"Клетки? Вольеры?" - вспомнил он о том, что говорил Кроу. "Хороший вопрос, что там. Что в них. И насколько хорошо они заперты".

Впрочем, он уже понял, что крайне непостоянная дама по имени Фортуна поворачиваться к ним сегодня не собиралась, поэтому на то, что они пустые или нормально заперты он даже не надеялся.

- И куда же мы пойдем? - хмыкнул Михайлов, бросив обеспокоенный взгляд на, спещащую куда-то, девушку. Впрочем, куда, он уже догадался - к комнате с вольерами, что ни черта не радовало. "Что-то я не врубаюсь," - нахмурился он: "Они же и ее, и нас положат к хренам, те, кто внутри. Или мы чего-то не знаем и ее тогда не тронут? Почему она тогда не прошла сюда раньше, без нас, если такая особенная? Зачем ей мы, если она нас планирует положить? Или ей и половины хватит от общего состава, чтобы выбраться живой? Или она планирует дать деру, пока нас будут есть?! Арх! В любом случае, подыхать как-то не очень хочется," - тряхнул Вадим головой.

- Вообще существует два пути: длинный и короткий. Обходной займет больше времени и мало ли что там есть, а короткий мы быстро проскочим, - развела Мельникова руками, а Альберт Оусен нахмурился, понимая что девушка что-то не договаривает. Плюс, он уже как-то привык к Михайлову и понял, что тот если что-то и говорит, то по делу, а это значит, что вопрос был задан не просто так, для этого был веский повод. Развернувшись лицом к задержанному, он громко спросил:

- Русский, что там? - Михайлов показательно похлопал пальцем по схеме на стене.

- Вольеры. Там клетки для каких-то животных, - пояснил он, посмотрев на Мельникову. Впрочем, теперь на нее смотрели все, жаждя услышать объяснения.

- Они пусты, - пожала она плечами вновь. Причем сказано это было с такой уверенностью, что не поверить было почти что невозможно. "Ладно, предположим, но что-то же там было" - тряхнул длинными волосами бывший ОМОН-овец, чуя подвох: "Вот есть там что-то. Я просто уверен! Ладно, надеюсь, что не сдохнем раньше времени".

Группа, вскинув автоматы, пошла вперёд вслед за девушкой, которую теперь намеренно пустила вперёд себя. Громко цокнув, она приблизилась к очередной двери и ввела новый код, после чего дверь пискнула и открылась, впуская их внутрь.

Внутри было белым бело от света, что лился с потолка в таком объеме, что вся группа была вынуждена пришуриться и даже закрыть глаза. Как только они более-менее привыкли к подобной яркости, они увидели вольеры, представлявшие собой просто ниши в стене, отгороженные прочной на вид сеткой, железными дверьми с кодовыми замками и застеленные изнутри соломой, частично испачканной в кровь. Ею же были вымазаны и полы. Что это не просто красная краска догадались все, слишком уж это было бы нелогичным в данном месте.

- Кто тут содержался? - спросил Оусен командным голосом, а Мельникова, не оборачиваясь и ни на секунду не останавливаясь, пошла к следующей двери, тоже кодовой. Вообще каждую можно было открыть с помощью специальной ключ-карты, но ее не имелось, поэтому приходилось все цифры вводить вручную.

- Понятия не имею, - беззаботно отмахнулась Ангелина, а после распахнула дверь и отошла в сторону, почти что вжавшись в сетку.

В следующую секунду помещение заполнилось грохотом выстрелов и запахом пороха и свинца, так как внутрь вбежали те же собаки, что были наверху, на территории поместья. Черные, они понеслись вперёд, на группу, при этом даже не посмотрев в сторону Мельниковой, хотя та казалась самой лёгкой добычей. А ещё она, как бы не старалась хорошо играть, не была напугана. В отличие от остальных.

Собаки неслись на них и падали, но только в том случае, если у них была прострелена голова или шея, или перебиты лапы, правда тогда они просто падали и все равно пытались встать и дальше атаковать. Трое из этих инфецированных псов все же были убиты, а оставшие двое ретировались и дали деру куда-то вглубь открывшегося коридора, свернув налево на развилке.

Военные нервно выдохнули и стали проверять боезапас, который постепенно таял, как мороженое на солнце, что было более чем логично с какими-то сюрпризами!

"Твою мать, эти наручники надо нахер скидывать," - подумал Михайлов, с опаской поглядывая на эту девушку в алом платье и на каблуках: "И эту тоже желательно бы куда-то деть, а то такое чувство, что с ней мы и суток не протянем, не говоря уже о том, чтобы выжить! А ведь не соврала, сучка, вольеры пустые! Все, кто в них был, уже давно снаружи! И кто-то же их выпустил, да?"

Все стихло и замерло, как будто только что прошла гроза и, как это обычно бывает в природе, все живое спряталось, все ещё опасаясь повторения или продолжения того, что творилось до этого.

Увидев, что собаки либо сдохли, либо сбежали, Мельникова отклеилась от спасительной стены-сетки и наигранно испуганно посмотрела на мужчин, что тяжело дышали, мотая головами. Адреналин все ещё гулял в крови каждого, поэтому они выглядели взбудораженными и немного безумными. Каждый из них вращал глазами и тер лицо ладонями, будто пытаясь смыть с себя этот, только что пережитой, ужас.

- Почему они тебя не тронули?! - прохрипел Мраче, который уже был почти что трупом. Впалые глаза и лихорадочный блеск в них, мертвенно бледный цвет лица, шелушащаяся кожа, слабость, из-за которой он уже почти лежал на китайце и кровоточащая нога, от которой шел гнилой запах - вот чем он теперь был, однако его голос, на удивление, все ещё оставался таким же низким и громким, из-за чего он прозвучал, словно раскат грома, - Слышишь, мразь, отвечай! Почему на нас они кидаются, а на тебя даже не обратили внимания?! - голос хорвата был хриплым, но угрожающим. А автомат в его руках кокетливо намекал, что он - мужчина хоть куда! Хоть врагов уничтожить, хоть информацию выбить! Мельникова вздрогнула, но все же сделала шаг вперёд, к ним, что выглядело очень странно.

- Понятия не имею, может не заметили? - растерянно сказала она, разведя руками в стороны, а Горан сдавленно застонал и закашлялся. Сначала это было лёгкое першение, но оно начало нарастать в геометрической прогрессии, настолько сильно и быстро, что спустя несколько секунд его кашель заполнил собой все. Хорват зашатался и соскользнул с китайца на пол, упав лицом вниз. Из его рта вылетел сгусток крови, от которого отшатнулись все, кто был в помещении. Наконец приступ прошел и Мраче, упёршись кулаками в пол, кое-как сел, уставившись невидящим взглядом перед собой. Сейчас внутри него боролся эгоизм и жажда жизни против логики и эмпатии к собственнвм товарищам. "Нет, я тут не останусь", - тряхнул он головой, проморгавшись: "Ни за что. Я выкарабкаюсь. Я выживу. Я знаю…"

Впрочем, надежды на счастливый исход у него оставалось все меньше.

- Чио, помоги встать, - попросил Мраче. Китаец посмотрел на товарища и кивнул, после чего вновь его подхватил, несмотря на то, что с него самого уже пот градом катился и ему было очень тяжело. Однако, он не сдавался.

- Тогда вперёд, - кивнул Оусен и ткнул дулом автомата в плечо Мельниковой, что с недоумением во взгляде посмотрела на блондина. Скривившись, Альберт показательно щёлкнул пару раз предохранителем, что заставило девушку развернуться и почти что бегом идти дальше, опасливо оборачиваясь на взбешенного командира отряда.

Пройдя буквально несколько метров, она подошла к настенной панели, которая оказалась ещё одним замком раздвижной двери, встроенной в стену так, что она казалась ее частью.

- Надеюсь, что вас не сильно испугает то, что вы увидите внутри, - протянула Ангелина, медленно вводя код, будто ожидая, что ее остановят.

"А ведь Кроу сказал, что сюда заходить не стоит!" - вспомнил Михайлов, но уже было поздно, дверь открылась.

Увиденное повергло их в шок.

Елена…

- Неизвестные посетители проникли на территорию лаборатории…