Молчание затягивалось. Каждый из присутствующих понимал: ответ, который сейчас прозвучит, может изменить историю Эйрилона. Первым нарушил тишину один из старейшин Дома Соларис. Невысокий мужчина с золотистыми крыльями медленно поднялся со своего места и, опираясь ладонями о край стола, произнес — Мне кажется странным, что мы вообще обсуждаем этот вопрос. Закон существует не первое тысячелетие. Если Наследница найдена, она должна быть уничтожена до того, как ее сила окончательно пробудится. Несколько советников согласно кивнули. — Иначе, — продолжил он, — мы рискуем поставить под угрозу существование всего Эйрилона. — Или собственную власть? — спокойно спросил Лиор. В зале воцарилась тишина. Старейшина медленно повернул голову. — Что вы имеете в виду, Ваше Высочество? Лиор не отвел взгляда. — Именно то, что сказал. Он говорил негромко, без вызова, но в его голосе появилась та уверенность, которую наследник престола позволял себе лишь тогда, когда был абсолютно убежден в собственной правоте. — Мы слишком часто прикрываемся древними законами, не задавая себе самого простого вопроса: почему эти законы вообще появились. Советник усмехнулся. — Вы предлагаете проверить это на практике? — Я предлагаю перестать принимать решения, руководствуясь страхом. — Страхом? — переспросил другой представитель Соларис. — Если пророчество сбудется, погибнем все. Лиор спокойно развел руками. — Возможно. — Тогда почему вы возражаете? — Потому что до сих пор никто из присутствующих не видел эту женщину. Несколько взглядов сразу обратились к Каэлю. Лиор тоже посмотрел на него. — Кроме ваших людей. Каэль встретил его взгляд совершенно спокойно. — Это так. — Тогда скажите нам, командующий. В голосе Лиора не было ни насмешки, ни попытки поймать его на слове. Только искреннее желание услышать ответ. — Кто она? Все присутствующие невольно замолчали. Вопрос оказался намного сложнее, чем могло показаться. Каэль не ответил сразу. Он словно заново прокрутил в памяти короткие донесения Лиона, каждое из которых было удивительно подробным. Женщина двадцати восьми лет. Переводчик древних текстов. Разведена. Живет одна. Не проявляет агрессии. Не пытается скрываться. За ней не замечено стремления к власти. Несколько месяцев назад потеряла ребенка. Четыре месяца назад пережила развод. Он помнил каждую строчку, а еще разговор у озера. Но сейчас почему-то ни одна из них не казалась подходящим ответом. Архонт Аэрон внимательно наблюдал за ним. Ему не понравилась эта короткая пауза. Слишком короткая, чтобы ее заметили остальные. И достаточно длинная, чтобы заметил он. Наконец Каэль заговорил. — Обычная женщина. Лиор слегка прищурился. — Обычная? — Именно. — И только поэтому Разломы начали пробуждаться? Вопрос прозвучал спокойно. Но Каэль прекрасно понял его смысл. — Мы не знаем, что именно стало причиной, — ответил он ровным голосом. — Пока мы располагаем только фактами. — Тогда, возможно, не стоит торопиться с приговором, — тихо произнес Лиор. — Иногда промедление обходится слишком дорого, — впервые вмешался Солариарх. Его голос прозвучал негромко, но мгновенно заставил всех замолчать. Правитель поднялся. Медленно обошел круглый стол и остановился у огромной карты Эйрилона, занимавшей почти всю стену. Тонкие светящиеся линии, обозначавшие Разломы, мягко пульсировали под стеклом. Еще несколько месяцев назад они были редкими и едва заметными. Теперь же их стало значительно больше. Некоторые вспыхивали ярче остальных. Солариарх провел ладонью над одной из линий. — Посмотрите внимательно. Все присутствующие поднялись со своих мест. — Эти изменения произошли всего за четыре дня. Он перевел взгляд на Архонта. — Вы по-прежнему считаете, что мы можем ждать? Аэрон молчал несколько секунд. Его серебристые глаза были устремлены не на карту, а куда-то значительно дальше, словно он пытался увидеть то, что скрывалось за пределами времени. — Нет, — наконец произнес он. — Ждать мы больше не можем. Но и повторять ошибки наших предков — тоже. В зале снова стало тихо. И впервые с начала Совета стало очевидно: даже два самых влиятельных человека Эйрилона не уверены, какое решение окажется правильным.
Слова Архонта еще несколько мгновений висели в воздухе. Никто не торопился их нарушить. Наконец Солариарх медленно повернулся к Каэлю. — Ты видел ее собственными глазами. Это был не вопрос. Командующий спокойно встретил взгляд правителя. — Да.— Тогда расскажи Совету то, чего не могут рассказать донесения. Каэль ненадолго задумался. Он не любил описывать людей. Предпочитал говорить о фактах. О расстояниях, численности войск, вероятности победы. Но сейчас от него ждали совсем другого. — Она не похожа на человека, который понимает, что с ней происходит. Лиор внимательно слушал, не перебивая. — Когда я увидел ее, — продолжил Каэль, — она не искала Разлом. Не пыталась использовать свою силу. Она вообще не знала, что находится рядом с ним. Он на мгновение замолчал. Перед глазами неожиданно возниклозеро. Тихая вода. — Она выглядела... потерянной, — произнес Каэль, сам не ожидая, что выберет именно это слово. Несколько человек удивленно переглянулись. Лиор чуть заметно приподнял бровь. — Потерянной? — Да. — Это не похоже на описание угрозы. — Угроза определяется не намерениями, — спокойно ответил Каэль. — Иногда достаточно самой природы силы. Архонт Аэрон едва заметно кивнул. — Продолжай. — Разлом отреагировал на нее раньше, чем она успела что-либо сделать. Это означает, что процесс уже начался. — Почему ты не устранил ее сразу? Вопрос прозвучал резко. Не обвиняюще. Так, словно речь шла об очередном пункте военного отчета. Каэль ответил без колебаний. — Потому что не было фактов, что она Наследница. Ложь. Совсем небольшая. Настолько незначительная, что никто, кроме самого Каэля, не почувствовал ее тяжести. Архонт Аэрон едва заметно кивнул. — Продолжай. Каэль спокойно выдержал его взгляд. — Во время нашей встречи у озера Мирай она не обладала никакими знаниями о своей природе. Она не понимала, кто я, не понимала, почему оказалась там, и пыталась объяснить происходящее привычной человеческой логикой. Он говорил спокойно, словно докладывал о передвижении войск. Но почему-то перед глазами снова возникло ее лицо. Растерянное. Уставшее. И вместе с тем удивительно спокойное для человека, оказавшегося рядом с тем, чего не должно существовать. — Она не искала Разлом, — продолжил Каэль. — Напротив, она пыталась уйти от него. Единственное, чего ей хотелось в тот момент, — понять, не сходит ли она с ума. Несколько советников удивленно переглянулись. — Значит, сила проявляется без ее воли? — спросил один из них. — Именно так. Архонт медленно сцепил пальцы за спиной. — Это подтверждает древние записи. Наследница не управляет Астралис. На первых этапах Астралис управляет ею. В зале стало заметно тише. Солариарх внимательно посмотрел на Каэля. — Она узнала тебя? — Нет. — Что она увидела? Вопрос прозвучал неожиданно. Каэль на мгновение задумался. — Незнакомца. — И только? Командующий медленно покачал головой. — Скорее человека, который знал больше, чем хотел сказать. Лиор внимательно наблюдал за ним. — Она задавала вопросы? — Да. — Какие? — Кто я. Откуда знаю ее имя. Почему сказал ей держаться подальше от озера. — И что ты ответил? Каэль спокойно посмотрел на наследного принца. — Правду, которую мог сказать, не нарушив приказ. Лиор едва заметно улыбнулся. — Значит, почти ничего. В уголках губ Каэля промелькнуло что-то похожее на едва уловимую усмешку. — Достаточно, чтобы она ушла. — Но недостаточно, чтобы перестала искать ответы, — тихо произнес Архонт. Никто ему не возразил. Потому что все понимали: именно так и рождаются легенды. Не тогда, когда человеку открывают истину. А тогда, когда оставляют слишком много вопросов без ответов. Архонт Аэрон не сводил с него взгляда. Его лицо оставалось совершенно спокойным. Но в глубине серебристых глаз мелькнуло что-то похожее на сомнение. Он слишком давно знал Каэля. Достаточно давно, чтобы заметить: командующий никогда не позволял себе даже самой маленькой неточности в докладах.
И если сегодня он что-то недоговаривает, значит, причина действительно серьезнее, чем кажется. — Значит, — негромко произнес Лиор, нарушая затянувшееся молчание, — у нас есть время. Солариарх медленно повернул к нему голову. — Объясни. — Если бы Наследница уже представляла непосредственную угрозу, Каэль не стал бы возвращаться с докладом. Он выполнил бы приказ. В зале вновь воцарилась тишина. Все взгляды обратились к командующему. Каэль не ответил. Потому что слова принца были абсолютно логичны. И именно поэтому становились опасными. Лиор продолжил уже спокойнее — Мы впервые за тысячи лет столкнулись не с легендой, а с живым человеком. Возможно, именно поэтому нам стоит перестать действовать по законам, написанным теми, кто никогда не видел Наследницу своими глазами. Эти слова прозвучали без вызова. Но каждый в Зале Трех Домов понял: наследный принц впервые открыто поставил под сомнение решение, принятое еще до начала этого Совета.
