Кроу ведь предупреждал, что ее нельзя закрывать, если хочешь потом выйти. Окна-то в доме не открываются!

...- А зачем это? Неужели никто не входит и не выходит из особняка? - спросил Михайлов по видеосвязи, - Это же непрактично.

- В сам дом никто не заходит кроме тех, кто там проживает. Выходят оттуда только в случае крайней опасности, - поджав губы, бросил Джон…

"Надо же, как мило! Он обезопасил своих подпольных работников от своих волкодавов… Только вот, обезопасились ли они сами от себя?" - вздохнул вдруг Михайлов, глянув на сдохшего пару минут назад, мутанта. "Даже страшно представить, чем конкретно они тут занимались!" - мелькнуло в его голове, но он быстро отбросил эти мысли. Потом подумает, на досуге. Сейчас же была совершенно другая задача: выжить и свалить отсюда к чертовой матери!

Главный вопрос: как?

В доме началась суматоха. Конечно же, все были просто невероятно шокированы тем ужасающим фактом, что они все теперь тут заперты. Без еды, без воды, лишь с одними рациями, которые бьют на расстояние максимум километра! Им попросту неоткуда было ждать помощь в ближайшее время. Конечно же потом, дня через три, о них обязательно кто-то вспомнит, но, опять же, бюрократия! Никто не полезет в особняк Кроу без его ведома, а ему откровенно начхать на то, что туту кто-то сдохнет.

Впрочем, паника прошла довольно быстро, уступив месту слаженности и холодности... Нет, не спецов, но и не новичков, каждый из которых отправился выполнять поставленную ему задачу. И кто бы мог подумать, что интереснее всего она окажется у Горана Мраче.

Свободно повесив автомат, он вышел в коридор, нарочно шоркая не самыми чистыми ботинками по красному ковру, который его невероятно бесил, как и сам дом, впрочем. Справа были красивые панорамные окна, за которыми стояла кромешная тьма и изредка по ним ударяли капли вновь начавшегося дождя, вернее, ливня.

Яркая вспышка молнии озарила небо и пространство за стеклом, что заставило Мраче отшатнуться от него прочь, так как за ним стояли около восьми псов, рыча и скалясь, капая на землю перед собой своей слюной. Кое-как взяв себя в руки, он посмотрел на стекло и, понадеявшись, что оно бронированное, повернулся к противоположной стене, что была украшена картинами разных художников. Горан никогда не разбирался в искусстве, однако даже он смог распознать тут картину Айвазовского "Девятый вал", которая ну никак не вписывалась в нуарный интерьер дома. Скривившись, он пошел дальше, изредка поглядывая на стекло, за которым притаилась смертельная опасность, которую вновь перестало быть видно. Просто чернота.

- Просто темно, ночь, - прохладно сказал Мраче и двинулся дальше, достав из кобуры пистолет и едва не выронив ключи от наручников русского. От чего-то ему казалось, что если с ключом случится хоть что-то, тот его на куски порвет. Всё-таки какое-никакое профессиональное чутье, но у Мраче было, - а ведь если так подумать, то мы вовремя в дом заскочили, пока эти волкодавы на нас все скопом не кинулись. Выходить как будем - вот вопрос. Причем крайне актуальный!

Покачав головой, Мраче толкнул массивную деревянную двустворчатую дверь из какого-то темного дерева и, выставив пистолет, вошёл в парадную южного крыла.

Там было... Великолепно. Поистине. Все тот же нуарный интерьер, только разбавленный элементами из темного дерева и электроникой, такой как телевизор, мини-холодильник, проводной телефон и прочее, что могло пригодиться для проживания и работы. На столе были раскиданы какие-то документы с совершенно непонятным Мраче содержанием, перевёрнутая ваза с искусственными алыми розами, что, покрывшись пылью, теперь были наполовину серыми, а так же пара перевёрнутых бутылок с водой, вернее, уже без, так как она просто высохла за такой промежуток времени.

В дальней части помещения была широкая лестница из темного дерева и перил из черного мрамора, покрытая алой ковровой дорожкой. В целом, вся комната была застелена алым ковром.

- Что же так... - покачал головой Горан, высказывая свое мнение по поводу стоимости интерьера. Которое, конечно же, никого не интересовало. Вздохнув, в мертвой тишине невероятно дорогого особняка, он взял пульт и включил телевизор, желая посмотреть, что тут обсуждали.

Там проецировалась презентация. Пролистав ее в самое начало, он поднял брови в некоем... Нет, не удивлении, возможно, полу безразличии... Заголовок презентации гласил: "Проект TRX", научным руководителем которого являлся некий Фролов Е.В.. Пролистав парочку слайдов с диаграммами, представляющими различные жизненные процессы и их изменения, Мраче усмехнулся. Было понятно, что в человека ввели некий препарат, а потом внимательно наблюдали за тем, как изменяется его состояние, наплевав на все этические нормы.

- М-да, а я думал, что это фантастика, - усмехнулся он, а после, выключив презентацию, пошел наверх, на второй этаж, опять удивляясь обилию картин, а теперь ещё и бюстов из белого мрамора.

Лестница вела в другой, не менее помпезный, коридор, в котором уже не было панорамных окон, вместо них были широкие арочные, украшенные какими-то мраморными финтифлюшками. Здесь уже не было картин или красного ковра - пол был из белого и черного мрамора, зато стены были бордовыми!

Громко цикнув, Мраче подошёл к одному из окон и поразился - из них было видно центральное крыло и окна, в которых горел свет и было видно, как кто-то там ходил.

- Что за?!..

Чио неспеша направлялся прочь от своих товарищей и сослуживцев, мысленно находясь не здесь, а снаружи этого чертового особняка. Ещё никогда ему так не хотелось завершить задание, как сейчас, потому что интуиция слишком редко обманывала его. И сейчас она говорила ему, что такая изменчивая дама, как Фортуна вот-вот помашет ему ручкой. Он знал это.

Вздохнув, он вошёл в длинный коридор в таком же дизайне, в каком был и сам холл - бело-черные полы, черная стена с белыми прожилками, на которой висели картины, и панорамное окно во всю длину коридора с белой подсветкой по верху, которая едва-едва разрывала темноту ночи за окном, освещая черную траву, блестящую от дождя, и сами капли, что ударяли в стекло с глухим звуком, так не кстати заполняя мертвую тишину дома.

- Хорошо же русские живут, - со вздохом сказал Минчжду и, моргнув, пошел вперёд, взяв в руки пистолет. Китаец был настолько поглощён созерцанием интерьера, что даже не заметил собак, что с интересом наблюдали за живностью в доме, ожидая момента, когда откроется хоть какая-то лазейка для того, чтобы наконец поесть.

Между тем, Чио неспеша направлялся дальше и, толкнув очередную дверь, был поражен обилию мрамора в огромной гостиной. Широкий красный диван, длиной метров в шесть, стоял перед стенкой с огромной плазмой, между ними расположился стол из черного мрамора. Рядом с ним валялся полуразложившийся труп какой-то девушки, что не шевелилась. Она действительно была мертва, даже более чем, однако, ее кровь все ещё сохраняла в себе опасный патоген. Впрочем, даже не зная этого, он не прикоснулся к трупу в белом халате, просто пройдя мимо него. Его внимание больше привлекли алые искусственные розы, что посерели под слоем пыли.

- Что за идиотическая любовь к розам?! Ещё и искусственным, - китайца передёрнуло, но он все равно пошел дальше, на второй этаж, поднимаясь по деревянной лестнице с перилами, покрытыми пластинами из черного мрамора . Зачем такая роскошь была нужна, Чио не понимал.

Наверху был ряд дверей, в каждую из которых Минчжду непреминул заглянуть. Это оказались спальни, каждая на несколько человек, обставленные как... Как казармы, если не хуже! Грубые деревянные кровати, с простыми матрасами, лёгкие простыни, впрочем, в доме было достаточно тепло, обычные компьютерные столы... Обстановки были почти что спартанские, что резко контрастировало с великолепием остального дома. Однако, нельзя было сказать, что жившие тут люди были в нужде...