— Морвейн…

— Да, профессор?

— Объяснитесь.

Эдрик честно попытался:

— Я… — Он посмотрел на Каэля.

Тот лишь медленно покачал черепом:

— Даже не пытайся.

— Но я правда…

— Не надо.

— Это случайно…

— Вот именно это я и просил тебя не говорить, — шумно выдохнул Каэль.

В следующую секунду один из скелетов сделал шаг вперед. За ним второй, потом третий — и вот уже все пятьдесят строем и бодро зашагали прямо к Эдрику.

— Почему они идут сюда⁈ — пискнул кто-то из студентов.

Однако Каэль смотрел вовсе не на надвигающуюся армию, а на руны. Он резко подошёл к кругу, опустился на одно колено и провёл костяным пальцем по одной из линий. Под свежим слоем мела проступил ещё один символ — древний, полустёртый, которого здесь не должно было быть вообще.

Каэль замер:

— Нет…

— Что случилось? — тихо спросил Эдрик, чувствуя, как подступает паника.

Генерал медленно поднялся и посмотрел прямо на своего хозяина. Впервые за всё время в его голосе не было ни привычной насмешки, ни раздражения — только ледяной холод:

— Этот символ нарисовал не ты.

Эдрик моментально побледнел:

— Тогда кто?

Каэль перевёл взгляд куда-то за спины замерших студентов, словно физически почувствовал чей-то чужой, пристальный взор, и тихо произнёс:

— Тот, кто хотел, чтобы именно ты меня призвал.

Эдрик проснулся от размеренного стука: тук… тук… тук… Недовольно перевернувшись на другой бок, он натянул одеяло почти до самого носа, но стук не прекращался.

— Если ты притворяешься мёртвым, то вынужден огорчить, получается неубедительно, — раздалось над головой.

Эдрик медленно открыл один глаз. Посреди комнаты, терпеливо сложив руки за спиной, стоял Каэль:

— Доброе утро, хозяин.

— Ты ведь специально, — тяжело вздохнул Эдрик.

— Разумеется.

— Почему?

— Потому что уже полчаса наблюдаю, как ты спишь.

— Это звучит жутко.

— А должно?

— Немного.

Каэль задумчиво прищурился:

— Хорошо. Тогда в следующий раз буду смотреть в окно.

— Спасибо.

— Но будить всё равно буду.

Эдрик сел на кровати и сонно потёр лицо. За соседней койкой громко храпел Дориан — парень спал, раскинув руки и одну ногу так широко, что одеяло давно оказалось на полу. Каэль посмотрел на него с искренним интересом:

— Он всегда так спит?

— Почти.

— Удивительно.

— Что именно?

— Как он ещё ни разу не упал.

Словно услышав эти слова, Дориан громко всхрапнул, перевернулся… и с грохотом свалился с кровати. Несколько секунд в комнате стояла звенящая тишина.

— Ай… — пробормотал парень. Не открывая глаз, он поднялся, на ощупь нашёл одеяло, забрался обратно и мгновенно захрапел снова.

Эдрик расхохотался, и даже Каэль едва заметно усмехнулся:

— Живучий.

— Это ты ещё не видел его после праздника урожая.

— Не уверен, что хочу.

Через десять минут трое уже спускались по винтовой лестнице общежития. Вернее, спускались двое, а Каэль просто шагал рядом, с любопытством разглядывая всё вокруг.

Студенты поднимались навстречу, о чём-то переговаривались, но, заметив Эдрика, почти каждый начинал шептаться:«Это Морвейн… Тот самый? Ага… Который вчера поднял весь учебный полигон? Именно! Я слышал, профессор Греймор потом полчаса не мог привести себя в чувство… А я слышала, скелеты начали танцевать! Не танцевать, а маршировать… Какая разница?»

Эдрик ускорил шаг:

— Кажется, теперь меня знает вся академия.

— Поздравляю.

— Не с чем.

— Почему?

— Я мечтал стать лучшим студентом.

— А стал самым обсуждаемым.

— Это разные вещи, — вздохнул Эдрик.

— Не всегда, — возразил генерал.

У входа в главный корпус их догнал Дориан:

— Эдрик!

— Доброе утро.

— Сомнительно доброе.

— Почему?

— Потому что ты стал местной легендой, — заговорщически наклонился ближе Дориан. — Не преувеличивай, слухи уже живут своей жизнью! Представляешь, на первом курсе спорят, сколько именно скелетов ты поднял. Последнее число, которое я слышал — сто двадцать.

— Их было пятьдесят… — застонал Эдрик.

— Не говори это вслух, а то завтра станет двести.

Каэль одобрительно кивнул:

— Умный юноша.

— Спасибо… — машинально отозвался Дориан.

Эдрик замер:

— Подожди…

— Что?

— Ты сейчас кому сказал «спасибо»?

Дориан нахмурился:

— Тебе.

— Я ничего не говорил.

— Нет, говорил… — Он на секунду задумался. — Хотя… Странно. Наверное, показалось.

Эдрик облегчённо выдохнул, пока Каэль тихо хмыкал рядом:

— Почти попался.

— Не помогай, — прошептал Эдрик.

— Я и не помогаю. Мне просто интересно, когда он окончательно решит, что ты разговариваешь сам с собой.

Они уже подошли к дверям учебного корпуса, когда за спиной раздался знакомый строгий голос:

— Морвейн.

Эдрик резко обернулся. По каменной дорожке к ним неторопливо приближался профессор Греймор. Он, как всегда, выглядел безупречно: идеально выглаженная чёрная мантия, серебряная трость и тяжёлый взгляд, от которого даже самые шумные студенты моментально затихали.

— Доброе утро, профессор, — одновременно произнесли Эдрик и Дориан.

Греймор коротко кивнул, и его взгляд задержался на Эдрике чуть дольше обычного:

— После занятий зайдите ко мне в кабинет.

— Конечно, профессор.

— Не опаздывайте.

Не сказав больше ни слова, Греймор развернулся и ушёл. Дориан дождался, пока преподаватель скроется за углом, и тихо присвистнул:

— Ну всё. Если сам Греймор вызывает к себе после первого занятия… — Он сочувственно похлопал друга по плечу. — Буду скучать.

— Перестань.

— Я серьёзно! Ладно-ладно, может, всё не так плохо.

Однако Каэль проводил профессора долгим, пристальным взглядом, и привычная ироничная улыбка полностью исчезла с его лица:

— Нет.

Эдрик повернулся к нему:

— Что?

Генерал смотрел вслед Греймору, словно пытался вспомнить что-то очень далёкое:

— Этот человек… — Он нахмурился. — Кажется, я уже видел его раньше.

— Это невозможно.

— Возможно, — медленно покачал головой Каэль. — Но тогда он выглядел… совсем иначе.

И впервые за всё утро в голосе древнего генерала не прозвучало ни капли юмора. Оставшуюся дорогу до аудитории Эдрик прошёл абсолютно молча.

— Ты сегодня подозрительно тихий, — заметил Каэль.

— Думаю.

— Это похвально.

— О том, зачем я понадобился профессору.

— Узнаешь после занятий.

— Спасибо, очень успокоил.

— Всегда пожалуйста.

Они вошли в просторную аудиторию, где длинные деревянные столы уже были почти полностью заняты студентами. Заметив друга, Дориан тут же энергично замахал рукой: «Сюда!».

Эдрик сел рядом, а Каэль тем временем неторопливо прошёлся вдоль стены, внимательно рассматривая помещение.

— Хм… — протянул генерал.

— Что? — шёпотом переспросил Эдрик.

— Ничего.

— По твоему лицу видно, что «ничего» там нет.

— Просто… — Каэль провёл костяными пальцами по каменной колонне, — … раньше здесь было окно.

— Ты серьёзно?

— Более чем.

— Но здесь сплошная стена.

— Сейчас, да. Кто-то её заложил.

— Откуда ты это знаешь?

— Потому что я однажды вылез через него после очень скучного собрания.

Эдрик удивлённо поднял брови:

— Ты? Генерал? Сбежал с совещания?

Каэль посмотрел на него с таким видом, будто ответ был очевиден:

— Оно длилось шесть часов. На четвёртом я понял, что войну мы закончим быстрее.

Эдрик тихо фыркнул.

— Морвейн! — Он вздрогнул. На кафедре уже стоял профессор Вальтер. Пожилой мужчина поправил очки и внимательно посмотрел на студента:

— Вас что-то особенно развеселило?

— Нет, профессор.

— Тогда, вероятно, причиной был ваш… собеседник?