Второе:

Денис утверждает, что получил ссылку уже после публикации.

Третье:

В раздевалке во время разговора были 12 игроков, тренер, массажист и администратор арены. Запись могла сделать не только команда.

Я ответила:

Кто знал о сумме и точных условиях?

Он написал:

Все в помещении.

Я подумала и спросила:

Кто знал, что встречную ставку предложил Денис? В первом посте это не указано.

Тимур долго не отвечал.

Потом пришло:

В канале не указано имя, но запись начинается с его голоса.

Я переслушала аудио.

Он был прав.

Из неё легко понять, кто предложил пари.

Следующее сообщение Тимура:

Есть другое. В посте написано, что деньги переведены. На момент разговора перевода ещё не было.

Я села на кровати.

Женя читала рядом.

— Когда ты перевёл? — написала я.

Ответ:

Через двадцать минут после раздевалки.

— Значит, администратор видел перевод, — сказала Женя.

— Или получил подтверждение от Тимура.

Я набрала:

Кому ты отправил деньги?

Появились три точки.

Исчезли.

Появились снова.

На счёт, который дал Денис.

— Вот, — сказала Женя. — Он главный подозреваемый.

— Слишком очевидно.

— Иногда очевидные люди виноваты.

Я написала:

У тебя есть чек?

Тимур прислал скриншот.

Получателем была компания с нейтральным названием, похожим на сервис организации мероприятий.

— Это не Денис, — сказала я.

— Может быть его фирма.

— Нужно проверить владельца.

Женя открыла ноутбук.

Через несколько минут выяснилось, что компания зарегистрирована на женщину по фамилии Соколова.

Имя нам ничего не говорило.

— Может, подставное лицо, — сказала Женя.

— Или настоящий организатор.

Телефон снова завибрировал.

Тимур:

Денис перевёл деньги туда же. Прислал чек.

— Значит, кто-то принимает миллион через юридическое лицо, — сказала я.

— Очень взрослая версия студенческой шутки.

— И канал открывает дополнительный тотализатор через бота.

— Это уже бизнес.

Мы сохранили документы.

Потом Тимур написал:

Завтра поговорю с администратором арены. Он видел, кто заходил в раздевалку после тренировки.

Я ответила:

Хорошо.

Несколько секунд смотрела на сообщение.

Добавила:

Спасибо.

Сразу пожалела.

Тимур ответил:

Это не подарок.

Я невольно улыбнулась.

Женя заметила.

— Не смей, — сказала я.

— Ничего не сказала.

— Ты подумала.

— Имею право на частную мысль.

Я бросила в неё подушкой.

На следующий день канал опубликовал моё расписание.

Не приблизительное.

Полное.

С номерами аудиторий, временем пар, сменами в кофейне и часами работы в медиалаборатории.

Сверху стояла фотография таблицы из университетской системы.

Хотите случайно встретить отличницу? Теперь знаете где.

Ниже было предупреждение:

Не нарушайте личные границы. Только наблюдайте.

К посту добавили смеющийся значок.

Я увидела публикацию во время лекции.

Сначала не поняла, что смотрю на собственную жизнь, разложенную по строкам.

Понедельник — главный корпус.

Вторник — лаборатория.

Среда — кофейня.

Четверг — библиотека.

Пятница — съёмка.

Каждый час, когда я должна была находиться в определённом месте.

В груди стало тесно.

Я оглянулась.

В аудитории сидело около ста человек. Большинство смотрело на преподавателя. Несколько студентов — в телефоны.

Любой из них мог прислать скриншот.

Любой мог знать, куда я пойду после пары.

Телефон завибрировал.

Сообщение от Тимура:

Ты видела?

Я ответила:

Да.

Не выходи одна после лекции.

Я смотрела на фразу.

Потом написала:

Это не твоя забота.

Он ответил почти сразу:

Не спорь хотя бы сейчас.

Я почувствовала злость.

Она помогала.

Перемирие не даёт тебе права командовать.

Я не командую. Расписание выложили публично.

И поэтому ты предлагаешь нарушить моё правило о сопровождении?

Я не предлагаю себя. Иди с Женей или охраной.

Я перечитала.

Он действительно не предлагал приехать.

Не говорил, что заберёт меня.

Просто просил не идти одной.

Женя на другой паре.

Тогда позвони в безопасность.

Я не хотела.

Звонок означал признать, что мне страшно.

Но расписание уже пересылали.

Под постом люди писали:

Кто первый принесёт ей цветы?

Орлов сегодня на тренировке, у нас шанс.

Алиса, готовь кофе.

Я закрыла телефон.

После лекции подошла к преподавателю и попросила выйти через служебную дверь.

Он не задавал вопросов.

В коридоре меня встретил сотрудник службы безопасности.

Не Тимур.

Я испытала облегчение.

И почему-то разочарование.

Охранник проводил меня до медиалаборатории, где уже была Женя.

— Они опубликовали ещё один пост, — сказала она.

— Что теперь?

Она показала экран.

На этот раз это была информация о гранте.

Название программы.

Сумма ежемесячной выплаты.

Фонд Орловых.

Фотография документа, который я ещё не успела подписать.

Заголовок:

Независимая журналистка получает деньги от семьи капитана. Совпадение?

Под ним:

Морозова пишет статью против команды, провоцирует Орлова на ставку, получает вирусный охват и сохраняет грант от фонда его отца. Отличный медиаплан.

Комментарии появлялись десятками.

Вот и вся бедная отличница.

Она с самого начала знала, что делает.

Сначала хайп, потом миллионер.

Грант тоже часть ставки?

Орловы сами финансируют сериал.

Я села.

Ноги перестали держать.

— Документ был в финансовом отделе, — сказала я.

— И в твоей почте?

— Мне ещё не прислали.

— Значит, утечка из университета.

— Или фонда.

— Кто знал, что ты сегодня говорила с финансовым отделом?

Я посмотрела на неё.

— Тимур.

Женя не ответила.

Телефон завибрировал.

Он звонил.

Я отклонила вызов.

Сразу пришло сообщение:

Я это не публиковал.

Я набрала:

Но знал.

Да. И поэтому понимаю, почему ты подозреваешь меня. Но это не я.

Кто ещё знал?

Ты, сотрудник отдела и тот, кто подготовил приложение.

И твоя семья.

Пауза.

Я выясню.

Я сжала телефон.

Ничего не выясняй.

Это касается фонда.

Ты обещал не вмешиваться.

Обещал не вмешиваться в грант. Утечка — другое.

Для тебя всё другое, когда нужно нарушить договор.

Он не ответил.

Через минуту в лабораторию вошла Ирина Валерьевна.

Она держала телефон и выглядела испуганной.

— Алиса, документ настоящий?

— Похоже.

— Откуда он у канала?

— Я надеялась, вы скажете.

— У нас нет доступа к финансовым приложениям.

— У администрации есть.

— Не у кафедры.

Женя спросила:

— Кто готовил документ?

— Финансовый отдел и представитель фонда.

Я почувствовала, как внутри всё холодеет.

— Представитель фонда Орловых?

— Да.

— Имя?

Ирина Валерьевна открыла файл.

— Софья Андреевна Соколова.

Мы с Женей переглянулись.

Та же фамилия, что у владельца компании, на счёт которой перевели ставку.

— Покажите полное имя, — попросила я.

Ирина Валерьевна передала телефон.

Софья Андреевна Соколова.

Компания была зарегистрирована наСоколову Софью Андреевну.

Совпадение могло быть случайным.

Фамилия распространённая.

Но имя, отчество и связь с фондом делали случайность слишком удобной.

— Что? — спросила Ирина Валерьевна.

Я показала ей данные компании.

— Через юридическое лицо этой женщины прошёл миллион по пари.

Куратор побледнела.

— Вы уверены?