Орвен ответил не сразу.

— Да.

Советник провёл рукой по лицу.

— Три месяца?

— Примерно.

— И вы отправили старшую дочь под чужим обвинением, чтобы сохранить помолвку младшей?

— Чтобы сохранить соглашение, от которого зависела треть речной торговли.

Леран посмотрел на Ивену.

В его лице появилось то выражение, которое она терпеть не могла: понимание, пришедшее слишком поздно.

— Леди Ивена…

— Не нужно.

Он замолчал.

— Не нужно извиняться за решение, которое принимали не вы.

— Я поддерживал союз с Верданами.

— Я тоже считала его полезным до того дня.

Лисель села.

Её руки дрожали.

Ивена коснулась пальцами края её рукава.

Сестра повернулась.

— Всё хорошо, — прошептала она.

Ивена едва заметно покачала головой.

Нет.

Не хорошо.

Но Лисель справилась.

Это важнее.

Ровен вернул разговор к саботажу.

Решение получилось менее громким, чем ожидала Ивена. Терен оставался под северным надзором до передачи дела представителям Южного совета. Дом Ардалей должен был покрыть ущерб от погибшего ряда и работ после ночного вмешательства. Копии приказа направлялись южным домам, чтобы Орвен не мог объявить произошедшее личным конфликтом дочери и Торвальда.

Главное произошло в другой фразе.

Леран сказал:

— До рассмотрения этого дела Южным советом дом Ардалей не сможет требовать новых ограничений для северной торговли от имени остальных южных родов.

Орвен посмотрел на него.

— Ты не уполномочен это решать.

— Нет. Но я знаю, как проголосуют дома, если им придётся выбирать между вашей обидой и закрытыми перевалами.

Впервые Ивена увидела, как отец остаётся без ответа.

Не побеждённым.

Орвен Ардаль ещё долго будет главой сильного южного дома.

Но здесь, за столом, его решения перестали автоматически становиться правилами для всех.

Ивена подумала, что именно этого хотела.

Не унизить.

Остановить.

Ровен перевернул страницу.

— Следующий вопрос заявлен леди Ивеной.

Орвен устало выдохнул.

— Конечно.

Ивена поднялась.

Вчера на месте её родового знака оставалось пустое место.

Сегодня отсутствие серебряного дракона замечали все.

Она чувствовала взгляды.

Раньше это смутило бы.

Сейчас помогало.

— Я хочу узнать, может ли человек, который не подчинён северному дому и отказывается от подчинения южному, получить землю в собственное управление.

Управляющая складами прищурилась.

— «В собственное управление» или во владение?

Ивена помедлила.

— Во владение.

По залу прошёл негромкий гул.

Орвен не шевельнулся.

Ровен задал следующий вопрос:

— Вы хотите остаться Ивеной Ардаль?

— Да.

— Но не представителем южного дома?

— Да.

— Это возможно.

Она не ожидала такого простого ответа.

— И всё?

— Разумеется, нет.

Ивена выдохнула.

— Уже лучше.

Седая управляющая усмехнулась.

— Я начала беспокоиться, что вы привыкли к лёгким решениям.

— Где?

— Хороший вопрос.

Даже Орвен едва заметно дрогнул губами.

Ровен достал старую книгу из стопки документов.

— На Севере существует право основания малого дома.

Ивена нахмурилась.

— Я никогда не слышала.

— Потому что последние тридцать лет им почти не пользовались. Обычно новые семьи входили под защиту уже существующих родов.

— Что требуется?

— Земля.

— Логично.

— Собственный доход.

— Есть.

— Доказанная служба земле или поселению, на котором человек собирается основать дом.

Староста нижнего города хмыкнул:

— Тут спорить трудно.

Ровен продолжил:

— И согласие совета на отделение участка от владений нынешнего держателя.

Ивена почувствовала, куда идёт разговор.

— Нынешний держатель — Эйдар.

— Дом Торвальдов.

— Значит, опять нужно его согласие.

— На передачу земли — да. На то, кем вы после этого станете, — нет.

Разница имела значение.

Ивена медленно кивнула.

— Какой участок вообще можно передать?

Управляющая складами развернула карту.

— Вот здесь.

Она указала на склон с теплицами.

Ивена подошла ближе.

Знакомые линии.

Дорога к крепости.

Старые оранжереи.

Нижний канал.

Заброшенные поля за ними.

— Первые три теплицы стоят на доменной земле Торвальдов, — объяснила женщина. — Но большая часть склона за ними последние годы не приносила дохода. Старые постройки числятся восстановительными объектами.

— Я знаю.

— Если дом Торвальдов согласится выделить участок, совет может объединить теплицы, нижние поля и старый склад у дороги в отдельное хозяйственное владение.

Ивена не дышала.

Пальцы легли на край карты.

— Насколько большое?

Женщина назвала площадь.

Ивена сразу представила.

Не цифру.

Место.

Три существующие оранжереи.

Ещё две разрушенные ниже склона.

Участок, где весной можно будет попробовать зимнее зерно.

Склад.

Дорогу.

Каменный домик старого смотрителя, который Харрен давно предлагал переделать под контору.

Это было больше, чем она ожидала.

— Я не смогу выкупить всё сразу.

— Никто не говорил о покупке по полной стоимости.

Орвен вмешался:

— Значит, подарок Торвальда.

Ивена сразу напряглась.

Ровен ответил:

— Нет.

— Как удобно.

Управляющая складами постучала пальцем по карте.

— Стоимость разрушенных построек до восстановления оценена в старых книгах. Совет уже вложил часть средств. Ивена вложила труд и долю дохода от работающего хозяйства. Если считать созданную стоимость…

— Не надо, — сказала Ивена.

Женщина подняла брови.

— Почему?

— Я не хочу, чтобы через год кто-то объяснил мне, что землю подарили из-за расположения Эйдара.

Ровен улыбнулся.

— Я ожидал.

— Что?

— Именно этого.

Он достал ещё один лист.

— Поэтому есть второй вариант. Долгосрочная выплата из вашей доли прибыли хозяйства.

Ивена взяла бумагу.

— Сколько лет?

— При хорошем результате — четыре или пять.

— При плохом?

— Дольше.

— Земля будет моей сразу?

— Владение будет закреплено за вами с ограничением на продажу до полного расчёта.

Ивена пробежала глазами условия.

Понятно.

Просто.

Без подарка.

Цена существовала.

Ей это нравилось.

— А здания?

— Войдут в участок.

— Система?

— Ваши права уже закреплены прежней грамотой.

— Люди?

Староста фыркнул.

— Люди вам не принадлежат.

Ивена подняла глаза.

— Я спрашиваю об их договорах.

— Перезаключите с теми, кто захочет остаться.

— Доля урожая?

— Можете сохранить нынешнюю схему.

Она кивнула.

Вот теперь это походило на настоящий разговор о будущем.

Не сказку.

Не награду.

Работу.

Деньги.

Ответственность.

Последствия ошибки.

Всё, что Ивена умела понимать.

— И дом? — спросила она.

Ровен открыл книгу.

— После закрепления земельного владения можете подать учредительную грамоту. Название выберете сами.

Орвен усмехнулся:

— Дом из трёх теплиц.

Ивена повернулась.

— Ардали тоже когда-то начинались не с половины Юга.

Отец замолчал.

Леран неожиданно сказал:

— С одного моста.

Все посмотрели на него.

Советник пожал плечами.

— Первый Ардаль получил право собирать плату с моста через Риану. Земли появились позже.

Ивена не знала.

Или забыла.

Орвен помнил.

По его лицу было видно.

И почему-то именно это решило последнее сомнение.

Дом начинается не с древнего портрета.

Кто-то когда-то должен быть первым.

— Я хочу подать прошение.

Ровен кивнул.

— Тогда совет рассмотрит.