Плацдарм наших войск на западном берегу р. Одер в районе Кюстрина находился от столицы Германии – Берлина на расстоянии 60–75 км. Немецкое командование, зная о неизбежном большом наступлении Красной Армии на Берлин, использовало относительное затишье на Берлинском направлении для строительства оборонительных сооружений на подступах к столице, одновременно неоднократными контрударами пыталось отбросить наши войска на восточный берег р. Одер.

К концу марта 1945 г. танковые и панцергренадерские дивизии противника были выведены в резерв для доукомплектования и подготовки к оборонительным боям. В расположении танковых резервов характерно их предельное приближение к боевым порядкам пехоты. Так, тд «Мюнхеберг» и пгд «Курмарк» дислоцировались на удалении от переднего края до 10 км, что давало возможность противнику ввести их в бой в первый же день нашего наступления. В сравнении с ранее проводимыми операциями насыщенность обороны противника артиллерией была наибольшей, достигая на вероятном направлении главного удара наших войск до 40 стволов на 1 км фронта (в том числе танки, СУ, миномёты и зенитная артиллерия). Оперативная плотность войск противника на переднем крае составляла: одна дивизия на 5 км фронта, тактическая плотность – один батальон на 0,8 км. С учётом оперативных резервов плотность увеличивалась вдвое. В процессе развернувшихся боёв были введены в противотанковую оборону все зенитные средства, оборонявшие восточные подступы к г. Берлин.

Слабой стороной глубокоэшелонированной обороны противника явилось отсутствие стратегических резервов, а продолжающиеся активные действия Красной Армии на всех фронтах исключили возможность широкого межфронтового манёвра. Противник мог перебросить резервы, стоящие перед 2-м БФ (11-ю пгд СС «Нордланд», 23-ю пгд СС «Нидерланды»), что учитывалось при планировании операции. Противник, готовясь к большим оборонительным боям, в основном против Красной Армии, использовал все имеющиеся в его распоряжении части и соединения, все нестроевые и спецподразделения. К началу нашего наступления на Берлин немцы были готовы для ведения оборонительных боёв.

Политико-моральное состояние войск немецкой армии и населения

Для руководителей нацистской Германии, а также для армии и населения, было понятно, что, с началом наступления Красной Армии 16 апреля 1945 г., война вступила в последнюю, решающую стадию. Немецкая пропаганда употребляла все усилия, чтобы внушить народу и армии, что, несмотря на все тяжёлые удары, благоприятный для Германии поворот в войне всё же наступит и война будет выиграна, что речь идёт о жизни и смерти Германии и немецкого народа. Призывы к стойкости и выдержке подкреплялись угрозами, что за трусость и оставленные позиции солдатам грозит смертная казнь.

17 апреля в 14.00 Гитлер обратился с воззванием к народу и армии, в котором говорилось: «Мы имеем достаточно сил, чтобы расправиться с большевиками перед Берлином. Требуется применение всех сил и самопожертвование – в этом спасение Германии. В эти дни решается всё. Если перед Берлином большевизм получит кровавую баню, то это будет означать поворот в войне. В настоящее время – решительная битва против большевизма».

Пока гитлеровское руководство обещаниями и угрозами прилагали все старания предотвратить надвигающуюся катастрофу, процесс разложения в немецкой армии, находящейся под ударами с востока, юга и запада, развивался дальше, и солдаты не верили правительству, но, в силу слепого повиновения приказам, продолжали оказывать отчаянное сопротивление наступающим советским войскам. В процессе всего периода отступления войск германской армии солдаты всё больше убеждались, что надвигающуюся катастрофу предотвратить невозможно, так как с каждым днём войск и вооружения в немецкой армии становилось всё меньше, а нового вооружения и резервов не поступало. Немецкий солдат потерял веру в победу, устал от войны и ждал конца её.

Процесс разложения армии не могли задержать и меры крайних репрессий и устрашений, к которым вынуждено было прибегнуть немецкое командование, чтобы сохранить за собой власть над армией. Эти мероприятия сами по себе являются результатом процесса разложения армии. Несмотря на взывания немецкой пропаганды, несмотря на приказы Гитлера, что оставление позиций без приказа карается расстрелом, несмотря на то, что эти приказы действительно проводились в жизнь, несмотря на репрессии по отношению к семьям перебежчиков, несмотря на страх перед русским пленом – дисциплина в немецкой армии падала со дня на день. В последнюю проведённую операцию мы имеем примеры массовой сдачи в плен группами до 2000 человек.

Одновременно падало моральное состояние немецкого народа. В победу Германии не верили все основные слои населения, хотя об этом открыто не говорилось. Всякая вера в заверения правительства была потеряна. Руководящая клика и большинство членов нацистской партии были убеждены, что Германия потерпела поражение и что совершенно нельзя рассчитывать на то, что имеющиеся в наличии силы могли противостоять наступлению войск Красной Армии и союзников.

Берлин в течение последних двух лет подвергался особенно ожесточённым воздушным налётам со стороны наших союзников. В Берлине не было ни одного района, так или иначе не пострадавшего от бомбардировок. Весьма значительная часть Берлина была разрушена совершенно. Город лишился электричества, воды, газа. Уличный транспорт – трамваи, метрополитен, автобусный парк – перестал функционировать или в значительной степени был парализован. Продовольственное положение как в Берлине, так и в других городах Германии постепенно ухудшалось и достигло такого уровня, когда население стало голодать.

Немецкое правительство вынуждено было призвать в армию для защиты Берлина и его окрестностей всё мужское население, способное носить оружие. Иными словами, вчерашний обыватель, с его взглядами и настроениями, стал солдатом немецкой армии. Этот обыватель пришёл в армию со своим недовольством, что война продолжается бесконечно, что она принесла Германии, и, в частности, Берлину, неизмеримые бедствия, что война окончательно проиграна. Таким образом, настроение населения стало настроением армии.

Судя по высказываниям жителей – отношение к гитлеровскому режиму было отрицательное. Подобное настроение создалось на почве продолжительной войны, длящейся почти шесть лет. Жители воочию убедились, какие разрушения и страдания принесла в страну война. Они высказывали трезвую оценку военного положения и признавали, что война для Германии стала бесперспективной, дальнейшее сопротивление бессмысленно и принесёт с собой только дальнейшее разрушение и жертвы.

Характеристика оборонительных сооружений противника в полосе наступления 1-й гв. ТА

Строительство оборонительных сооружений перед плацдармом наших войск на западном берегу р. Одер в глубину Берлина противник начал в условиях военного соприкосновения с нашими войсками. К широкому ведению инженерных работ на оборонительных рубежах по р. Одер немцы приступили в начале февраля с выходом наших войск к реке. Для создания и совершенствования оборонительных сооружений переднего края были привлечены действующие пехотные части, а также сапёрные и строительные части РГК. Рубежи, располагающиеся в глубине, оборудовались преимущественно силами мобилизованного гражданского населения и «Организации Тодта».

Перед фронтом армии противник создал главную оборонительную полосу с наличием в ней трёх позиций с общей глубиной до 15 км и ряд промежуточных тыловых рубежей на подступах к Берлину. Все три оборонительные полосы были хорошо оборудованы в инженерном отношении, с хорошо развитой сетью траншей, запасных огневых позиций, как для артиллерии, так и пехотного оружия, и укрытиями для личного состава. Во всей системе обороны были использованы естественные препятствия, местные предметы и, в основном, каменные строения.