Олег поднял голову.

— Не все сразу, — сказал он. — Мне действительно нужно время.

Виктор повернулся к нему:

— Ты получишь всю информацию.

— От кого? — спросил Олег.

Ответа не последовало.

Лидия сложила ручку в сумку.

— Моё предложение о десятидневном переходном периоде остаётся в силе до конца дня. Условия направлю письменно. Если компания откажется, дальнейшие консультации возможны только по отдельным запросам.

— Ты шантажируешь нас, — сказал Виктор.

— Нет. Шантажом было предложение превратить мою долю в бесполезную бумагу.

Елена Григорьевна выключила диктофон. Собрание закончилось, но никто не встал.

За стеклянной стеной уже начали собираться сотрудники. Новость, видимо, распространилась быстрее официального письма. Люди подходили к переговорной, останавливались, делали вид, что рассматривают экран или ждут лифт.

Лидия первой открыла дверь.

В общем зале стало непривычно тихо.

Она увидела лица тех, с кем работала много лет: руководителей групп, инженеров, молодых архитекторов, секретарей. Кто-то смотрел прямо, кто-то отводил глаза. Алиса стояла у своего кабинета, скрестив руки на груди.

— Коллеги, — сказал Виктор, выходя следом, — через несколько минут я разошлю официальное сообщение об изменениях в структуре.

Лидия не дала ему продолжить.

— Олег Мельников назначен исполняющим обязанности руководителя архитектурного блока, — сказала она. — Все текущие вопросы с этого момента направляйте ему и Виктору Павловичу. Перечень проектов передан.

В толпе кто-то спросил:

— Лидия Андреевна, вы уходите?

Она узнала голос Антона, молодого визуализатора.

— Я больше не руковожу направлением.

— А проекты?

— По каждому будет назначен ответственный.

Николай Евгеньевич, главный инженер, подошёл ближе.

— А вы останетесь в бюро?

Лидия посмотрела на Виктора. Он ждал её ответа.

— Этот вопрос пока не решён, — сказала она.

Она не стала произносить речи. Не обвинила мужа, не рассказала о разводе, не предложила сотрудникам выбирать сторону. Вместо этого направилась в свой кабинет.

Стеклянные стены не скрывали ничего, и всё же никто не вошёл следом.

Кабинет был небольшим. Большой стол, два кресла, шкаф с образцами материалов, макеты на полках. На стене висела фотография первого построенного ими дома. Виктор стоял перед фасадом в слишком широком пиджаке, Лидия рядом держала рулон чертежей. Им было по двадцать пять, и оба казались уверенными, что впереди находится неограниченное пространство.

Лидия сняла фотографию.

Потом остановилась и поставила её обратно.

Она не собиралась уносить историю из офиса тайком.

С личными вещами оказалось проще. Очки для чтения, чашка, запасные туфли, крем для рук, два каталога, подаренная дочерью ручка. Всё поместилось в одну картонную коробку.

Компьютер она не выключала сразу.

Сначала открыла электронную систему проектов и проверила, что запросы юриста зарегистрированы. Затем создала официальный перечень материалов, автором или соавтором которых являлась, и направила его в юридический отдел. К письму приложила требование предоставить заверенные копии истории правок, протоколов и документов с её подписью.

После этого она открыла настройки сертификата и отозвала электронное согласование.

На экране появилось предупреждение:

«После подтверждения действие невозможно отменить без выпуска нового сертификата».

Лидия нажала «Подтвердить».

Система запросила пароль.

Она ввела его.

Несколько секунд ничего не происходило, затем рядом с её именем появилась красная отметка: «Сертификат отозван».

В дверях стоял Виктор.

— Значит, всё-таки сделала, — сказал он.

— Я предупреждала.

— Ты могла подождать до вечера.

— Зачем?

— Чтобы мы успели переоформить доступ.

— Оформляйте.

Он вошёл и закрыл дверь.

— Лида, сейчас ещё можно остановиться.

— Где?

— Не превращать всё в разрушение.

— Я ничего не разрушаю.

— Ты знаешь, сколько процессов завязано на тебе.

— Теперь знаешь и ты.

— Это и есть твоя месть?

Она посмотрела на него.

— Если бы я хотела мести, я бы оставила подпись активной и позволила вам несколько месяцев оформлять решения моим именем. Потом выбрала бы самый неудачный момент и заявила, что ничего не согласовывала.

Виктор промолчал.

— Я сделала ровно то, что должна была сделать, — продолжила Лидия. — Сняла с себя ответственность после того, как ты снял меня с должности.

— Мы могли бы действовать мягче.

— Могли. Три недели назад.

Он опустил взгляд на коробку.

— Ты забираешь вещи?

— Личные.

— Значит, решение уже принято.

— Решение принял ты.

— Я предложил тебе остаться консультантом.

— Без договора.

— Его можно подготовить.

— Подготовьте. Я посмотрю.

Виктор подошёл к окну. За его спиной отражался офис: длинные ряды столов, люди, стеклянные перегородки, макеты будущих зданий. Лидия вдруг увидела, насколько точно пространство соответствует его представлению о власти. Здесь всё было на виду, но никто не знал, что происходит за соседней стеной.

— Ты действительно пойдёшь к независимому оценщику? — спросил он.

— Да.

— Это обойдётся дорого.

— У меня есть деньги.

— Зачем тратить их на очевидное?

— Чтобы очевидное оказалось записано не твоими юристами.

Он повернулся.

— Ты думаешь, я хочу тебя обмануть?

Лидия долго смотрела на него.

— Я думаю, ты уже решил, сколько стоит моя жизнь без тебя.

Виктор ничего не сказал.

Она взяла коробку.

— Лидия.

— Да?

— Сегодня вечером нам всё равно придётся вернуться домой.

— Не обязательно в одно время.

Она вышла.

В общем зале разговоры снова стихли. Николай Евгеньевич подошёл и молча забрал у неё коробку.

— Я донесу, — сказал он.

— Не нужно.

— Лидия Андреевна, — повторил он, и в его голосе было то упрямство, которое она привыкла уважать.

Она позволила.

У лифта их догнал Олег.

— Подождите.

Николай Евгеньевич отошёл на несколько шагов.

Олег выглядел растерянным.

— Я не просил Виктора Павловича назначать меня, — сказал он.

— Верю.

— Я думал, вы останетесь. Что это будет формальное разделение обязанностей.

— Теперь вы знаете.

— Я не справлюсь за неделю.

— Поэтому я предложила десять дней.

— Он не согласится платить.

— Это его решение.

Олег понизил голос:

— А если я буду звонить вам неофициально?

Лидия посмотрела на него почти с жалостью.

— Тогда всё останется как прежде. Решения буду принимать я, должность займёте вы, а ответственность растворится между нами.

Он покраснел.

— Я не это имел в виду.

— Именно это.

Двери лифта открылись.

— Лидия Андреевна, — сказал Олег, — что мне делать с «Орионом»?

Она вошла в кабину.

— Сначала прочитать моё письмо от четырнадцатого числа. Потом потребовать повторный расчёт фасадной системы. И ничего не подписывать, пока не поймёте, за что отвечаете.

— А если Виктор Павлович будет настаивать?

— Теперь это ваш проект, Олег.

Двери закрылись.

В лифте Николай Евгеньевич держал коробку обеими руками. Он не задавал вопросов, и Лидия была ему за это благодарна.

На первом этаже он поставил коробку в её машину.

— Вы вернётесь? — спросил он.

— Не знаю.

— Без вас там будет плохо.

— Может быть.

— Это всё из-за этой девицы?

Лидия посмотрела на стеклянный фасад здания. На двадцать втором этаже за окнами двигались маленькие фигуры.

— Нет, Николай Евгеньевич, — сказала она. — Из-за конструкции.

Он не понял, но переспрашивать не стал.

Лидия села за руль и положила телефон на соседнее сиденье. На экране было несколько пропущенных звонков от сотрудников, письмо от юридической фирмы и уведомление о принятом запросе на оценку компании.