Целую неделю я то и дело приходила в кабинет Ариана, сидела рядом с книгой, пока он работал, а потом мы вместе обедали и разговаривали.

— Да иди ты, — обиженно отмахнулась, но стул отодвинула и постучала.

А потом до меня дошло, что эта пушистая попа взял меня на слабо.

— Уши надеру, — прошипела я за спину, а дверь открылась.

На меня удивленно смотрели насмешливые темные глаза.

— И чем же я провинился на этот раз? — хмыкнул Ариан.

— Открывал долго. То есть я вообще не тебе, это я Хмырю, — и даже пальцем ткнула за спину на ржущего кошака.

Бровь наместника молча поползла вверх, а на губах появилась полуулыбка.

— Мне твоя помощь нужна, — прервала я его мысли, пока он не начал спрашивать причину веселья кота. Не готова я на такие вопросы отвечать.

— Что случилось? — посерьезнел огненный и даже ещё раз осмотрел комнату, словно искал там врагов. Ну или труп.

— Я к морю хочу. И Хмырь тоже, — произнесла я и даже ножкой шаркнула.

Понимаю же, что просьба глупая. Но у меня ночью вообще часто появляются глупые желания и идеи. И их или воплощаю в жизнь (с не всегда приятными последствиями), или они забываются навсегда и утром кажутся глупыми. Это было из тех, что надо обязательно воплотить.

— Лучше к источникам, там теплее, — сказал Ариан.

Теперь уже моя бровь поползла вверх. Он даже не попытается отговорить?

— Ну что? Согласна на источники или всё же к морю? Сразу говорю: в море замерзнешь, заболеешь и будет жена наместника с сопливым носом, — улыбнулся он.

— Согласна, источники так источники. Но на обычной карете! Никаких механических чудовищ!

— Запомнил уже. Никаких механических чудовищ, — согласился Ариан и тише продолжил, — ещё одного полета на драконе дракон не переживет.

Источники располагались на горном склоне около спящего вулкана. Это были отдельные бассейны озер с разной температурой, расположенные на разной высоте и огороженные рядом высаженных деревьев.

К каждому озеру нужно было взять доступ в отеле, отвечающем за источники, чтобы не столкнуться там с незваными гостями или самим не нарушить ничье уединение.

Вот и Ариан оплатил доступ к одному из них, и уже через десять минут я и Хмырь грели свои кости в теплой воде небольшого природного бассейна, едва освещенного маленькими светильниками-фонарями, не разгоняющими тьму, но очерчивающими силуэты предметов. Всё освещала ярко-голубая луна. И я даже не стала возмущаться, когда к нам присоединился наместник.

Тем более от нас до него было вполне приличное расстояние, тут темно, на мне купальник, ничего при всём желании не увидеть.

Но в очередной раз вынырнув из-под воды, оказалась совсем близко к теплому телу мага.

— Ой, — икнула, пытаясь отплыть подальше, но была перехвачена за талию. Уши уже и вовсе горели, а куда отвести взгляд от обнаженной груди Ариана, я не знала.

В глазах наместника сверкали огненные искры, а на губах застыла легкая полуулыбка.

— Всё ещё считаешь меня страшным и старым? — вроде шутливо спросил он, но в лице мелькнула настороженность.

— Нет, — тихо ответила, заметив, как облегченно выдохнул наместник.

— Можно? — спросил он, склонившись к моему лицу, и, кивнув, я сама поддалась вперед, дотрагиваясь до губ огненного. Руки скользнули по горячей груди мага, едва задевая ногтями вздрогнувшие от прикосновений мускулы.

Ариан ответил, притягивая к себе ближе, теснее, я не сопротивлялась. Обхватила его за шею, сама прижимаясь ближе, зная, что хвост обвился вокруг тела наместника, словно захватывая в плен. Мой. А полюбить друг друга мы и позже успеем.

Где-то на задворках сознания раздалось бурчание Хмыря о том, что мы испортили ему весь отдых и он пойдёт прогуляется, но я пропустила это мимо ушей.

Мои ноги удобно устроились на бедрах Ариана, руки обвивали его шею, а быстро вздымающаяся грудь упиралась в его.

В глазах наместника горело пламя, его руки то опускались к талии, то мягко, но настойчиво скользили по бедрам, приподнимая и прижимая.

Голова кружилась, губы обжигали, ловили рваные вздохи и слабые стоны, сдержать которые оказалось невозможно. Холодный воздух, когда Ариан, подхватив на руки, вынес из воды, на миг отрезвил. Осоловевшими глазами осмотрелась вокруг, прежде чем меня опустили на подушки на слишком широкой лежанке, (а я ещё удивлялась, зачем она тут), и рука наместника зарылась в распущенные волосы, перебирая пряди, а после чуть сжав и потянув. Из груди вырвался рваный вздох, и губы Ариана вновь нашли мои, выбивая все мысли из головы.

Жар его тела сжигал, поцелуи стали больше походить на клеймо, а руки вытворяли нечто невообразимое. Я металась среди подушек, сама прижимаясь сильней, ближе, пытаясь погасить тот жар, что разгорался внутри.

А после, зарывшись под подушками, прятала красные уши.

— Твой хвост тебя выдал, — рассмеялся Ариан, поглаживая льнущий к нему хвост.

Рука, поглаживая, спустилась туда, откуда хвост рос, заставив подскочить, прикрывшись подушкой и возмущенно-смущенно пыхтя, просверлить взглядом, изучая довольного мага.

— Надеюсь, теперь ни о каком договорном браке речи нет? — спросил он, вновь ловя кисточку хвоста.

— Ну… тут надо подумать, — протянула я, спрятав хитрую улыбку за подушкой.

И, вскрикнув, оказалась подмята под тело мужа, встречаясь с его горящим взглядом.

— О чем подумать? — подушка, разделяющая нас, улетела прочь, а плечо обжег поцелуй. Второй, третий, а хитрый огненный всё смотрел в мои глаза, шепча, что думать тут не о чем, уговаривая, убеждая, и я соглашалась. Раз за разом, пока не заснула на широкой груди Ариана.

Вот только пробуждение оказалось совсем не радостным. Грохот, шум, завывания и крик Хмыря.

«Прорыв! Твари изнанки! Да вставай, Ласа! Бежать надо!»

Подскочив, увидела наспех одевающегося Ариана, а на горе над нами бежали темные тени. Твари изнанки выли и рычали. Камни под их лапами осыпались, скатываясь вниз, цепляя другие, запуская обвал.

Быстро одевшись и подхватив Хмыря, была схвачена за руку Арианом, и мы побежали вниз. Вокруг сверкал щит огненного. Но он нам вряд ли поможет. Как не успеем мы и убежать.

Но я бежала, мысленно молясь всем претемным богам. Да и светлым, и огненным с ледяными. Всем, кому только можно, лишь бы унести ноги. Но или я так много грешила, или у богов нашлись дела поинтереснее (может, чаепитие у них, кто этих богов разберет), но мольбы были проигнорированы. Резкий удар, треск щита, падение и потрескавшийся, деформировавшийся щит засыпало камнями. Мы оказались зажаты под завалами камней, а сверху раздавалось рычание и топот.

— Ну нас хотя бы не сожрут, — икнула я.

Мы лежали прижатые друг к другу, а сверху в нескольких сантиметрах от нас сверкал еле держащийся огненный щит. Ариан вливал в щит магию, по виску его стекала капля пота, татуировки на руках горели, но было ясно, что даже так резерв у него не бесконечный.

Накрыла сверху нас и своим щитом, надеясь, что найдут нас раньше, чем вес камней победит магию.

«Зато раздавит! Мы тут все умрем! А я говорил на море надо! На море! Там гор нет!» — верещал Хмырь, вращая дикими глазами. Шерсть его стояла дыбом, а острые когти вцепились в мою одежду.

— Зато сожрут тех, кто будет пытаться нас спасти, — процедил сквозь зубы Ариан.

Голос его был глухим и хриплым. Дернувшись, извернулась, осматривая его. И побледнела, видя, как его рубашка на боку пропиталась кровью.

— Всё в порядке. Я не умру. Уж точно не теперь, — скривил губы в болезненной улыбке он.

— Если умрешь, я некромантам твое тело отдам, заставлю воскресить и сама убью, — шепнула я, прикрыв глаза, прогоняя в памяти лекарские заклинания, нужно что-то, что хотя бы остановит кровь. И, приложив руку к его боку, зашептала заклинание, заранее предупредив, — Я не лекарь, если там вырастет что-то не то, сам виноват.

Ариан лишь хмыкнул, ничего не ответив. Но время шло, топот и рык наверху давно прекратились, а нас вытаскивать всё не торопились. Щит Ариана стал совсем бледным, как и его состояние — совсем плохим. Глаза его все медленнее открывались, дыхание было настолько тихим, что я лежала, вслушиваясь в каждый вдох.