, как он касается меня.

Он знал, как я отвечаю.

И даже короткий поцелуй был наполнен памятью о ночах, утрах, ссорах, примирениях и тихих вечерах, когда мы лежали рядом и обсуждали, кому завтра ехать первым.

Кайр отстранился.

— Ты нервничаешь.

— Несса уже сообщила?

— Нет.

— Тогда откуда ты знаешь?

— Ты сжимаешь мою рубашку.

Я посмотрела вниз.

Он был прав.

Я действительно держала ткань в кулаке.

Отпустила.

— Немного.

— Хочешь отменить?

Я резко подняла глаза.

Он говорил совершенно серьезно.

— Сейчас?

— Сейчас.

— После того как приехали гости?

— Они поедят пирог.

— Кайр.

— После того как Совет оформил документы?

— Документы можно аннулировать до регистрации.

Я смотрела на него.

Он продолжил:

— После того как Алва месяц выбирала одежду? Вот здесь будет сложнее, но я готов.

Я рассмеялась.

Напряжение ушло.

— Нет.

— Что нет?

— Не хочу отменять.

Он медленно кивнул.

Но улыбнулся не сразу.

— Уверена?

Тот самый вопрос.

Не потому, что я когда-то была брошенной женой другого Альфы.

Не потому, что он сомневался в моей любви.

А потому, что последнее решение все равно оставалось за мной.

Я посмотрела ему в глаза.

— Да.

И этого действительно было достаточно.

Церемонию провели в саду.

Под старой рябиной.

Не в храме стаи.

Не в зале Совета.

Никакого объединения земель.

Никакого объявления о новой Луне.

Нотариус зачитал короткий брачный текст.

Имущественное соглашение мы подтвердили заранее.

Рябиновый Дом оставался моей собственностью.

Имущество Каменного Хребта — собственностью Кайра.

Совместные покупки после свадьбы оформлялись отдельно.

Мне нравилась эта ясность.

В некоторых романтических историях она, возможно, мешала бы.

В моей — помогала.

Когда пришло время произнести согласие, Кайр смотрел только на меня.

Не на гостей.

Не на Совет.

Не на людей своей стаи.

— Да, — сказала я.

Он тоже сказал:

— Да.

Потом надел мне кольцо.

Простое.

Тонкое серебряное кольцо с маленькой темной вставкой.

Без герба Торренов.

Я сама его выбрала.

Мое кольцо для него было еще проще.

После официальной записи нотариус объявил нас супругами.

Том сразу спросил:

— Теперь можно пирог?

Все рассмеялись.

Кайр закрыл глаза.

— Ради этого он и ждал.

— Конечно.

Я обняла его за шею.

Поцеловала.

Уже не коротко.

Гости зааплодировали.

Мне было все равно.

Я чувствовала ладони Кайра на талии.

Его губы.

Тепло.

И странную легкость.

В первый раз, когда я выходила замуж, я думала о том, какой женой должна стать.

Сегодня я об этом не думала.

Я уже знала, кто я.

Свадьба не должна была создавать меня заново.

После церемонии мы ели.

Очень много.

Алва все-таки принесла еще четыре пирога вдобавок к заказанному.

Хеста сначала возмутилась, потом попробовала один и замолчала.

Это было почти признанием уважения.

Лея приехала с Саей и двумя девочками.

Она подарила мне маленькую вышитую салфетку и заявила, что сшила ее сама, хотя Сая потом тихо сказала, что исправила половину швов.

Финн подарил Кайру замок.

— Зачем? — спросил тот.

— Хороший.

— Это уже объяснение?

— Поставьте его на кабинет.

Кайр посмотрел на меня.

— Он сможет его открыть?

Финн оскорбился.

— Конечно.

— Тогда зачем?

— Чтобы другие не смогли.

Кайр задумался.

— Справедливо.

Несса почти весь день была рядом с Алвой, потом с нами, а потом исчезла с друзьями из Каменного Хребта.

Я не стала ее искать.

Еще год назад обязательно стала бы.

Сегодня я знала, что она вернется.

А если однажды решит больше не жить здесь, это тоже будет нормально.

Дейрона не приглашали.

Не из мести.

Просто он больше не был частью нашей жизни.

Его дело закончилось несколькими месяцами раньше.

Суд признал его виновным в сознательных нарушениях опекунских и регистрационных процедур, злоупотреблении полномочиями при управлении детскими активами и сокрытии конфликта интересов.

Он не получил самого тяжелого наказания, которого требовали некоторые.

Прямое присвоение основной суммы детских активов доказать не удалось.

Но Дейрон выплатил значительные компенсации, лишился права занимать должность Альфы на установленный срок и больше не имел доступа к опекунским фондам.

Часть имущества детям уже вернули.

Остальные расчеты продолжались.

Варен получил более суровое наказание.

Подделка документов.

Ложные ответы родственникам.

Попытка незаконно вывезти Финна.

Манипуляции с документами.

Он отвечал за собственные действия.

Как и должно быть.

Дейрон однажды написал мне после суда.

Не с просьбой вернуться.

Не с длинным объяснением.

Коротко:

«Я понимаю, что извинение ничего не меняет. Не прошу ответа. Надеюсь, Рябиновый Дом останется тем, чем ты его сделала».

Я не ответила.

Не из злости.

Просто этот разговор закончился.

Селина Арден через несколько месяцев после расторжения соглашения вошла в совет собственной семейной компании и, по слухам, собиралась открыть торговый дом в Ардене.

Я однажды встретила ее на заседании.

Мы выпили кофе.

Двадцать минут.

Поговорили о документах.

Ни разу не упомянули Дейрона.

Мне это понравилось.

Не каждая женщина, вошедшая в историю из-за одного мужчины, обязана остаться в ней навсегда.

К вечеру свадебные гости начали разъезжаться.

Кайр стоял рядом с каретой и разговаривал с братом.

Мы собирались провести ночь в его доме.

Потом передумали.

Не из-за детей.

Из-за нас.

После целого дня среди гостей мне внезапно захотелось домой.

В Рябиновый Дом.

Кайр спросил:

— Уверена, что не хочешь в Каменный Хребет?

Я улыбнулась.

— Ты теперь будешь спрашивать это каждые два часа?

— После сегодняшнего имею право.

— Нет.

— Жестоко.

Я положила ладонь ему на грудь.

— Хочу домой.

Кайр накрыл мою руку своей.

— Тогда домой.

Мы ехали в одной карете.

Впервые как муж и жена.

И это почти ничего не изменило.

Кайр сидел рядом.

Моя голова лежала на его плече.

Его пальцы переплетались с моими.