Основные силы бригады в течение 30 января 1945 г. и первой половины дня 31 января продолжали бой в районе Кайнейта, шаг за шагом продвигались в глубь укрепрайона. В ночь на 31 января 1945 г. под покровом темноты был преодолён первый противотанковый ров, уничтожены доты, прикрывавшие на этом участке ров своим огнём. Первым преодолел противотанковый ров танковый взвод под командой гвардии младшего лейтенанта Любаго. Выйдя на западный берег рва, гвардии младший лейтенант Любаго блокировал дот, прикрывавший огнём сектор, где организовали переправу танков, обеспечив им беспрепятственный переход через ров. Гарнизон дота, 57 человек, сдались в плен и доставлены Любаго на КП.
Южнее, в направлении Хохвальде, вела бой 45-я гв. тбр, 27-я гв. мсбр, двигавшаяся частью в пешем строю, частью – на конном транспорте, подошла в ночь на 31 января. Её части распределили по танковым бригадам, они вели бой совместно с танкистами. Артиллерийские части корпуса, приданные бригадам, вели бой непосредственно в боевых порядках частей. Утром 31 января 1945 г. получили сведения, что противник в районе Шверина сосредоточивает значительные силы для контрудара в направлении Пиние во фланг и тыл нашим наступающим частям.
Приказом командующего армией 45-я гв. тбр с утра 31 января 1945 г. выведена из боя и к исходу 31 января 1945 г. сосредоточена на развилке шоссе 10 км юго-западнее Бирнбаума. Заняв оборону на широком фронте методом танковых засад, бригада перекрыла направление на Пиние, прикрыла правый фланг армии. Левый наш сосед – 8-й гв. мк, ведя бой 15 км южнее района боёв танкового корпуса, с утра 31 января 1945 г. преодолел сопротивление противника и быстро развивал успех в западном направлении. Появилась возможность обхода Мезеритцкого укреплённого района с юга.
Во второй половине дня 31 января корпус, оставив небольшое прикрытие на дорогах перед Мезеритцким укрепрайоном, до подхода стрелковых частей, повернул на юг на маршруты 8-го гв. мк. Совершив пятидесятикилометровый марш-манёвр на юг в обход Мезеритцкого укрепрайона, по маршруту Иордан, Либенау, Шпигельбарг, Лагов, Тауарциг, главные силы корпуса к утру 1 февраля 1945 г. вышли в район, занимаемый передовым отрядом. До р. Одер, последней крупной водной преграды на пути к Берлину, оставалось 30 км. Остатки многочисленных частей и соединений противника, разбитых на пути от р. Висла, группами иногда довольно многочисленными, но не управляемыми, лесами уходили на запад. В таком виде они не представляли серьёзной силы.
Если бы немецкое командование сумело их собрать западнее р. Одер, эти силы могли бы оказать серьёзное сопротивление, использовав для обороны р. Одер – прекрасный рубеж для этой цели.
Перед корпусом встала новая задача: упредить противника в выходе на р. Одер, захватить плацдармы на западном берегу для дальнейшего развития наступления непосредственно на Берлин. Начав с утра 1 февраля 1945 г. наступление в направлении Геритца, расположенного непосредственно на берегу р. Одер, весь день корпус вёл бои с противником, прикрывавшим р. Одер.
Противник был всюду. Новые и новые партии фольксштурмовцев бросало немецкое командование под удар наших частей. Многочисленные группы противника, отходя с востока, спешили к Одеру, стремясь уйти из-под удара за реку. Это были неорганизованные части, но среди них было много тех, кто, чувствуя за собой вину, предпочитал смерть плену, таких, которые ещё на что-то надеялись, хотя надеяться было абсолютно не на что. Разгром Германии был очевиден.
Бои вспыхивали неожиданно – на перекрёстках дорог, в рощах и перелесках, в деревнях и усадьбах, во флангах и в тылу. Это были короткие, но яростные схватки, иногда дававшие большие потери с той и другой стороны.
Бой вели все, кто в этот день были в районе треугольника городов Кюстрин, Франкфурт, Циленциг. Дрались танкисты и шофёра, артиллеристы и ремонтники, автоматчики и линейные телефонисты, зенитчики и сапёры. Перестало существовать деление на “активные” и “неактивные” штыки. Каждый был “активным” штыком.
Повара, готовящие обед на какой-нибудь опушке леса, приводили пленных немцев, захваченных на этой же опушке леса. Офицеры связи, выезжая в части для связи, докладывали при возвращении, сколько ими лично уничтожено по дороге в часть немецких солдат, и привозили пленных немецких офицеров.
Медсанбат корпуса, под командой гвардии майора медслужбы Пометова, чтобы развернуть корпусной медпункт в одном из населённых пунктов, вступил в бой с полуторастами гитлеровцев, находившихся в этой деревне. Дрались легкораненые, врачи и санитарки. 79 человек, как потом оказалось, немецкой сапёрной роты, были взяты в плен, остальные уничтожены.
Гвардии лейтенант Горгуновский стал не только специалистом-зенитчиком, но и бронебойщиком. Несколько раз за эти сутки ему пришлось вести бой с немецкими бронетранспортёрами. Командир танка 40-й гв. тбр лейтенант Мануйлов захватил в плен в этот день 84 человека. Начальник химслужбы 1018-го зап гвардии старший лейтенант Цыплёнков вместе с командиром своего полка, неожиданно напоровшись на засаду немцев, потерял убитым командира, не растерялся, под огнём противника вынес на себе труп командира и доставил его на КП полка.
Бой продолжался весь день. Напряжение боя не спало и с наступлением ночи. К 22.00 1 февраля 1945 г. части корпуса вышли к южным и восточным окраинам г. Геритц, расположенного непосредственно на берегу р. Одер. Начался ночной бой за город. Чтобы выйти к переправам на Одере, надо форсировать канал, соединяющий напрямую р. Одер с р. Варта. Мост через канал охранялся значительной группой фаустников.
В ночном бою командир танкового взвода 40-й гв. тбр гвардии младший лейтенант Самойлов неожиданным ударом захватил мост на канале и обеспечил переправу частей корпуса через канал. Вслед за Самойловым, переправившись через мост на канале, первым ворвался к паромной переправе на Одере танковый взвод под командованием гвардии старшего лейтенанта Самойлова. 1454-й самоходный полк в ночном бою за г. Геритц захватил 100 человек пленными немецких солдат и офицеров. К 9.30 2 февраля 1945 г. наши части полностью овладели г. Геритц и вышли на берег р. Одер.
Противник с утра 2 февраля 1945 г. контратакой из Кюстрина попытался выбить наши части из Геритца и отбросить их от реки. Контратаку отбил своим батальоном командир танкового батальона 40-й гв. тбр, ныне Герой Советского Союза, майор Иванов, прикрыв с севера переправу частей корпуса. Не прекращался огонь всех видов артиллерии противника с западного берега Одера и с Зееловских высот. Подтянув артиллерию корпуса и организовав огонь, части корпуса под прикрытием огня начали переправу через Одер по рыхлому весеннему льду.
Первым переправился мотобатальон 44-й гв. тбр, 5-я батарея 350-го артполка, за ними мотопехота 40-й гв. тбр. К исходу 2 февраля 1945 г. переправившиеся части вышли непосредственно к Зееловским высотам, захватив плацдарм общей площадью в 24 кв. км, подтягивали паромы, готовили переправы для танков.
Но переправлять танки не пришлось. Корпус получил новую задачу – повернуть на север, подтянуть и собрать части корпуса, подготовить их для новой операции. К исходу 3 февраля 1945 г. корпус временно вышел из боя. Плацдарм на западном берегу Одера передали подошедшим стрелковым полкам».
Гвардии капитан Т. Боровиков. «Как мы отрезали немцам пути отхода»
«Наперерез отступающему из города противнику шли наши танки. Батарея самоходных установок гвардии младшего лейтенанта Григоренко своим огнём сопровождала танкистов. В городе неожиданно пришлось вступить в бой. Все три танка вышли из строя. А в это время противник поспешно уводил свою технику и живую силу.
Офицер Григоренко понимал, что нельзя упускать гитлеровцев живыми.
– Жаль, что танков с нами нет. Только бы и бить гитлеровцев сейчас. Момент подходящий. Ну что же, пойдём одни.
Три самоходки тронулись на рискованное и трудное дело. Глухими переулками, по окраине города офицер Григоренко вывел свои машины. Перед самоходчиками вдалеке чернел сосновый лес. Вдоль его опушки проходило шоссе – единственный путь отхода немцев из города. Туда и устремились самоходки. На скрещении полевых дорог и шоссе гвардеец Григоренко расставил свои самоходки. Они стояли так, что основная мощь их огня была направлена вдоль шоссе, в сторону города, но артиллеристы могли обстреливать и остальные дороги. Всё было рассчитано. Запереть все выходы из города и держать в нём немцев – вот главная задача, которая стояла перед самоходчиками. Из города вышла колонна автомашин. В середине её были орудия, шли самоходки. Григоренко моментально оценил обстановку и принял решение: застопорить движение всей колонны, а затем расправиться с артиллерийскими средствами.
