Я посмотрела на брачную пластину, лежавшую в закрытом футляре у регистратора. Ее должны были доставить в независимое хранилище после обеда. Она не обещала, что мы всегда будем счастливы, никогда не ошибемся и не причиним друг другу боль. Только фиксировала условия, которые мы выбрали и могли изменить вместе.

Впервые клятва не отнимала у меня свободу. Не потому, что металл стал добрее, а потому, что текст не писал за меня ни род, ни Палата, ни человек, уверенный, что лучше знает мою пользу.

Ранар коснулся моей руки под столом.

— Домой после обеда? — спросил он.

— Сначала закончу одну выписку.

— Я подожду в своем кабинете.

— Не проверяй мои бумаги.

— Даже дважды?

— Особенно дважды.

Он улыбнулся и отпустил руку, чтобы я могла налить Савине чай.

Мы не начинали новую тайну и не ждали следующего врага. У нас были работа, отдельные ключи, общий дом и вечер без судебных разговоров. Этого оказалось достаточно для конца и для жизни после него.