Логика начала строить теорию.

Итак, Наира четко сказала мне полчаса назад совершенно важную вещь — старая тропа паломников давно заросла, и древние священные купальни заброшены. не ходили с тех самых пор, как снайперша была маленькой девочкой. Восемь десятков долгих лет это место оставалось скрытым от посторонних глаз, а значит случайный путник зимой в такую глушь никогда не забредет.

Тогда кому понадобилось тащиться через непролазные буреломы к старому источнику в самый разгар лютых февральских морозов?

Больной контрабандист? Отпадает. Неделю назад его физическое состояние наверняка уже не располагало к долгим таежным прогулкам. Оставленный здесь след принадлежал абсолютно здоровому и полному сил организму.

Краем глаза я заметил быстрое и смазанное движение.

Мрак, стоявший в нескольких шагах от меня, резко дернул левым ухом. Черный волк мгновенно припал к мерзлой земле. Уши зверя навострились в сторону темной чащи, откуда мы недавно пришли. Черные губы медленно приподнялись, обнажив ровные ряды длинных желтоватых зубов.

Глухое клокотание зародилось в широкой волчьей груди.

— Егерь. У нас гости, — рыкнул Вожак едва слышно.

Мрак утробно зарычал. Я мгновенно снял палец со спусковой скобы и щелкнул флажком предохранителя.

Из-за заснеженных сосновых стволов начали отделяться массивные тени, беря каменный бассейн в плотное кольцо. Сперва я заметил только смутные контуры, но вскоре лунный свет выхватил жуткие морды. Зверье разительно отличалось от привычной имперской фауны.

Из кустарника вывалился кабан размером с хорошую легковушку, с длинными изогнутыми клыками, торчащими далеко за пределы рыла. С соседней ели мягко спрыгнула кошка, сильно смахивающая на рысь, только в холке она достала бы мне до пояса, а лап у нее оказалось целых шесть штук. Следом показался матерая смесь оленя с буйволом, потому что иначе не описать, и необычно темной шерстью.

Над лохматыми и рогатыми головами тут же вспыхнули системные строки.

[Эльфийский Вепрь, 14 уровень]

[Шестилапая Рысь, 12 уровень]

[Бык-олень, 13 уровень]

Ну все, приплыли.

Цвет рамок горел густым оранжевым светом, подтверждая, что лесная гвардия испытывала к нам крайнюю враждебность. Что ж, хотя бы не красный. Как минимум можно предположить, что звери не больны бешенством и обладают здоровым рассудком.

Нас обложили со всех сторон крупные и явно невероятно опасные твари. Попробуй мы дернуться или открыть огонь, нас порвут на ленточки за десяток секунд. Как минимум потому, что их уровни были выше, чем мой, Миши, росомахи и Мрака. А еще это значит, что наши хоть и были Реликтами, а тягаться с этими ребятам явно бы не решили.

Наира за моей спиной судорожно втянула воздух, скрипнув ремнем винтовки.

— Чужаки, — прорычал кабан, роя мерзлую землю огромным копытом. — Вам здесь не место.

— А где енто написаново, а? — тут же задал вопрос Миша, выпячивая перетянутую брезентом грудь, и качнулся вперед, заслоняя меня своим телом. Мрак утробно заклокотал, росомаха припал на передние лапы, скаля острые зубы из-под неуклюжего намордника. Не смотря на разницу в уровнях, мои союзники сдавать позиции не собирались, за что я был им искренне благодарен, а еще горд и удивлен одновременно.

— Это мы тебе говорим, — подал голос бык-олень с противоположной стороны поляны.

Огромный рогач недовольно ударил передней ногой по земле. Шестилапая рысь угрожающе зашипела, прижимая уши к плоскому черепу. Кольцо хищников сделало синхронный шаг к краю каменного бассейна. Я перенес вес на пятки, готовый вскинуть ствол при малейшем рывке.

— Егор, кажется, ситуация становится напряженной, — констатировал Бу совершенно спокойным и ровным тоном, стоя у самой кромки воды.

— Тебе не кажется, — пошептал я сквозь сжатые зубы.

Ситуация накалилась до предела. Звери подобрались, мышцы под толстыми шкурами перекатывались, готовые рвануть вперед при малейшей провокации.

Умные лесные твари резерваций просто защищали свою территорию от незваных гостей, я это прекрасно понимал, но их враждебному настроению должна быть и другая объяснимая причина. Ведь Василь же ходил сюда воду пить? Ходил. А с чьих он земель был? А вот это загадка для меня. Вполне вероятно, что он местный был и с Мишей, как это говорится, «кентовался», но остальные же могли об этом не знать.

К моему удивлению и разочарованию, кусты зашуршали со всех сторон второй раз и из темноты стали появляться новые и новые морды. Где только что, казалось, стояло трое зверей, в итоге обнаружилось больше десятка. Пробежавшись глазами по вспыхивающим табличкам, стало ясно, что тут были как совсем мелюзга первого уровня, так и матерые до десятого.

И если в схватке трое против пятерых мы еще могли как-то попробовать пободаться с тремя эльфийскими реликтами, то вот против такой гурьбы уже не попрешь. Даже я с ультимативной способностью вряд ли выживу.

Стрелять в разумных зверей мне совершенно не хотелось, поэтому я принял решение медленно опустить ствол автомата вниз и попытаться в срочном порядке погасить конфликт словами.

Шагнув из-за широкой медвежьей спины, выставил пустую левую руку ладонью вперед.

— Успокойтесь! — сказал я в полный голос, направляя взгляд прямо в черные глаза кабана.

Вепрь удивленно замер, перестав рыть копытом грязь. Остальные звери тоже остановились, прислушиваясь к человеческой речи.

— Мы пришли сюда по делу, — продолжил я уверенным тоном, показывая, что не боюсь нежданных гостей. Бояться-то я их и вправду не боялся, но вот поджилки слегка тряслись. Но дать им этого понять было нельзя. Совсем нельзя, иначе увидят, что дрогнул и ни во что ставить не станут. — Никакой драки нам не надо. Мы пришли по своим делам, которые и вас тоже касаются.

Бык-олень презрительно фыркнул, выпустив густое облако пара из широких ноздрей.

— Знаем мы ваши дела. Ходил сюда один такой тоже. На двух лапах.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Взгляд моментально метнулся к оставленному у бортика ровному отпечатку ботинка.

— А после него вода стала зверей дурманить, — продолжил рогач, и в голосе его прозвучала глубокая звериная тоска. — Попьют наши братья, забывают своих близких и кидаются на всех без разбора. Мор пришел в наши земли аккурат после двуногого гостя.

Шестилапая кошка утробно заурчала и хищники снова подались вперед, сужая круг. Палец у спускового крючка напрягся.

— Послушайте меня! — я повысил голос, стараясь перекрыть нарастающий звериный гул. — Эта беда пришла не только к вам.

Я широко обвел рукой застывших реликтов, указывая на своих спутников.

— На мою землю тоже пришла эта дрянь. Зараза косит и моих лесных соседей. Мы пришли сюда, чтобы найти первопричину и выяснить откуда начинается зараза, что несет смерть. Вода из вашего источника течет к нам под землей, неся отраву, так что нравится вам или нет, но мы в одной лодке.

Вепрь недоверчиво хрюкнул, разглядывая обмотанного зеленым брезентом Мишу.

— Зачем они носят тряпки? — спросил кабан, подозрительно прищурившись.

— Потому что мой косолапый друг уже отравлен этой водой, — ответил я, чувствуя неприятную сухость на губах. — Я сдерживаю болезнь своими силами, вылечивая его каждый день. А тряпки мы надели, чтобы ваши больные собратья не прокусили им шкуры и не заразили остальных моих товарищей. Мы готовились к бою с безумными, а встретили вас.

Звери на поляне замерли. Олень наклонил массивную голову, внимательно изучая нашу группу. Я ощущал, как пот собирается на лбу, скатываясь неприятной холодной каплей по виску.

— Значит, вы ищете того, кто испортил воду, — задумчиво пробасил секач.

— Именно так, — я утвердительно кивнул. — След у края бассейна я уже нашел и осмотрел. Теперь мне нужно понять, чем именно этот двуногий отравил источник. Если мы не договоримся и сцепимся здесь насмерть, тайга вымрет по обе стороны границы. Вашим детенышам тоже негде будет укрыться от болезни.