Награждён орденом Красного Знамени.
Гвардии старший лейтенант Александр Павленко, командир танкового взвода, 1-го тб 40-й гв. тбр. В боях в районе Гросс-Катц со своим взводом, идя в разведку, наткнулся на вражескую засаду. С ходу развернув свой взвод, Павленко уничтожил один танк противника, а его взвод – до 100 солдат и офицеров противника. Своими умелыми действиями на поле боя содействовал успешному продвижению бригады вперёд. 22 марта 1945 г. в боях за г. Гросс-Катц погиб.
Награждён орденом Отечественной войны I степени.
Гвардии младший лейтенант Виктор Абрамин, командир танка Т-341-го тб 45-й гв. тбр. В бою за Биркенберг 19 марта 1945 г. подбил вражеский танк и самоходку, а также, действуя огнём и гусеницами своей «тридцатьчетвёрки», уничтожил тяжёлое орудие, три противотанковых пушки, десятки гитлеровцев и взял четырёх пленных.
Награждён орденом Отечественной войны II степени.
При взятии Вангерина и Лобеза вновь отличились автоматчики роты лейтенанта Г. Ф. Бондарева. Действуя смело и решительно, они разгромили штаб фашистской части и уничтожили несколько групп вражеских солдат и офицеров, в том числе 20 фаустников, а также отряд сапёров, пытавшихся минировать дороги. Этим воины обеспечили путь своим танкам.
5 марта гитлеровцам удалось прорваться во фланг 2-го танкового батальона майора П. 3. Попова. Одновременно была выведена из строя командирская рация. Потеря связи со штабом бригады осложнила и без того трудную обстановку. Майор Попов был лишён возможности вызвать огонь артиллерии и миномётов по контратакующим превосходящим вражеским силам. Но выход был найден. Организовав круговую оборону, майор Попов послал в обход противника танк одного из лучших в батальоне экипажей во главе с лейтенантом И.Т. Семибратовым, поставив ему задачу добраться до штаба бригады с донесением. Одновременно экипажу предстояло вывезти имевшихся раненых. Танкисты с честью выполнили приказ, скрытно проведя свою боевую машину по труднопроходимой местности. Доставленные ими данные позволили нанести удар с тыла по контратакующим гитлеровцам и полностью их уничтожить.
В боях за Вангерин и Лабес умело взаимодействовали 1-й, 2-й и 3-й тб 44-й гв. тбр гвардии майоров Боридько, Пинского и гвардии капитана Деркача, батальон автоматчиков гвардии капитана Юдина и 1454-го сап подполковника Мельникова.
За героизм и мужество, проявленные в боях против немецко-фашистских войск в Восточной Померании, около 7 тысяч солдат и офицеров армии награждены орденами и медалями.
Почти все соединения и части 1-й гвардейской танковой армии были награждены орденами. Ордена Ленина удостоились 40-я и 45-я гвардейские танковые бригады, ордена Суворова II степени – 11-й гвардейский танковый и 8-й гвардейский механизированный корпуса, 19-я и 21-я гвардейские механизированные, 27-я гвардейская мотострелковая и 197-я лёгкая артиллерийская бригады, ордена Кутузова II степени – 1-я и 44-я гвардейские танковые и 20-я гвардейская механизированная бригады.
Из боевого пути армии
«8 марта с генералом М.Е. Катуковым разговаривал по телефону И. В. Сталин. Он особенно интересовался состоянием танкового парка. Командарм доложил, что в строю имеется около 400 танков и самоходно-артиллерийских установок, но почти все они израсходовали запас моточасов. В заключение И. В. Сталин сказал:
– Надо помочь Рокоссовскому. Подумайте и сделайте всё, что можете.
Требования Верховного Главнокомандующего были немедленно доведены до всего личного состава армии. Все ремонтные подразделения и экипажи напряжённо трудились днём и ночью. К утру 9 марта было отремонтировано 50 танков, и всего, таким образом, к началу боевых действий армия имела в строю 455 танков и самоходно-артиллерийских установок.
Во второй половине дня 8 марта командующий танковой армией генерал М. Е. Катуков и член Военного совета генерал Н. К. Попель прибыли в штаб 2-го Белорусского фронта и доложили командующему 2-м БФ маршалу К. К. Рокоссовскому о состоянии 1-й гв. ТА. Маршал был удовлетворён докладом, ознакомил с обстановкой, поставил задачу и выразил уверенность, что 1-я гв. ТА поможет 2-му БФ быстрее разгромить уцелевшие войска Восточно-Померанской группировки…
Вечером 26 марта в штаб 1-й гв. ТА прибыл Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский. Он отметил отличные боевые действия войск армии и отдал распоряжение в ночь на 27 марта сдать занимаемые боевые участки 19-й армии и сосредоточиться в районе Люзина, а затем совершить комбинированный марш (автотранспорт – своим ходом, а танки и самоходно-артиллерийские установки – по железной дороге), к исходу 30 марта сосредоточиться южнее Ландсберга, где войти в состав 1-го Белорусского фронта».
Гвардии старший лейтенант П. Аксёнов[101]. «Самоходная артиллерия взаимодействует с пехотой»[102]
«Развивая успех наступления, одна из пехотных частей, вместе с приданными ей самоходками, подошла вплотную к городу на подступах к Берлину, превращённому немцами в сильно укреплённый опорный пункт. Нашим частям пришлось встретиться с хорошо развитыми инженерно-оборонительными сооружениями и преодолевать упорное сопротивление гитлеровцев. После жаркого боя на окраине города враг был вынужден отойти к центру. Пехотинцы, поддержанные самоходными орудиями, вышли в центральную часть города, где находилась крепость, в которой укрывались немцы. Здесь гитлеровцы собирались отсидеться. Крепость была окружена стеной высотой до 4 м и толщиной 1,5 м. Перед стеной был глубокий, непроходимый для танков и самоходок ров с водой. Все мосты через ров немцы взорвали. Подступы к крепости были заминированы и обстреливались сильным артиллерийским, миномётным и пулемётным огнём.
Было принято решение штурмовать эту крепость с двух направлений. Ночью сапёры разминировали подступы ко рву и соорудили переправу. Для того, чтобы быстрее навести переправу, сапёрам помогали экипажи самоходок, причём особенно отличились гвардии техник-лейтенант Смагин[103], гвардии старшины Соболев и Иванов и командир установки гвардии младший лейтенант Цихоня[104]. К утру самоходки переправились через ров и вплотную подошли к стенам крепости. К этому времени стена в одном месте была подорвана сапёрами и в крепость проникла группа пехотинцев, заняв там с боем два крайних дома. Через эту брешь в крепость прошли и наши самоходки.
Мы попали на улицу с большими каменными домами, откуда немцы вели сильный огонь. Я принял решение своими орудиями разрушить эти дома и приказал открыть огонь бронебойными снарядами сначала по верхним этажам, а потом по нижним. В результате нашего обстрела часть домов была разрушена. Огонь противника несколько ослаб. Пехотинцы получили возможность продвигаться дальше. Нам же, самоходчикам, продвигаться было труднее, так как в результате разрушения домов на узкой улице образовались завалы. Одна самоходка застряла под обстрелом противника. Автоматчики и члены экипажа гвардии сержанта Даниэляна расчистили путь, и самоходка пошла вперёд. К этому же времени в крепость ворвалась и вторая группа наших войск.
В середине дня крепость была очищена от гитлеровцев, и на самом большом здании, в её центре, взвился красный флаг. Особенно поучителен этот трудный бой тем, что благодаря умелым действиям, хорошей организации взаимодействия с пехотой и между собой мы сумели избежать потерь и сохранить матчасть.
Особенно опасны были в этом бою для нас фаустпатроны. Но автоматчики, действовавшие совместно с нами, заблаговременно уничтожали фаустников. В этом большая заслуга командиров отделений автоматчиков гвардии сержанта Трущебина[105] и гвардии старшины Тащилина[106]. В бою не может быть шаблона, и командиру очень важно уметь правильно оценить обстановку и, когда нужно, проявлять разумную инициативу. Кроме того, в бою за населённый пункт всегда нужно помнить о таких важных моментах, как тщательное наблюдение, связь с соседями и непрерывная разведка местности. Особенное внимание танкистам и самоходчикам нужно обращать на подвалы домов, так как они чаще всего используются для противотанковой обороны».
