Не удивлюсь, если в этот момент она еще и винит меня. Увела ее любовника, так вдобавок и наследство урвала! Тоже мне, подруга называется!

Да, судя по ее искривленному в злобе выражении лица, именно это сейчас и происходит в голове Люды. Она искренне считает, что я виновна во всех ее бедах. Занимаю ее место в райском уголке рядом с лучшим из мужчин. Ну и что, что он ее бросил как только решил, что она может стать помехой в получении огромного наследства? Наверняка она и в этом умудрится обвинить меня.

Что ж, Мила, сейчас вся надежда на тебя. Я дала тебе карты в руки и хочется верить, что ты не упустишь свой шанс. Может, просто так твоя гордость бы не позволила тебе унижаться и проситься обратно, но ради денег… Давай, подруга, я в тебя верю.

Как бы странно ни звучало, но для моего плана нужно, чтобы ты продолжала спать с моим мужем. Как минимум — потому что сама я этого делать не собираюсь. А как максимум… потому что он должен уговорить тебя взять кредит!

Кто знает, может в этот самый момент пока подруга куксится от обиды, Илья уже набирает ей трогательное сообщение о том, что погорячился и жизни без нее не представляет. Он же тоже умный мальчик. Подлый, но умный. Столько месяцев водил меня за нос… Так что должен понимать, что кроме любовницы вряд ли кто-то согласится взвалить на себя долговое бремя. А значит ему нужно хорошенько постараться и заполучить ее расположение обратно.

Попрощавшись с Людой, я решаю отправиться домой пешком и всю дорогу пытаюсь хоть как-то осмыслить происходящее. Юльке звонить натурально боюсь. Она и так категорически против моего плана, а если я расскажу ей о своем смятении, то она снова начнет меня уговаривать все бросить. Но я не могу. Хочу безумно, но понимаю, что это тоже будет своего рода предательством. А я заслужила, чтобы хоть кто-то меня уважал, пусть даже это буду я сама.

Поэтому я еще долго брожу по улочкам города, молясь, чтобы все пошло по плану. Чувствую себя при этом донельзя нелепо. Кому расскажи, что всерьез “болею” за воссоединение мужа и любовницы — не поверят. Поэтому я и не рассказываю. Молча пережевываю свои эмоции и пытаюсь отвлечься на что-то другое. В итоге мысли, конечно же, снова приводят меня к Матвею, но вместо того чтобы сделать еще большую ошибку и позвонить ему, я захожу в ближайшую цветочную лавку и нацепив на губы самую лучезарную улыбку из своего арсенала, заявляю:

— Здравствуйте! Меня зовут Дина и я хочу обсудить с вами условия сотрудничества.

Глава 16

«Три из шести» , набираю сообщение.

Тут же перечитываю и понимаю, что Рокотов вряд ли догадается о чем речь. Но ещё до того как успеваю отправить следующее с пояснениями, от него приходит ответное сообщение:

«Неплохо! Я тобой горжусь. Это только цветочные или салоны красоты тоже?» .

Я настолько быстро печатаю ответ, что едва не врезаюсь в столб. Рассказываю ему подробно о том, что два продавца меня даже слушать не стали, а один взял мои контакты и пообещал передать владельцу.

Эмоции плотно переплетаются со словами и в итоге сообщения выходят настолько путаннными, что я не выдерживаю и набираю его.

— Извини, не сильно отвлекаю?

— Вообще не отвлекаешь, — смеётся Матвей, но судя по гулу голосов на заднем плане, я застала его посреди рабочей встречи. Искренне надеюсь, что хоть задержание ему не сорвала и на моей совести не будет парочка оставшихся по моей вине на свободе преступников. — Ну что, тебя можно официально поздравить, свечной магнат Дина?

Смех, вырывающийся из моих лёгких настолько звонкий, что я невольно оборачиваюсь в поисках недовольных прохожих. Но навстречу мне идёт лишь молодая девушка и она, словно зарядившись моим настроением, улыбается в ответ.

— Думаю, пока ещё рано, — отвечаю более сдержанно. — Но начало положено.

— Вот именно, — поддакивает Матвей. — И лично я считаю, что это нужно отметить.

Не знаю какой смысл он вкладывает в эти слова, но моя кожа щедро покрывается мурашками от воспоминаний о вчерашнем вечере. Я прикусываю нижнюю губу ощущая на ней фантомное, но в тоже время невероятно реалистичное касание его рта.

Матвей потрясающе целуется. Доминирует не оставляя ни малейшего шанса на сомнения и метания. Казалось бы, это должно было меня испугать, но вместо этого его аура лишь ещё больше наполнила меня уверенностью. Не только в себе, но и в правильности момента. Или по крайней мере в его своевременности. Потому что несмотря на то, что я все ещё считаю, что мы поторопились, именно такое завершение вечера помогло мне справиться со своими эмоциями. Без этого я бы не смогла. Я бы вернулась домой и глядя на фальшиво обеспокоенное лицо мужа, собрала бы свои вещи и ушла. В никуда. Одна. Потерянная. Растоптанная. Несчастная.

Вряд ли Юля догадывается как сильно задели меня ее слова. Точнее правда в них. Я ведь не дура, сама все прекрасно понимаю. Отпустить и забыть, как завещала диснеевская Эльза — вот единственно правильный вариант. Но правильный не всегда значит лучший.

В мыслях я уже успела красочно представить месть. Причем, не столько то, какое влияние это окажет на Илью и Люду и как раздавит их морально и физически, сколько то, что буду чувствовать сама. И отказаться от плана сейчас — значит предать саму себя. Хватит того, что это уже сделали муж и подруга…

— Ну так что, — раздается голос Матвея, о котором я успела забыть погрузившись в собственные мысли, — Как насчет того, чтобы отметить первый успех?

— Я не против, — ловлю себя на мысли, что это не просто дежурная благодарность за помощь. Я действительно хочу снова встретиться с прокурором, но… — Но наверное не сегодня, — выдаю на одном выдохе. — Я еще от вчерашнего вечера не отошла.

Причем, я имею в виду не столько алкоголь, сколько наш поцелуй, однако Матвею об этом, пожалуй, лучше не знать.

— Жаль, — протягивает он и почему-то в этот момент я довольно ярко представляю его улыбку. То, как уголки его губ слегка приподнимаются вверх, обнажая ровный ряд белых зубов, как на правой щеке образуется едва заметная ямочка и как собираются мелкие морщинки рядом с глазами. Потому что когда Матвей улыбается — он делает это невероятно искренне. Будто когда-то прочитал в учебнике анатомии, что при улыбке на лице человека задействуется вплоть до пятидесяти трех мышц и каждый раз пытается достигнуть этого максимума, свято веря словам ученых.

— Но если честно, я и сам сегодня освобожусь поздно. Как насчет выходных?

— Да, наверное, — мямлю растерянно. — В смысле, пока у меня никаких планов нет, но я не могу настолько заранее обещать.

— Настолько заранее? — смеется он. — Сегодня четверг, Дина. И я бы очень хотел, чтобы ты вписала меня в свой плотный график на вечер субботы.

— Я постараюсь, — обещаю, борясь с желанием скрестить за спиной пальцы. — Ладно, не буду отвлекать. Работайте, господин прокурор.

— И тебе продуктивного вечера, свечной магнат Дина.

Матвей отключается, но я еще с минуту стою на месте с дурацкой улыбкой. Вот как ему это удается? Мы же даже не флиртовали. Но чувствую я себя, будто меня искупали во внимании и ласке. Не думаю, что это особенность Рокотова. Нет, он конечно, ведет себя вежливо и мило, но кажется, дело все-таки во мне. Я настолько отвыкла от того, чтобы быть в чьем-то фокусе, что сейчас радуюсь даже обычному разговору.

К тому времени, как я возвращаюсь домой, Ильи еще нет и я сразу бегу проверять телефон. Мила написала ему шесть сообщений, но они не прочитаны, поэтому я не решаюсь открыть мессенджер. Мне приходится довольствоваться лишь частью последнего. Что ж, даже так я понимаю, что мои слова попали точно в цель, потому что подруга не поскупилась на восклицательные знаки.

“Возьми трубку, черт возьми!!!!!!! Я сегодня видела твою женушку и знаешь, что она мне расск…” .

Самодовольно улыбаюсь и начинаю готовить ужин, подпевая холостяцкому хиту Майли Сайрус, который я поставила на репит.

Да-да, дорогой, я и цветы сама могу себе купить, и поговорить сама с собой… Но это не все мои таланты. Я, знаешь ли, недавно открыла в себе еще один. Коварство.