Когда Эллианна осторожно подняла его, ей вдруг показалось, что оно было не холодным, а едва заметно теплым, словно еще секунду назад принадлежало живому существу. Она машинально сжала перо в ладони. И в то же мгновение где-то очень далеко, за пределами Земли, в мире, о существовании которого она даже не подозревала, что-то древнее и могущественное открыло глаза.

Первый луч солнца медленно скользнул по вершинам белоснежных башен Аэлариса, окрашивая светлый камень в теплые золотистые оттенки. Город просыпался неторопливо, словно был живым существом, которое не любило резких движений. С высоты он казался невозможным. Огромные острова, парящие над бездонной пропастью, соединяли изящные мосты из светового камня. Они выглядели почти невесомыми, однако уже многие столетия выдерживали не только тысячи жителей, но и тяжелые военные обозы. Между башнями струились тонкие водопады, исчезавшие в облаках далеко внизу, а над крышами величественно кружили айрэны, легко рассекая крыльями прохладный утренний воздух. Две луны еще не успели окончательно покинуть небосвод. Большая, серебристая, почти растворилась в рассветной дымке, тогда как меньшая, с легким голубоватым сиянием, медленно скрывалась за дальними горами. Для жителей Земли подобное зрелище показалось бы чудом. Для Эйрилона оно было обычным началом нового дня. На самом высоком острове возвышался дворец Солариарха — сердце власти трех Великих Домов. Его купола сияли так ярко, что в солнечном свете казались отлитыми из чистого золота, а многочисленные террасы утопали в садах, где круглый год цвели серебристые деревья.

Но далеко не все дороги вели ко дворцу. По одной из широких улиц уверенным шагом шел молодой мужчина. Его сразу можно было узнать даже среди десятков других айрэнов. Высокий. Стройный. С безупречной осанкой человека, с детства привыкшего к вниманию окружающих. Светлые волосы, чуть длиннее принятых при дворе, свободно спадали на ворот темно-кремового камзола, расшитого золотыми нитями. За спиной были сложены четыре великолепных крыла — густые, сильные, с мягким золотистым отливом, который становился особенно заметен, когда солнечные лучи касались каждого пера. Но больше всего запоминались его глаза. Яркие. Теплые. Удивительно живые. В них не было холодной надменности, столь привычной для большинства представителей Дома Соларис. Напротив, казалось, что он искренне рад каждому, кого встречает. — Ваше Высочество! Молодой стражник, охранявший вход в городской госпиталь, поспешно выпрямился и прижал кулак к груди. — Доброе утро, капитан Орен, — с улыбкой ответил принц. — Надеюсь, сегодня никто не пытался убедить тебя, что караул — самое скучное занятие в Эйрилоне? Парень смущенно рассмеялся. — Только мой напарник. — Значит, ему явно не хватает фантазии. Лиор дружески похлопал стражника по плечу и поднялся по широким мраморным ступеням. Внутри госпиталя пахло лекарственными травами, свежей древесиной и чистой водой.

По длинным светлым галереям бесшумно двигались лекари в серебристо-голубых одеждах Дома Люменор. Кто-то нес подносы с лекарствами, кто-то помогал пациентам подняться, а в открытые окна свободно влетал теплый ветер, наполняя просторные помещения запахом цветущих садов. Стоило Лиору переступить порог главного зала, как несколько человек сразу подняли головы. — Ваше Высочество! — Принц приехал! — Лиор! Последним его окликнул широкоплечий воин с перевязанным плечом. — Неужели решили проверить, не симулирую ли я? Лиор тихо рассмеялся. — Если бы ты умел симулировать, Торен, тебя никогда не назначили бы командиром сотни. Воин громко фыркнул. — А вот моя жена утверждает обратное. — Значит, дома ты гораздо талантливее, чем на службе. По залу прокатился дружный смех. Лиор подходил к каждому раненому, здоровался за руку, спрашивал о самочувствии, вспоминал имена детей, интересовался, успели ли доставить письма семьям. Он никого не обходил вниманием, и было видно, что делает это не по обязанности. Он действительно помнил каждого. Именно поэтому в ответ ему улыбались даже те, кому каждое движение причиняло боль. — Ваше Высочество...Тихий детский голос заставил его остановиться. В дальнем углу зала, крепко прижав к груди маленькое одеяло, сидел мальчик лет семи. Его два еще совсем небольших серебристых крыла были неуклюже расправлены, а одно из них лекарь осторожно готовил к перевязке. Ребенок изо всех сил старался не заплакать, но глаза уже блестели от слез. — Что случилось? — мягко спросил Лиор, присаживаясь рядом так, чтобы оказаться с ним на одном уровне. — Он боится, — с виноватой улыбкой объяснил лекарь. — Во время тренировочного полета неудачно задел скалу. Крыло придется фиксировать на несколько дней. Мальчик сердито посмотрел на лекаря. — Я не боюсь. — Конечно, не боишься, — серьезно согласился Лиор. — Просто иногда самые смелые воины делают вид, что им совсем не нравится, когда кто-то копается в их крыльях. Мальчик осторожно поднял на него глаза. — Правда? — Абсолютная. Лиор заговорщически наклонился ближе. — Только никому не рассказывай, но лет пятьдесят назад мне тоже пришлось носить такую повязку. — И было больно? Принц ненадолго задумался. — Честно? Мальчик кивнул. — Было страшнее до того, как начали лечить. А потом оказалось, что я зря переживал. Он протянул мальчику маленькую деревянную фигурку летящей птицы, которую незаметно достал из кармана. — Подержишь ее, пока лекарь работает? Только потом вернешь. Это мой счастливый талисман. Глаза ребенка тут же загорелись. Он крепко сжал фигурку обеими руками, и лекарь, воспользовавшись моментом, осторожно начал накладывать повязку. Мальчик даже не вздрогнул. Лиор сидел рядом до тех пор, пока перевязка не закончилась, а затем поднялся. — Ну вот, — улыбнулся он. — Теперь можешь честно говорить всем, что победил целого лекаря. Мальчик рассмеялся так искренне, что смех подхватили даже взрослые. Именно в этот момент к принцу быстрым шагом подошел высокий мужчина в бело-золотом плаще с гербом Дома Соларис. Он остановился рядом и негромко произнес — Ваше Высочество, Солариарх ожидает вас немедленно. Созван Совет Трех Домов. Улыбка не исчезла с лица Лиора. Но в его взгляде что-то едва заметно изменилось. Словно дверь, только что открытая навстречу солнечному свету, медленно начала закрываться. — Благодарю, Эрис, — спокойно ответил он. — Передайте отцу, что я прибуду через несколько минут. Гонец коротко поклонился и удалился. Лиор еще раз посмотрел на мальчика, который уже оживленно показывал свою новую повязку соседям по палате, затем перевел взгляд в высокое окно, за которым над сияющим Аэларисом медленно кружили десятки айрэнов. Он едва заметно улыбнулся. А потом глубоко вдохнул, словно оставляя здесь одну часть себя и готовясь вновь стать тем, кем его хотели видеть во дворце. Наследным принцем Эйрилона.

Лиор неторопливо вышел из госпиталя и на несколько секунд остановился на широкой террасе. Отсюда весь Аэларис лежал перед ним, словно искусно выполненная карта, созданная руками безупречного мастера. Город уже окончательно проснулся. Над парящими островами сновали гонцы, торговцы открывали лавки, в садах слышались голоса детей, а в небе один за другим поднимались айрэны, отправлявшиеся кто на службу, кто по своим делам. Их крылья вспыхивали в солнечном свете серебром, золотом, темной сталью и жемчужной белизной, превращая утреннее небо в живую мозаику. Лиор всегда любил смотреть на свой город именно в этот час. Не во время праздников. Не во время военных парадов. А тогда, когда айрэны просто жили. Он был наследником престола с самого рождения. Его учили стратегии, дипломатии, истории Великих Домов, искусству владения мечом и законам государства задолго до того, как он научился летать. Ему бесконечно повторяли, что однажды судьба миллионов окажется в его руках.

Но никто никогда не говорил, как сохранить в этих руках собственное сердце. — Ваше Высочество. Негромкий голос прозвучал совсем рядом. Лиор обернулся. Позади стоял тот самый гонец, Эрис, однако теперь выражение его лица стало значительно серьезнее. — Простите мою настойчивость, но Солариарх приказал доставить вас без промедления. — Что-то случилось? Эрис на мгновение замялся. — На Совете присутствуют представители всех трех Домов. Лиор чуть приподнял бровь. — Даже Люменор? — Да. Это действительно было необычно. Совет собирался регулярно, но далеко не всегда в полном составе. Если Архонт Люменора лично покидал свои архивы, значит, вопрос касался не просто политики. Лиор молча кивнул. — Идем. Дорога ко дворцу пролегала через центральный мост, соединявший два самых больших острова. Под ногами тихо светился белоснежный камень, словно внутри него текла жидкая лунная энергия. Легенды утверждали, что эти мосты были построены еще до разделения Великих Домов и никогда не разрушались, даже во время самых страшных войн. По обе стороны дороги возвышались стройные деревья с серебристой корой. Их листья тихо шелестели, хотя ветра почти не было. Когда Лиор был ребенком, ему говорили, что эти деревья помнят каждого правителя Эйрилона. Сейчас он уже не верил в подобные сказки. Но почему-то каждый раз, проходя здесь, невольно ощущал, будто за ним действительно наблюдают. — Ваше Высочество! Навстречу выбежала молодая девушка в простой светлой одежде. В руках она держала небольшую корзину с белыми цветами. Увидев принца, она поспешно поклонилась. — Простите... я не хотела мешать. — Тогда зачем бежала? — с улыбкой спросил Лиор. Девушка смущенно покраснела. — Сегодня день памяти моего отца. Лиор сразу стал серьезнее. — Он служил в армии? — Да. Дом Ноктис. Погиб семь лет назад на южной границе. Лиор помолчал несколько секунд. Он хорошо помнил ту кампанию. Слишком хорошо. Тогда погибли сотни воинов. Среди них был и отец этой девушки. — Как его звали? — Арден. Лиор медленно повторил имя про себя. Потом неожиданно сказал — Он спас мой отряд. Девушка удивленно подняла глаза. — Правда? — Если бы не он, меня бы сейчас здесь не было. Это не было утешением. Это была правда. Он помнил темно-серые крылья воина, закрывшие его от вражеского копья. Помнил, как тот успел улыбнуться прежде, чем сорвался вниз. — Ваш отец был очень храбрым человеком. Девушка прижала корзину к груди. В ее глазах заблестели слезы. — Спасибо...Лиор осторожно коснулся ее плеча. — Не благодарите меня. Постарайтесь жить так, чтобы он мог вами гордиться. Для хороших людей это лучшая память. Он уже собирался идти дальше, когда девушка вдруг окликнула его. — Ваше Высочество...Лиор обернулся. — Спасибо, что вы не забываете их. На мгновение он опустил взгляд. Ему хотелось ответить что-нибудь красивое. Но вместо этого он тихо произнес — Я забываю. Каждый день. И именно поэтому стараюсь вспоминать снова. Девушка ничего не ответила. Она лишь низко поклонилась, а Лиор продолжил путь. Эрис шел немного позади, сохраняя почтительную дистанцию. Несколько минут они молчали. Затем гонец неожиданно произнес — Народ любит вас. Лиор едва заметно усмехнулся. — Народ любит надежду, Эрис. — Разве это плохо? — Нет. Он поднял взгляд на белоснежный дворец, уже совсем близкий. — Просто надежда часто требует слишком высокой цены. Перед ними медленно распахнулись огромные золотые ворота. Шум города остался позади. Стоило Лиору переступить порог дворца, как улыбка окончательно исчезла с его лица. Он не стал другим человеком. Но теперь в каждом его движении появилась сдержанность, которой не было всего несколько минут назад. Плечи расправились. Взгляд стал холоднее. Походка — размеренной и уверенной. Наследный принц Дома Соларис вновь занял свое место. В конце длинной мраморной галереи уже ожидали двое стражей. Они одновременно ударили древками копий о пол. — Его Высочество Лиор Соларис. Солариарх ожидает вас в Зале Трех Домов. Лиор молча кивнул и направился вперед. До дверей, за которыми решались судьбы Эйрилона, оставалось всего несколько десятков шагов.