На следующий день вернулся Максим. Он застал мать в слезах и сам испугался, когда узнал. Вскоре искали всем селом: в лесу, на озере, возле реки. Но никаких следов Лизы так и не нашли... В полицию заявили – безрезультатно... Куда подевалась молодая женщина, осталось загадкой, как в принципе, и то, откуда она появилась...

Глава 6

Эту историю знали немногие. Уже немолодые, Зыбины, жили вдвоем, смирившись, что детей им бог так и не послал. Однажды пошли они в лес. Был конец лета, урожайный год выдался на ягоды. В лес отправились вдвоём, а вернулись – с ребёнком. Взволнованные, растерянные и какие-то... счастливые, что ли. Обратились в милицию, как положено, всё, как есть рассказали. Девочку забрали в районную больницу, поместили в детское отделение, где до определенного времени находились малыши-отказники. Зыбины ездили навещать малышку каждый день. Покупали всё необходимое, носили на руках, в общем – привязались, полюбили. Мать ребенка так и не нашли... И, немолодые люди, начали потихоньку оформлять документы про удочерение. Было им на то время по сорок с лишним лет. Возраст позволял и процесс удочерения удался. Назвали девочку Елизаветой. И каким-то волшебным образом, девочка была похожа на своих приёмных родителей, особенно на Романа. У мужчины были серо-зеленые глаза и волнистые рыжие волосы. Иногда, деревенские даже подшучивали:

«А не свой ли грех, Роман, в лесу нашёл? Уж слишком девочка оказалась похожей».

Он смеялся и с гордостью отвечал:

– А если и так, вам-то что?

Вскоре, они уехали из деревни. Роман Зыбин – счастливый отец – получил квартиру в городе. Там никто не знал их историю, а если, кто и знал – молчал. Известно было, разумеется, в районной больнице, в участке, но вскоре, эти детали перестали вспоминать. А Зыбины просто были счастливы. Растили девочку и любили, как родную дочь. А кто та женщина, что оставила новорожденную малышку в лесу – так и осталось загадкой... И вот, их дочь, радость и смысл жизни, исчезла. Горе затопило их уютную квартиру, и их самих. Сначала слёг с инфарктом Роман. Наталья держалась дольше. Навещала мужа в больнице, ждала, надеялась, что их дочь найдётся, вернётся. Но... через месяц Роман умер, так и не оправившись.

…

Максим, муж Елизаветы, страдал по-своему, превратившись в тёмную тучу. Он начал пить. С каждым днём, он всё чаще заглядывал в бутылку и вскоре потерял работу. Однажды сел за руль в состоянии тяжёлого похмелья и на машине свалился в реку с обрыва... Нашли его не сразу.

Новая беда пришла в их семью. Наталье было уже семьдесят лет и, разумеется, заявление на опекунство над внучкой было отклонено. Но возраст матери Максима ещё позволял эту процедуру. Так, бабушка Авигеи – Зинаида, заменила ей и маму, и отца. Наталья тоже приезжала и часто навещала внучку, иногда забирала к себе в город. А потом заболела. Ухаживать за ней было некому. Эти хлопоты взяли на себя городские власти. И, после смерти Натальи, её двухкомнатная квартира, разумеется, перешла в распоряжение государства, так как завещание она не оставила. Шура с мамой не имели денег на адвоката, чтобы добиться возвращения квартиры, которую можно было бы оформить на маленькую законную наследницу, поэтому так всё и осталось – несправедливым и неправильным.

Время шло, Авигея росла послушной, ласковой девочкой. Была необыкновенно доброй, приветливой, очень похожей на свою маму – Лизу. Когда она подросла, ей рассказали, что родители её погибли в автомобильной аварии...

…

Шура шла и вспоминала историю Лизы: как она появилась и как исчезла, её предсказание тем парням, которое сбылось. И вот теперь... Авигея. Неужели всё повторяется? И как жить теперь с этим? Как поговорить с племянницей?

Илья был спокоен. Он чувствовал уверенность и удовлетворение после посещения одноклассника в местах не столь отдаленных. Парень размышлял, что в принципе, очень удачно выбрал, так сказать, носителя для передачи тяжкого груза. Почему нет? Илья широко улыбнулся сам себе. Ведь та рыжая девка, как сказала: что он попадёт в нехорошую историю, виноватым не будет, но срок получит. А Валеев и так уже там, и срок приличный. Ничего не поделаешь... То есть, Илья, в принципе, ничем не навредил Руслану, с чем себя искренне поздравил. Он подумал о том, кого выберут девчонки. Ведь то, что та ведьма-провидица одно и то же им всем советовала, и ежу понятно. Илья вспомнил их лица и усмехнулся. Сам, тоже небось выглядел не ахти. Главное – для него вся эта лабуда точно закончилась. Интересно, конечно, о ком они подумают, но теперь не его это дело. Больше он об этом ни знать, ни слышать не желал. Можно и из общего чата удалиться, хватит с него этого общения. С этими мыслями он лёг в кровать и, впервые за последние несколько месяцев, спокойно уснул.

…

Диана закончила смену в десять вечера. Вышла на улицу, и над ней сомкнула свои мрачные объятия ночь. Было тихо, безветренно, фонари горели не везде. Днём этот маршрут казался абсолютно обычным, сейчас же было жутковато. Иногда на встречу торопливо шли редкие прохожие. Она направилась к автобусной остановке, то и дело оглядываясь по сторонам. Остановка была пустынная и ей вдруг стало очень страшно. Что, если автобус уже уехал? Эта мысль буквально парализовала её. Тогда, в доме у той женщины, Диана почти сразу решила, что это полный бред и она не сможет такое сделать. Но сейчас, ей было настолько жутко, что даже волосы шевелились. Появились огни последнего автобуса, и она поспешно в него запрыгнула. Её движения были какие-то неправдоподобно скованные, как будто она сломалась и её конечности просто наспех примотали к туловищу скотчем. Так ещё иногда во сне бывает, когда нужно бежать, а ноги не слушаются и приходится их переставлять руками. Диана села у окна и почувствовала, как мелко дрожит. От бессилия, паники и страха хотелось плакать. Она зажмурилась и прошептала:

– Это должно закончиться, иначе, я сойду с ума...

…

Вероника ночевала у своего будущего мужа. В их семьях полным ходом шла подготовка к свадьбе. Они прошли ритуал помолвки, часто встречались и Альберт, так звали её будущего мужа, настоял, что теперь они могут больше проводить времени вместе не только днём, но и ночью. Квартира у него была шикарная, четырёхкомнатная. Раз в три дня приходила женщина, которая готовила еду, убиралась и стирала бельё. Альберт вёл себя вполне по-человечески, никогда не грубил, не оскорблял Веронику, был нежным и внимательным. Дарил подарки, водил в рестораны, в театр, на выставки. После свадьбы они собирались в путешествие. Вероника могла быть вполне счастливой, если бы не одно «но» … Те слова Авигеи, как стена были между ними. Она не чувствовала к нему любви, а лишь постоянное ожидание чего-то, что может ей навредить. В общем, не доверяла. Это чувство было страшной помехой в их отношениях. Всё, что тогда Авигея говорила, уже для многих сбылось, и кроме страха, скованности, подозрения и неуверенности, Вероника ничего больше не могла ощущать... Лёжа ночью рядом с ним в постели, она подумала о том, что придётся сделать выбор и решиться передать это состояние неопределённости кому-то другому, иначе она просто не выдержит... Был вопрос: кому? Вот только ответа не было…

Авигея приехала к тёте поздно. Почти в десять вечера она зашла в квартиру. Тётя Шура уже ждала и выглядела какой-то взволнованной. Они поздоровались, обнялись. Потом был поздний ужин. Авигея обычно в такое время старалась не есть, но не смогла удержаться и присела на вкуснейшие блины с творогом и изюмом. Да и проголодалась, пока ехала домой. Подруга Татьяна снова приглашала отправиться к ней, но она отказалась, мотивируя тем, что нужно взять кое-какие вещи, и вообще – просто нужно. Пока она наслаждалась едой, тётя сидела рядом и как-то странно поглядывала на неё.

Шура подождала, пока племянница поест и осторожно спросила:

– Авигея, скажи пожалуйста, тебе известно, что в классе, где ты последний год училась, с ребятами происходят странные вещи?