— Не нравится, Сэлли? А ведь так и есть. Я тебя купил.

— Меня нельзя купить, — с трудом выговорила я.

— Как видишь, можно. За мешок медяков и восстановление грибной поляны. Между прочим, за такое вредительство полагается серьезное наказание. Ты уничтожила экосистему целой поляны, лишила пропитания множество живых существ.

— Я случайно, — прохрипела я.

— Ну конечно. А деревьям за что досталось? — задал следующий вопрос темный.

— Какими деревьям?

— Тем самым, над которыми сейчас весь Темный лес смеется, — хмыкнул он.

— А-а-а, ты про монстродеревья, — протянула я. — Так я не виновата. Они сами на меня напали. Явно хотели сожрать. Я просто отбивалась.

— Как у тебя все легко. А им месяц цветы сводить!

— Предлагаешь мне их пожалеть? — искренне удивилась я.

— Для начала извиниться.

— Я к ним не пойду! — быстро выпалила я. — Не заставишь.

Некромант многозначительно на меня посмотрел, а потом насмешливо поинтересовался:

— Это вызов?

Я дрогнула. Этот темный мог и в самом деле утащить меня к плотоядным деревьям и заставить перед ними извиняться. А мог и оставить им на съедение. Просто так… шутки ради.

— Нет.

Я лихорадочно пыталась придумать, как выбраться из ловушки, в которую угодила.

— А тролльчата? Ты зачем покрасила их в розовый? Тоже случайно?

— Да!

Не поверил.

— Страшно представить, что случится, если ты начнешь что-то делать не случайно, — хмыкнул некромант.

— Не знаю, — вздохнула я и неожиданно призналась: — Светлая магия здесь меня совсем не слушается.

— Это Темный лес. Светлых тут не жалуют.

Это мне и без него было известно.

— Если я такая… неугодная, может, вернешь меня домой? — с надеждой произнесла я и даже сложила ладошки в молитвенном жесте. — Я довольно знатного происхождения. Моя семья хорошо тебе заплатит. Намного больше, чем ты отдал за меня троллю. Тебе же явно нужны деньги.

Последнюю фразу мне явно не стоило озвучивать.

— Мне? — переспросил он.

— Ну да. Ты ведь темный. Некромант. А вам вечно… денег не хватает, — принялась оправдываться я.

Все знали, что темным очень сложно найти работу, да и платили за нее не так много, как им хотелось. К тому же выглядел некромант немного… потрепанно. В темный костюм не самого лучшего качества, стоптанные ботинки и видавший виды плащ, пыльный и затертый. Без сомнений, его не раз чинили. Мой неожиданный спаситель явно нуждался в деньгах, и моя семья могла ему в этом помочь.

— Некромант, — повторил он, бросив на меня странный взгляд. — Значит, ты действительно не знаешь, кто я такой?

— Откуда? Ты же отказался представиться, — напомнила я. — А господином я тебя точно звать не буду. И не мечтай. Можешь сразу в умертвие превращать.

— В умертвие я тебя всегда успею превратить. Как и получить за тебя выкуп. А пока…

Некромант специально замолчал, оттягивая момент.

— Что? — тут же насторожилась я.

— А пока мы идем дальше, — ответил он, отступая от дерева. — И больше не отставай.

Я кивнула, но следовать за ним не спешила. Сначала хотела прояснить одну деталь. Кое-что очень важное.

— Слушай, ты, конечно, меня купил, но это совсем не значит, что ты и я… что мы… — я многозначительно на него посмотрела, — ну ты понял…

Еще как понял, судя по искоркам, которые на миг вспыхнули в глубине его глаз и почти сразу погасли. Я лишь чудом успела отследить его реакцию. И то не уверена, что она мне не приснилась.

— За кого ты меня принимаешь? — фыркнул некромант.

— За темного, — парировала я.

— Вот именно, я темный, а ты… светлая фея. — Из его уст это звучало как обвинение. И я даже почти устыдилась из-за своего светлого происхождения. Почти. Потому что следующая фраза наотрез отбила желание извиняться. — Таким, как ты, не место в моей постели.

Так грубо и некрасиво меня еще не отшивали.

Все обещания молчать и быть послушной девочкой моментально вылетели из головы. Меня накрыло такой волной ярости, что перед глазами будто опустилась красная пелена.

— Да я… да ты… да никогда!

— Вот и договорились, — равнодушно отозвался некромант. — И раз у тебя больше нет вопросов, то пошли. Скоро ночь. Мне-то все равно, а тебя и сожрать могут.

— К-как сожрать? — заикаясь переспросила я.

— Быстро и со вкусом.

— А разве я не под твоей защитой? Как собственность?

— Значит, ты признаешь себя моей собственностью?

Пришлось вновь прикусить язык, чтобы не ляпнуть что-нибудь едкое. Хотела я этого или нет, но сейчас моя жизнь действительно зависела от этого наглого темного.

— Я признаю, что нуждаюсь в твоей помощи, — улыбнулась я.

Мне очень хотелось верить, что в тот момент я выглядела милой и очаровательной. Как и подобает принцессе фей. Обычно одной моей улыбки хватало на то, чтобы любое (или почти любое) мужское сердце дрогнуло.

У мрачного некроманта ни один мускул на лице не дрогнул, не то, что сердце.

— Точно сожрут, — с тоской заметил он и покачал головой. — Или сам скормлю кому-нибудь.

— Угрожаете? — вскинулась я.

— Предупреждаю. Идем уже… светлая.

И мы пошли. Некромант впереди, а я сзади, то и дело спотыкаясь о коренья и цепляясь юбкой за острые ветки.

Глава 4

— А привал скоро?

С каждым пройденным шагом лес становился все более мрачным (если такое вообще возможно в Темном лесу, который сам по себе жуткий и недружелюбный) и густым. Если раньше между деревьями оставался проход, то сейчас они стояли плотно, словно стражи. А крохотное пространство между ними облюбовал колючий кустарник. Впереди была лишь узкая, извилистая тропа и полная неизвестность.

Здесь практически утихли звуки. Да и запах сменился: перестал быть таким неприятным и удушливым. А еще весьма отчетливо потянуло холодом.

Оставалось надеяться, что меня ведут не на кладбище. А то, по слухам, некроманты любят приносить жертвы на кладбище, чтобы вызвать какого-нибудь особо мощного духа. Представляю, какого духа можно вызвать, принеся в жертву глупую, но жутко очаровательную светлую феечку.

— Ты обещала молчать, — даже не обернувшись, напомнил некромант.

— Помню, — вздохнула я, останавливаясь у ближайшего дерева и опираясь на его шершавый ствол.

Приподняв ногу, рукой стащила туфельку, вытряхнула из нее камешки и снова надела. От долгой ходьбы стопы слегка отекли и обувь начала натирать. На пятке уже появился болезненный волдырь.

В сложившейся ситуации все сложнее было оставаться оптимисткой. Ноги болели, исцарапанные до крови руки горели, а голова раскалывалась на части. Я проголодалась, мучилась от жажды и мечтала посидеть. А еще лучше полежать. Можно даже вот тут… на камешках.

Угроза стать умертвием уже не выглядела такой страшной. Их ведь ничего не беспокоило. В еде они не нуждались, в отдыхе тоже. Так что, возможно, такое превращение было бы к лучшему.

— А ты не устал?

Подпрыгивая на одной ноге, я кое-как догнала некроманта, который почти скрылся за поворотом. Он, конечно, бука, но без него в лесу еще страшнее.

— Нет.

— Совсем? — спросила я и страдальчески вздохнула.

«Должен же он понять, как мне тяжело, и сжалиться. Ну хоть чуть-чуть. Ну не может он был совсем темным. Должна же найтись в его душе хоть капелька сострадания».

— Нет.

«Очевидно, состраданию в его душе места не нашлось. Вот же харг! Что ж он такой неразговорчивый? Лишнего слова не вытянешь».

— Ни капельки? — не сдавалась я.

Он промолчал, но в воздухе явно запахло раздражением. Похоже, перспектива превратиться в умертвие стала более реальной.

— Даже совсем чуть-чуть?

Наконец терпение некроманта лопнуло.

— Так! — рявкнул он, останавливаясь и резко поворачиваясь.

От неожиданности я испуганно дернулась, и сама не поняла, как оказалась за ближайшим деревом. Даже на кустарник не обратила внимания, хотя его ветки продрали юбку и оставили на лодыжках глубокие царапины. Прижалась к стволу и замерла, боясь даже лишний раз вдохнуть.