— Безопасность людей решает аварийная служба, не Сергей и не я.

Роман кивнул.

— Я ему сказал то же самое.

Они вошли в вестибюль.

Пол был мокрым. Через открытые двери тянулись кабели и рукава. С потолка в двух местах капала вода, но основной поток шёл снизу. Из лестничного проёма в подвал поднимался влажный холод.

Тамара Аркадьевна стояла у стены и диктовала Михаилу по рации номера участков, где нужно установить дополнительные маяки. Увидев Лидию, она только кивнула.

— Опоздали, — сказала Широкова.

— Дорогу затопило.

— Река не обязана учитывать московские пробки.

— Что с центральным корпусом?

— Пока стоит.

— Уточните.

— Осадка не увеличилась. Датчики в пределах допуска. Главная опасность — размыв у северо-западного угла и давление воды в подвале. Если начнут откачивать быстрее, чем вода поступает снаружи, можем получить перепад давления на старую кладку.

Сергей, стоявший рядом, возразил:

— Если не откачивать, затопит оборудование.

— Оборудование можно заменить, — ответила Широкова. — Стену заменить сложнее.

— Там распределительный щит.

— Щит уже обесточен.

— И материалы.

Лидия спросила:

— Какие материалы остались в подвале?

Сергей открыл список.

— Мешки с сухими смесями, инструмент, часть нового кирпича, временные опоры, упаковки изоляции.

— Исторические элементы?

— Нет. Всё подняли на прошлой неделе.

— Тогда людей вниз не возвращаем.

— Часть инструмента можно вынести.

— Можно было вынести раньше. Сейчас нельзя.

Сергей сжал губы, но не спорил.

Аварийная служба объявила нижний уровень опасной зоной. Решение принималось не Лидией. Она не имела права отправлять туда людей, даже если считала какой-то материал ценным.

Её работа начиналась там, где безопасность людей уже была обеспечена.

— Покажите схему поступления воды, — попросила она.

На столе развернули план подвала. Михаил отметил три участка.

Первый поток шёл через старый водоотвод.

Второй — через швы в поздней кирпичной закладке.

Третий возник у основания внутренней перегородки, которую собирались демонтировать на следующем этапе.

— Перегородка историческая? — спросил Роман.

— Нет, — ответила Лидия. — Начало семидесятых. Ценности не имеет, но сейчас может удерживать часть грунта за внешней стеной.

Михаил покачал головой.

— Она не рассчитана на давление. Если вода зайдёт с обратной стороны, может сложиться внутрь.

— Тогда разбирать?

Сергей уже смотрел на рабочих, готовый отдавать приказ.

— Нет, — остановила его Лидия. — Сначала инженерное решение.

Михаил присел над планом.

— Можно снять верхнюю часть, чтобы при разрушении она не потянула перекрытие. Нижнюю оставить как временный барьер.

— Риск?

— Работать придётся с первого этажа через проём. В подвал никто не спускается.

Тамара Аркадьевна добавила:

— И разгрузить участок сверху. Там складированы новые балки.

— Перенести, — сказала Лидия.

Сергей записал распоряжение.

— Кто подписывает?

— Михаил — техническое решение. Я — согласование демонтажа поздней перегородки в части влияния на историческую структуру. Аварийная служба — допуск к работам.

Роман спросил:

— Нужна ещё техника?

— Нужен подъёмник с длинной стрелой, — ответил Михаил. — И бригада, которая умеет работать по частям, а не ломать всё сразу.

Роман отошёл звонить.

Он не уточнял, почему нельзя снести перегородку целиком. Не предлагал более быстрый способ. Только обеспечивал то, что требовали специалисты.

Лидия смотрела, как он говорит по телефону, прикрыв второе ухо ладонью от шума.

В эту ночь каждый занимал своё место.

И впервые никто не пытался сделать своё место главным.

Около часа ночи вода прорвала часть временного ограждения.

Секция упала внутрь площадки, поток подхватил пластиковые барьеры и понёс их к северному крылу. Один из генераторов успели отключить и оттащить. Второй заглох после попадания воды.

Освещение на участке мигнуло.

На несколько секунд речной фасад исчез в темноте.

Затем включились автономные прожекторы аварийной службы. В их резком белом свете здание стало похоже на декорацию, которую забыли убрать после спектакля: мокрые стены, пустые окна, леса и люди, двигавшиеся по заранее определённым безопасным маршрутам.

По рации закричал Михаил:

— Вода пошла в третий шурф! Размывает край!

Лидия, Роман и Тамара Аркадьевна вышли на площадку.

Ветер сразу ударил в лицо дождём. Под ногами была смесь воды, песка и глины. Северное крыло скрывалось за лесами. У его основания шурф уже наполовину заполнился мутной водой. Поток стекал с участка, унося частицы грунта.

Михаил стоял за ограждением безопасной зоны и показывал фонарём на угол стены.

— Если пойдёт дальше, откроет основание ниже временного крепления!

— Можно засыпать? — спросил Сергей.

— Не щебнем в пустоту. Поток всё вымоет.

— Мешки?

— Временная защита снаружи и отвод воды в сторону.

Подрядчик предложил поставить бетонные блоки.

Тамара Аркадьевна резко возразила:

— На размокший грунт? Хотите добавить нагрузку рядом с повреждённым фундаментом?

— Тогда что?

Михаил назвал схему: геотекстиль, мешки с песком небольшими рядами, деревянные щиты и временный канал, отводящий поток от шурфа.

Лидия смотрела на место будущего канала.

Он должен был пройти через площадку, где лежали остатки старой каменной лестницы, найденные во время расчистки. Элементы ещё не успели промаркировать полностью. Если пропустить по ним поток, часть камня могла сместиться или расколоться.

— Есть другой путь? — спросила она.

Михаил показал вдоль северной стены.

— Можно вести к поздней пристройке. Но придётся разобрать её угол.

Пристройка была новой — точнее, временной конструкцией, возведённой уже в рамках первой очереди. В ней планировались технические помещения ресторана. Стены подняли только до половины, но материалы и работа уже стоили денег.

Сергей сразу сказал:

— Это две недели работ.

— Старые камни восстановить сложнее, — ответила Лидия.

— Их ещё даже не включили в предмет охраны.

— Они относятся к первоначальной речной лестнице.

— Мы не уверены.

— Уверены достаточно, чтобы не смывать их ночью в реку.

Роман спросил:

— Сколько будет стоить разобрать угол пристройки?

Сергей назвал сумму.

— Разбираем, — решил Карелин.

— Это ваше решение как инвестора, — сказала Лидия. — Архитектурно я подтверждаю: поздняя новая конструкция менее ценна, чем исторические элементы.

— Запишите именно так.

Сергей отдал распоряжение.

Рабочие начали снимать блоки и металлические связи. Каждый элемент новой кладки, который можно было использовать повторно, складывали отдельно. Остальное уходило в контейнер.

Разборка шла слишком медленно.

Вода поднималась быстрее.

Подрядчик предложил использовать гидравлический молот.

— Нет, — сказала Лидия.

— Мы не успеем вручную.

— Вибрация рядом с повреждённым фундаментом.

Михаил подтвердил:

— Молот нельзя.

— Тогда людей больше.

Роман уже звонил руководителю соседней площадки.

Через двадцать минут пришла ещё одна бригада.

Они работали под дождём, освещённые прожекторами. Одни разбирали новую стену, другие укладывали геотекстиль, третьи формировали отводящий канал. Аварийная служба контролировала безопасное расстояние от воды и каждые десять минут проверяла уровень.

Лидия не брала лопату.

Не переносила мешки.

Не командовала насосами.

Она стояла рядом с планами и каждый раз отвечала на один и тот же вопрос: что можно потерять, а что потерять нельзя.

Позднюю перегородку — можно разобрать.

Новую пристройку — можно частично уничтожить.

Временную лестницу — заменить.