Он протянул руку:

— По рукам, Водяной?

Я пожал его ладонь. Сухая, горячая, энергичная рука бизнесмена.

— По рукам, Макс.

Бобр развернулся, пружинистой походкой дошёл до своего «Форда», запрыгнул внутрь. Мощный двигатель рявкнул, подняв облако пыли, и чёрный джип рванул, увозя в Москву планы по превращению моих руин в золотую жилу.

Я остался стоять, глядя на озеро. Вода успокаивала. Она смывала лишние эмоции, оставляя только суть. Завод оживёт. Земля оживёт. Завод очень важная часть общей картины.

Пыль от «Форда» медленно оседала на разбитые бетонные плиты, покрывая их ещё одним слоем серости. Тишина вернулась, но теперь она была другой. Не мёртвой, как на кладбище, а скорее выжидающей. Словно завод был огромным зверем, который двадцать с лишним лет притворялся спящим, а теперь приоткрыл один глаз и ждёт следующего движения.

Я остался один. Я, индустриальный постап и то, что дремало посреди этого всего.

Пришло время поговорить с настоящим хозяином этого места.

Я не стал трогать УАЗ, пешком прошёл между зданием АБК и цехами, где когда-то стояли обжиговые печи. Здесь, в центре заводского лабиринта, я мог чувствовать его в любом положении, с закрытыми глазами, почти физически.

Я дошёл до кирпичной кладки мегалита, который, как и двоедушники, умел прятаться среди людей и прислонился к нему спиной.

Закрыл глаза.

Шаманы древности верили, что разговор с мегалитом — это какой-то мистический ритуал.

Танцы, песни, бубен, свечи, специальные травки, гортанные выкрики на мёртвых языках.

Может быть, поэтому мегалиты не допускали шаманов к управлению собой. Всё равно же, что обезьяну за руль посадить. Чёрт его знает, что произойдёт⁈

Общение с мегалитом больше всего напоминает подключение к удалённому серверу через очень старый, глючный модем.

«Это я», — мысленно послал я импульс в каменный массив.

Ответ пришёл не сразу. Сначала была тяжесть. Ощущение, будто на плечи опустили гранитную плиту. Земля под ногами «вздохнула».

ИДЕНТИФИКАЦИЯ ПОДТВЕРЖДЕНА. ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ: ХРАНИТЕЛЬ/ВОДЯНОЙ. УРОВЕНЬ ДОСТУПА: ОГРАНИЧЕННЫЙ. СТАТУС: АКТИВНОЕ ВОССТАНОВЛЕНИЕ.

Голос мегалита не звучит в ушах. Он распаковывается прямо в мозгу образами, геометрией, ощущениями тепла и холода, скрипом камня и шумом ветра. Мое сознание привычно переводило эти абстракции в понятные слова.

— Как ты? — спросил я вслух. Мне так было проще.

Как это ни странно, мегалит понял и отреагировал.

СТРУКТУРНАЯ ЦЕЛОСТНОСТЬ — 34%. ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ — 12%. ИДЕТ РЕФРАГМЕНТАЦИЯ ВНУТРЕННИХ КОНТУРОВ. ПРОЦЕСС СТАБИЛЕН, НО ЗАМЕДЛЕН.

Я кивнул, не открывая глаз:

— Скоро здесь начнётся стройка. Внешняя оболочка будет восстановлена. Стены, крыши, коммуникации. Тебе станет легче дышать.

Мегалит отозвался волной одобрения. Это было похоже на тёплый поток воды, омывающий ноги.

ВНЕШНЯЯ ФОРМА ВАЖНА. ОНА СТРУКТУРИРУЕТ ПОТОКИ. НО ЭТО ЛИШЬ КАРКАС.

— Я хочу запросить дополнительные функции, — перешёл я к делу. — У меня проблемы с акваторией и почвой. Озеро задыхается, земля вокруг отравлена годами бесхозяйственности и химии. Мне нужен доступ к магии. Регенерация биосферы. Сможешь запустить процесс по земле и воде?

Я представил, как Мегалит, словно гигантский фильтр, вытягивает из земли яды, превращает мутную воду в кристально-чистую слезу, заставляет траву пробиваться сквозь асфальт не сорняками, а цветами.

Ответ был холодным и жёстким, как удар кирпичом.

ОТКАЗ. НЕДОСТАТОЧНО РЕСУРСОВ. ФУНКЦИОНАЛ ХРАНИТЕЛЯ НЕПОЛНЫЙ. ВОЗМОЖНОСТИ ОЧИСТКИ ЗАБЛОКИРОВАНЫ.

— Почему? — я нахмурился. — Я же Хозяин Земли. Ты меня принял⁈

ТЫ — УПРАВЛЯЮЩИЙ. НО Я — НЕ ПРОСТО КАМЕНЬ. Я — СИСТЕМА, ЗАМКНУТАЯ НА ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ БАЛАНС. КАНАЛЫ ПОВРЕЖДЕНЫ. СТРУКТУРА НЕ ПОЛНОСТЬЮ ВОССТАНОВЛЕНА, ЯДРО НЕСТАБИЛЬНО. Я НЕ МОГУ ГЕНЕРИРОВАТЬ ПОРЯДОК ИЗ ХАОСА, ЕСЛИ ХАОС ПРЕОБЛАДАЕТ ВО ВНЕШНЕЙ СРЕДЕ.

В голове возникла сложная схема. Светящиеся линии, соединяющие завод, озеро, поселок и… людей. Множество тусклых огоньков.

Я почесал виски.

Многие годы я имел дело с волчком. Тот вообще ничего не объяснял. По сравнению с волчком мегалит как открытая книга. По квантовой физике и на китайском языке, конечно, но открытая.

— Ты можешь пояснить… Что значит снаружи хаос? О чем речь?

УСЛОВИЕ ВОССТАНОВЛЕНИЯ ПОЛНОГО ФУНКЦИОНАЛА: ПОВЫШЕНИЕ ВИБРАЦИОННОГО ФОНА ДОМИНАНТЫ.

— Упрости. Ещё проще, — буркнул я.

ЛЮДИ. МЕСТНЫЕ ЖИТЕЛИ. ОНИ — ЧАСТЬ ЭКОСИСТЕМЫ МЕГАЛИТА. ИХ ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ФОН, ИХ МЕНТАЛЬНЫЕ ПРОЕКЦИИ — ЭТО ТОПЛИВО ДЛЯ ВЫСШИХ ФУНКЦИЙ МЕГАЛИТА. СЕЙЧАС ФОН НЕГАТИВНЫЙ. АПАТИЯ, СТРАХ, БЕЗНАДЁЖНОСТЬ, ДЕПРЕССИЯ. УРОВЕНЬ СЧАСТЬЯ КРИТИЧЕСКИ НИЗОК. СУДЬБЫ ЛЮДЕЙ ПОЛОМАНЫ, ИСКРИВЛЕНЫ. НЕТ ВЕКТОРА РАЗВИТИЯ. НЕТ СМЫСЛА.

А вот это уже понятнее. Я заметил серость, тоску и скуку в поселке даже не то что в первые часы, а в первые минуты попадания в Колдухин.

Скорбь, пьяная тоска, усталость, тупая покорность перед завтрашним днём, нежелание что-то менять, лень, трусость, малодушие. Эти печальные и безрадостные эмоции чёрными нитями стекались к Мегалиту, заполняя его ядом.

ЧТОБЫ Я МОГ ЛЕЧИТЬ ЗЕМЛЮ, ТЫ ДОЛЖЕН ВЫЛЕЧИТЬ ЛЮДЕЙ, — прозвучал вердикт. — НЕОБХОДИМО ПОВЫСИТЬ ИНДЕКС СЧАСТЬЯ. ИСПРАВИТЬ КЛЮЧЕВЫЕ, УЗЛОВЫЕ СУДЬБЫ. ДАТЬ ИМ СМЫСЛ. ЛИЧНЫЕ ДОСТИЖЕНИЯ. ГОРДОСТЬ. КОГДА ЛЮДИ НАЧНУТ ГЕНЕРИРОВАТЬ СВЕТ, Я СМОГУ ПЕРЕРАБОТАТЬ ЕГО В СИЛУ ДЛЯ ИСЦЕЛЕНИЯ МАТЕРИИ.

Связь оборвалась. Мегалит посчитал наш разговор законченным.

Я открыл глаза. Перед моим взором снова были кирпичные стены соседнего корпуса и растущие среди строительного мусора сорняки-циклахены.

Я потёр виски.

— Зашибись картоха с салом, — сказал я в пустоту.

Логика Мегалита была безупречной и безжалостной, как и положено древнему артефакту. Но от этого она не становилась менее абсурдной для практики.

— Чтобы улучшить жизнь народа, надо сначала улучшить жизнь народа, — с горечью проворчал я, вставая и пиная обломок кирпича. — Замкнутый круг, твою мать. Змея, кусающая себя за хвост.

Я пошёл обратно к УАЗу.

Получается, что мегалит хотел, чтобы я стал не просто почтальоном. Он хотел, чтобы я стал инженером человеческих душ. Социальным работником с магическим уклоном. «Иди и сделай их счастливыми».

Счастья, всем, даром, и чтобы никто не ушёл обиженным?

— Дать им смысл… — передразнил я безмолвный камень вышагивая по камушкам, устилавшим дорогу между корпусами. — Где я тебе его возьму? В посылке с «AliExpress» он не приходит.

И в то же время я понимал, что спорить с ним бесполезно. Мегалит не торгуется, он не бизнесмен, не торговец.

Хочешь чистое озеро и цветущий сад? Сделай так, чтобы баба Маня улыбалась, а местный алкаш Вася нашёл работу и бросил пить.

С другой стороны, я рано начал грустить. Завод Макс восстановит, это профиль клана «Бобры» — строительство, рабочие места и деньги. Само по себе уже даст мощный импульс. Но и сидеть ждать у моря погоды не стиль водяного. Я сам создаю течение и управляю водоворотами.

Я сел в «Буханку», завёл мотор, размышляя над тем, что помимо работы почты надо бы исполнить свой новый и странный функционал: быть добрым волшебником в стране хронической депрессии.

Сумка на соседнем сидении напомнила мне о том, что работу почтальона никто не отменял и надо отвезти сторожу на Пескоскладе очередную бандероль, так что я повернул не к дамбе, а в поля.

Дорога вилась, справа поле, слева поле. Впереди, кстати — тоже поле. Полей в Краснодарском крае много.

Местами поля были убраны, а местами убраны и даже вспаханы, показывая жирный и щедрый на урожай чернозём. Где-то вдали проплывали редкие лесополосы, стоящие как солдаты в зелёных шинелях, охраняющие поля от эрозии.

Что в бандероли, я не знал, но судя по форме и весу, это были либо новые запчасти для самогонного аппарата, либо многотомник «Дозора» Лукьяненко.

«Буханка» шла мягко. Японская подвеска сглаживала колдобины полевой грунтовки, я расслаблено держал руль одной рукой, наслаждаясь анатомичным креслом и думая о словах Мегалита.