Кабинет предстал перед Еленой в ещё более худшем состоянии, чем она ожидала. Яркие белые лампы прекрасно освещали пространство, позволяя вдоволь насладиться раскиданными по всему полу документами, разбитыми в хаосе колбами, из которых уже не вытекали реагенты, но цветные пятна от них, словно следы какого-то преступления, остались на поверхностях возле битого стекла.

Холодильник с прозрачной стеклянной дверцей, в котором раньше находились расходники для создания вирусов, был пуст, так как электронный замок был напрочь сломан. "А говорили высший класс защиты!" - хмыкнула Елена, медленно моргнув, а после подошла к абсолютно целому сейфу.

Михайлов хмыкнул, осмотрев все помещение и приметив сразу три вещи: дверь, что была тут ещё, напротив основного входа, сейф, стоявший на одной из тумбочек и… Проигрыватель виниловых пластинок.

Тряхнув головой, он, не спрашивая разрешение, подошёл к черному кожаному патефону с бархатной подкладкой изнутри и стоящим рядом с ним пластинкам. Честно? Он ожидал увидеть какие-то раритетные пластинки из прошлого века, вероятно, стоящие если не баснословных, то не маленьких денег, но, судя по названиям, в альбомах были более чем новые песни сразу нескольких жанров.

- Поаккуратнее, их все делали на заказ, - чисто механически сказала Елена, роясь зачем-то в тумбочке.

"Охренеть", - мелькнуло в голове у Михайлова. В его глазах будто засияли два знака доллара, словно он был персонажем старых американских мультфильмов по типу "Дятла Вуди" или "Тома и Джерри": "Даже страшно представить сумму этой коллекции. Нет, серьёзно, их же не производят почти! Я даже и не скажу, кто бы таким заказом у нас в стране мог заняться..."

Он был растерян и, вместе с тем, приятно поражён. Как-будто этот монстр в женской оболочке неожиданно… Привлек его, открывшись с другой, невидимой до селе, стороны. В его голове крутились вопросы по типу: "А какая она вообще? Чем увлекается? Почему она стала… Такой?"

Одернул ли он себя? Нет. Ему нравилось копаться в людях и психологии - специфика работы.

Остальные "рассосались" по кабинету, исследуя всё или просто разговаривая. Интерполовцы немного походили туда-сюда по помещению и остановились у рабочего стола с выключенным компьютером и диктофоном, что лежал на нем, и то просто щелкали предохранителями и магазинами, будто проверяя, сколько у них осталось патронов, то переговаривались друг с другом по-английски.

Ангелина отошла к белой доске, что висела на стене и была исписана какими-то химическими формулами. Цокнув, она взяла маркер и дописала двойку, как какая-то перфекционистка.

- Так-с, ладно, - хмыкнула Елена, после чего на все помещение раздался писк клавиш сейфа, который сменился лёгким щелчком открывшейся дверцы. Все обернулись, наблюдая, как она извлекла из сейфа серебристый кейс, что, по видимому, должен был забрать Вадим.

После этого она громко и показательно захлопнула дверцу сейфа, распрямившись. И никто не знал, что она достала ещё и пистолет, который она спрятала за пояс и прикрыла сверху водолазкой.

В кабинете висела мертвая тишина по той простой причине, что все… Уснули. Предрассветные часы, пусть никто и не видел самого рассвета, так как все находились под землёй, все равно взяли своё и сморили простой человеческий организм, заставив их прикрыть глаза, забыв на время об опасности и распрях. Интерполовцы, как ни странно, облепили стол, опершись на него спинами, а руки положили на колени, склонив головы вниз.

Вадим занял один из стулов, что стоял в углу кабинета на случай, если муж Елены захотел бы ее навестить и посидеть рядом. Ангелина залезла с ногами на стол и там и легла спать, впервые не боясь, что ее достанут какие-либо твари.

Не спала только Елена, что, сидя на стуле на колесиках перед своим включенным ноутбуком, на коленях которой лежал кейс с образцами вирусов, тихо крутила ручку в руках, силясь понять, когда же все вышло из-под ее контроля.

Вот уж что-что, а спать ей в ближайшее время точно не захочется, в этом она была уверена…

Она медленно листала пдф-документы, практически не акцентируя на них никакого внимания, лишь краем глаза отмечая дату или название, пока мозг усиленно анализировал информацию.

- Что я упустила? - нахмурилась Кроу, бросив взгляд на Мельникову, что мирно спала в своем красном платье, - Залезть к нему в постель… Понимаю, от чего нет? Бабло на ножках, всё-таки. Но… Что я сделала не так, что меня решили устранить, я понять не могу, - она провела пальцами по холодному, словно лёд, лбу, в очередной раз отмечая, что она перестала потеть. И почему-то это очень сильно ее напрягло, ведь она понятия не имела, какие конкретно изменения произошли в ее организме. Но это она пока отодвигала на другой план, - Думай, Лена, думай! Шерлок из тебя никудышный, но на Ватсона тянешь… Я же была полезна, у меня было куча идей, - Елена упрямо листала файлы, но вскоре вышла из "Проводника" и машинально открыла "Корзину", - Как он там сказал? Ты сворачиваешь перспективные проекты, пишешь и удаляешь… Ну во втором ничего удивительного нет, в конце концов, я крайне творческий человек, да и… Я делала так не раз. Брала и удаляла вроде гениальное, а на деле неисполнимое. А вот первое… Что я свернула?..

Она нахмурилась, откинувшись на спинку стула. "Сворачиваешь перспективные проекты..." - звенело в ее голове. Какие проекты? Что она сделала? Разве что не захотела работать дальше и стала менее активной, но разве же это было сворачиванием проекта?

Только если проектом не была она сама, но все равно нет.

- Да твою же мать! - прошипела она, с тихим стуком положив ручку на стол, - Я не понимаю… Не понимаю!..

- Почему не спишь? - послышался тихий вопрос, заданный хриплым мужским голосом. Громко цокнув, Елена повернулась к Михайлову, что, проснувшись, скрестил руки на груди и теперь безотрывно смотрел на нее. Безразлично скользнув по нему взглядом, она задержалась на его длинных волосах.

"Нет, я не могу это понять!" - капитулировала ее психика: "Я не понимаю и не принимаю длинные мужские волосы! Не могу, блин".

- Тебе какое дело? Выспалась за полгода, - буркнула Кроу в ответ, молча наблюдая, как Михайлов встал и, взяв стул в руки, подошёл к ней и сел рядом, стараясь не шуметь. Увидев сие действо, она изумлённо изогнула правую бровь.

- Чтобы не орать через всё помещение, - усмехнулся он, вновь скрестив руки на груди и тряхнув своими, черными, как вороново крыло, волосами, - Давай честно? Ты хочешь спасти свою шкуру. На остальных тебе по большому счету плевать, так? - Елена улыбнулась, прикусив нижнюю губу.

- Ненавижу проницательных людей, - хмыкнула она, - ну почему же? Меня, допустим, очень интересует судьба Мельниковой. У меня есть абсолютно обоснованное желание, чтобы ее дальнейшая жизнь не сложилась. Мне, впрочем-то, и моя не особо важна, - после этой фразы Михайлов ухмыляться перестал, наоборот, даже поджал губы и посмотрел на неё ошарашенным взглядом, - а ты как думал? Нет, давай говорить откровенно, раз уж мы решили "по душам"! Мой муженёк обладает… Замечательными связями, которые жиздятся на его богатстве. Сейчас это богатство - тут, - Елена слегла щёлкнула по кейсу пальцем, - я не знаю, кому поставлялись патогены, но известно, что они так нигде и не засветились. Пока. Ещё мне известно, что они продавались буквально едва ли не по одной клетке, чтобы вирус было невозможно синтезировать. На этом настояла я. Так что Кроу, скорее всего, сейчас не имеет патогена на руках. А заказы на него есть. Не будет выполнено - с него стребуют неустойки. Поэтому за этот кейс он сейчас готов продать душу. Или за меня, если я опять соглашусь все создавать, - ее лицо украсила злобная кривая улыбка, - я не соглашусь, конечно же. Поэтому от Кроу мне особо не уйти. Это нужно менять лицо, документы и прочее. Деньги есть, их много. Желания нет. Плюс я обречена на вечное одиночество, если не хочу эпидемии какой-нибудь, клятва Гиппократа, знаешь ли… Да и все это делалось с одной единственной целью, которой я так и не добилась.