Она кивает.

— Я уже обсудила это с семейными юристами. В контракте будет пункт, позволяющий любому из вас расторгнуть брак после того, как похититель будет найден.

В отчаянии провожу рукой по лицу. Конечно, она уже продумала каждую деталь, будто этот брак — свершившийся факт. Она знала, что я не смогу отказать.

Обернувшись, спрашиваю:

— И как мы узнаем, что Скарлетт будет не против?

Её улыбка расширяется.

— Потому что она уже согласилась.

Скарлетт согласилась.

Где-то в глубине груди сжимается, пульс учащается. Это чувство — незнакомое, странное. Я не испытывал его семь лет. Не с того дня, как увидел машину её отца, увозящую её с нашей территории. Образ её ярко-голубых глаз, полных слёз, с мольбой что-то сделать, навсегда врезался в память.

И, как полный идиот, я ничего не сделал. Окутанный опасным туманом горя, я просто смотрел, как машина исчезает за горизонтом.

Я убедил себя, что Скарлетт будет лучше подальше отсюда.

Подальше от этой тёмной жизни.

Подальше от меня.

Где она будет в безопасности.

Но я ошибался.

И я никогда не смогу простить себя за это.

Смотрю в пол, разрываясь между решениями.

Моя семья хочет, чтобы я женился на Скарлетт. Они думают, что это лучше для неё. Но они ошибаются.

Потому что никто из них не знает нашей тайны.

Они не знают, что было между нами, какие чувства мы испытывали, или что именно изменило всё в одну ночь. Я сжимаю кулак на груди, сердце бешено колотится, будто это было вчера.

Хорошее и плохое.

Но прикоснуться к Скарлетт снова — то, чего я никогда не смогу позволить себе. И мне придётся с этим смириться. Потому что нет ничего, чего я не сделал бы ради неё.

Но я и не дурак. Я знаю, что ничего хорошего из этого брака не выйдет.

И это моя вина.

Потому что за эти семь лет, пока Скарлетт не было рядом, я изменился, позволив тьме поглотить себя. А Скарлетт… Она всегда была лучом света. И я отказываюсь быть тем, кто погасит её.

Но я не могу игнорировать вопрос, громко требующий ответа:

Как я смогу защитить её, если она не будет моей?

Ответ очевиден.

Не смогу.

Сдаюсь, опускаю руки и смотрю на мать и Вин.

— Когда это должно произойти?

Вин наклоняется вперёд, играя семейным кольцом на пальце. Его тёмно-синие глаза встречаются с моими, когда он говорит:

— Завтра.

Скарлетт

Сегодня тот самый день, о котором большинство девушек мечтают всю жизнь, ожидая, когда начнётся их «долго и счастливо». Но я недавно поняла: «долго и счастливо» бывает только в книгах и фильмах — в реальной жизни такого нет.

По крайней мере, не в моей.

Настенные часы бьют двенадцать раз, напоминая, что пора выходить, но нервы сжимают мой живот, словно рой пчёл, а ноги будто вросли в пол от страха.

Глубокий вдох. Глубокий выдох.

Закрыв глаза, я повторяю это снова и снова, пока не почувствую подобие спокойствия.

Я справлюсь.

Всё, что нужно — сказать «да» и поставить подпись на документе. Это не значит ничего большего. Просто договорённость, которая обеспечит мне безопасность.

Ни больше. Ни меньше.

А когда мой мучитель будет найден, у меня будет выбор — расторгнуть этот брак. Стать свободной. Счастливой.

Но тогда почему мысль о том, чтобы разорвать брак ещё до его начала, снова вызывает во мне приступ тревоги?

Взглянув в зеркало, я разглаживаю складки платья нежно-розового цвета, любуясь цветочным узором, ниспадающим на пол. Полупрозрачные рукава-фонарики прикрывают плечи ровно настолько, насколько нужно, а учитывая, что это и не свадьба вовсе — просто церемония в мэрии — я выбрала что-то простое.

Что-то, в чём я всё же чувствую себя… красивой? Не знаю, подходит ли это слово, но я сама не могу оторвать взгляд от своего отражения — в нём мелькает тень той девушки, которую я уже почти не узнаю.

Дверь со скрипом приоткрывается, и миссис Алари заглядывает в комнату.

— Ты уже гот… — Её глаза расширяются, когда она меня разглядывает. Войдя внутрь, она произносит: — Скарлетт, ты вылитая мать в твоём возрасте. Так прекрасна. — Она аккуратно промокает глаза салфеткой, стараясь не размазать макияж. Уже собирается положить руку мне на плечо, но вдруг останавливается. — Я знаю, это не та свадьба, которую ты заслуживаешь, и мне жаль, что…

Я качаю головой.

— Ваша семья сделала для меня больше, чем достаточно. И я благодарна Лео за то, что он согласился…

Комок подкатывает к горлу.

Лео. Мужчина, за которого я выхожу замуж.

Мальчик, о котором я грезила в детстве, выводя в дневнике наши имена рядом.

Мальчик, который всегда присматривал за мной, даже когда думал, что я не замечаю.

Мальчик, которого я лю… Я подавляю эмоции, чувствуя, как учащённо бьётся сердце.

Лео был тем, за кого я всегда мечтала выйти замуж.

Но не так.

Не по договорённости. Не из-за контракта. А по любви.

Я вздыхаю, снова глядя в зеркало — эта мечта, как и та, кем я была раньше, медленно уплывает вдаль, теряясь в морской дали.

— Лео будет добр к тебе, — говорит миссис Алари, роясь в клатче и доставая бархатный мешочек. — Тебе не нужно волноваться о том, чего он, как ты думаешь, ждёт от тебя как от жены. Возможно, его многие боятся, но перед тобой его стены рушатся. Так было всегда. — Она улыбается, пытаясь придать мне уверенности. Её пальцы скользят внутрь мешочка, и она достаёт изящную серебряную цепочку с голубым грушевидным бриллиантом в обрамлении мелких сверкающих камней. — Это твоей матери. Я подарила ей это в день её свадьбы. Перед тем как уйти, она попросила сохранить украшение для тебя. Я подумала, оно может быть твоим «чем-то голубым», если ты захочешь.

Моя нижняя губа дрожит, а по телу разливается волна тёплых чувств.

— Оно прекрасно.

Мысль о матери сжимает мне грудь, и мне так хочется, чтобы сегодня она была рядом. Я почти не помню её — она умерла, когда я была маленькой, — но те воспоминания, что остались, я храню дороже всего.

— Спасибо, — тихо говорю я, собирая волосы в руку, чтобы она смогла надеть цепочку и застегнуть замок.

Мне не нужно больше времени на раздумья. Я делаю над собой усилие и улыбаюсь.

— Я готова.

Спустя полчаса мы с миссис Алари поднимаемся по каменным ступеням к входу в мэрию. Наверху нас уже ждёт Мэдди. Она увлечённо смотрит в телефон, хмурясь, но выражение её лица мгновенно меняется, когда она замечает нас.

— Скарлетт! — Она раскрывает объятия, будто собирается обнять меня, но тут же опускает руки, сжимая их перед собой. На её лице расцветает широкая улыбка. — Ты такая прекрасная невеста.

Лёгкий ветерок перебирает мои волосы, перекидывая их через плечи.

— Я так рада, что ты здесь. Не ожидала увидеть кого-то ещё.

— Конечно. Я ни за что не пропустила бы это. — Она бросает взгляд на время в телефоне. — Нам лучше зайти. До назначенного времени осталось пять минут.

«Назначенное время». Вот как теперь называется день свадьбы в мечтах любой девушки.

— Что ж, я зайду внутрь и проверю, всё ли готово, — говорит миссис Алари. Она смотрит на меня с нежностью, будто я не просто девушка, которую выдают замуж, а её родная дочь. — Добро пожаловать в семью, Скарлетт. Официально.

Она поворачивается и проходит через массивные деревянные двери. Несколько людей внутри поспешно расступаются — наверное, знают, кто она.

— Лео не сможет отвести от тебя глаз, — замечает Мэдди, игриво приподнимая бровь.

Я окидываю себя взглядом и начинаю сомневаться в своём наряде.

— Может, это слишком… — Я поправляю вырез, стараясь прикрыть его. — Надо было надеть просто блузку с брюками. Я не хочу, чтобы у него сложилось неверное впечатление или он подумал…