Она посмотрела на собравшихся.
— Архитектуру часто показывают после завершения, когда не видны леса, расчёты, ошибки, споры и решения, от которых пришлось отказаться. Но здание становится настоящим именно в этом процессе. Оно держится не на одном имени и не на одной красивой идее. Оно держится на работе людей, каждый из которых отвечает за свою часть.
Лидия назвала инженеров, реставраторов, координаторов, подрядчиков.
Не всех поимённо — список был слишком длинным. Но достаточно, чтобы никто не исчез за общим словом «команда».
— Главный результат сегодня не в том, что мы закончили проект, — продолжила она. — Мы его не закончили. Главный результат в том, что каждая уже открытая часть может жить, не ожидая обещанного идеального будущего. И следующая очередь будет строиться не вместо неё, а рядом.
Аплодировали долго.
Лидия не искала взгляд Виктора.
Но увидела его.
Он стоял вместе со всеми.
Не улыбался.
Просто хлопал.
Когда церемония закончилась, к Лидии подошли несколько заказчиков. Один хотел обсудить старую усадьбу. Другой спрашивал, возьмётся ли студия за санаторный комплекс на Волге. Третий сразу сообщил, что сроки очень жёсткие и бюджет ограничен.
Лидия дала ему визитку.
— Сначала пришлите документы, — сказала она. — Потом решим, есть ли смысл разговаривать.
Раньше она согласилась бы на встречу из страха упустить возможность.
Теперь могла выбирать.
После официальной части гости разошлись по гостинице и ресторану.
Дарья повела однокурсников осматривать набережную. Виктор уехал раньше, сославшись на встречу. Перед уходом он попрощался с Лидией обычным рукопожатием.
Без попытки задержать.
Без обещаний.
Роман появился рядом только тогда, когда последние журналисты закончили интервью.
— Устали? — спросил он.
— Да.
— Хотите исчезнуть?
— Очень.
— Тогда поехали.
— Куда?
— Покажу одно место.
Лидия прищурилась.
— Это связано с проектом?
— Нет.
— С недвижимостью?
— Отчасти.
— Значит, связано с проектом.
— Вы всегда так допрашиваете мужчин после открытия гостиницы?
— Только подозрительных девелоперов.
Они выехали с территории «Северной пристани» через служебные ворота. Роман был за рулём сам. Дорога шла вдоль реки, затем поднялась на невысокий холм и свернула в сторону небольшой деревни.
Через двадцать минут машина остановилась у пустого участка.
Никакого дома там не было.
Только неровная трава, несколько старых яблонь и пологий склон к воде. С одной стороны участок граничил с лесом. С другой виднелась крыша небольшого соседнего дома. У берега сохранились остатки деревянного настила.
Лидия вышла из машины.
Ветер был холодным. После речного зала, полного людей, тишина казалась почти оглушительной.
— Чей участок? — спросила она.
— Мой.
— Давно?
— Несколько лет.
— Почему ничего не построили?
— Не знал, что.
Лидия прошла к краю склона.
— Здесь высокий уровень грунтовых вод.
— Я ожидал, что первое, что вы скажете, будет менее профессиональным.
— Вы привезли архитектора на участок.
— Я привёз женщину.
— Женщина видит воду.
Роман подошёл рядом.
— Здесь стоял старый дом. Его разобрали до покупки. Фундамент остался частично.
— Значит, сначала обследование.
— Разумеется.
— Подъезд зимой?
— Есть с другой стороны.
— Коммуникации?
— Электричество по границе. Воду придётся делать отдельно.
Лидия повернулась к нему.
— Вы уже всё выяснили.
— Основное.
— Тогда что хотите от меня?
Роман посмотрел на пустой участок.
— Я не хочу звать вас жить в мой дом.
— У вас есть дом.
— Есть. Удобный. Полностью законченный и совершенно не ваш.
Лидия молчала.
— И не хочу предлагать срочно жениться, — продолжил он. — Мы оба слишком хорошо знаем, что документы не создают отношения сами по себе.
— Зато иногда защищают.
— Согласен.
Он сделал паузу.
— Я хочу спросить: вы согласились бы когда-нибудь спроектировать здесь дом для нас обоих?
Вопрос не звучал предложением немедленно переехать.
В нём не было готовых стен, куда Лидии следовало вписаться.
Не было чужого пространства, уже устроенного под другую жизнь.
Только пустой участок.
Вода.
Несколько деревьев.
И возможность начинать не с выбора комнаты, а с разговора о том, каким вообще должен быть дом.
— Когда-нибудь? — уточнила Лидия.
— Не завтра.
— И не после открытия следующей очереди?
— Не привязываю к проекту.
— Хорошо.
— Это не согласие.
— Я думаю.
Роман ждал.
Лидия ещё раз посмотрела на склон.
Она представила дом не как красивый фасад, а как последовательность вопросов.
Сколько пространства нужно двум взрослым людям, привыкшим жить отдельно?
Должны ли быть два кабинета?
Общая спальня и отдельные комнаты?
Как принимать Дарью и сына Романа?
Где хранить её чертежи?
Кто отвечает за сад?
Что будет, если однажды они решат, что больше не хотят жить вместе?
Раньше подобные мысли показались бы холодными.
Теперь Лидия считала их формой уважения.
— Сначала составим техническое задание, — сказала она.
Роман улыбнулся.
— Разумеется.
— И сразу определим, кто за что отвечает.
— Я рассчитывал на это.
— Никаких устных изменений.
— Только протокол.
— И бюджет.
— Отдельным приложением.
— Тогда можно обсудить.
— Это согласие?
— На разработку технического задания.
— Уже достаточно.
Он не пытался получить больше.
Они прошли вдоль участка. Лидия показала место, где можно было бы сохранить яблони, и объяснила, почему дом не следует ставить слишком близко к воде. Роман предложил большую террасу. Лидия сразу спросила, кто будет очищать её от снега.
К машине вернулись почти через час.
На заднем сиденье лежал плоский тубус.
— Что там? — спросила Лидия.
— Бумага.
— Зачем?
— Предполагал, что архитектору понадобится.
В тубусе находились несколько чистых листов большого формата.
Роман достал складной столик из багажника и поставил его у машины. Лидия рассмеялась.
— Вы всё-таки подготовились.
— Только к возможности разговора.
— Карандаш тоже есть?
Он протянул ей механический карандаш.
Лидия положила лист на стол.
Перед ней не было готового плана.
Ни чужого имени в углу.
Ни заранее установленной роли.
Только белая поверхность и участок, который ещё мог стать чем угодно.
Она провела первую линию.
Не стену.
Пока лишь направление к реке.
Рядом написала:
Дом. Предварительное техническое задание.
Ниже поставила дату.
А затем подписалась:
Лидия Воронова.
