Глаза Эша округляются, он оценивающе смотрит на меня. В полумраке коридора его темно-серые волосы кажутся почти черными, а сам он едва ли на пару дюймов выше меня.

— Лекарства нет, — твердо говорит он, но в его глазах вспыхивает надежда. Уверена, ради его подруги Люсины.

Я достаю из кармана записку и показываю ему.

— Мы нашли это в библиотеке и думаем, что почерк принадлежит Артуру. Если это написал он, то, мне кажется, он знает, как остановить проклятье.

Рейн бросает на меня злобный взгляд за то, что я так легко сдала наш секрет, но я искренне верю, что Эш может нам помочь. Он тоже провел кучу времени в За'Афиэле.

Эш несколько секунд изучает записку, затем снова переводит взгляд на нас и возвращает мне клочок бумаги.

— Ладно. За мной, — бормочет он, разворачивается и направляется по лестнице вниз, к гостиной. Мы с Рейном идем следом.

Эш быстро оглядывает комнату, словно опасаясь слежки, а затем чертит пальцем круг на журнальном столике. На поверхности появляется темная дыра, и я дико уставляюсь на нее.

— Это что…

Эш резко обрывает меня:

— Живо прыгайте. Только Терра — Артур почувствует Рейна, если он пойдет с тобой. Когда соберетесь обратно, просто идите в сад, найдете там живую изгородь. Пройдете сквозь нее и вернетесь сюда.

Я не хочу идти одна, но глаза Рейна уже настолько серые, что, кажется, времени у него почти не осталось. Я тяжело сглатываю и киваю.

— Ладно, я быстро. Спасибо, Эш. — Я обнимаю его, и он удивленно выдыхает. Рейн недовольно бурчит и закатывает глаза, но я все равно целую его в щеку.

— Будь осторожна. Я буду ждать тебя, — шепчет Рейн, проводя пальцами по моей челюсти. Несколько прядей его черных волос небрежно зачесаны набок и падают на лоб. Я киваю и ныряю в темную дыру, пока паника и страх окончательно не взяли надо мной верх.

Ощущение такое, будто я медленно падаю, зависнув в воздухе, который стал густым, как вода. Через несколько секунд мои ноги касаются твердой земли, и темнота рассеивается. Я стою в уже знакомом длинном коридоре. Через огромные, чистые окна льется лунный свет, подсвечивая стены.

Здесь так же тихо, как и несколько недель назад. Ни единой живой души.

Я смотрю направо: массивная дверь из черного дерева заперта, но из-под щели тускло пробивается лунный свет. Должно быть, это кабинет Артура. Зачем еще Эшу открывать портал именно здесь? Я мысленно посылаю ему благодарность, тянусь к ручке и поворачиваю ее. Из кабинета клубами выползает тьма, окутывая мои ноги липким предчувствием беды.

Но запах, который идет следом… Я знаю этот запах.

Этот ни с чем не сравнимый аромат старых книг, пожелтевших страниц, давно догоревших фитилей и карандашной стружки. Я абсолютно уверена, что уже бывала здесь, хотя точно так же уверена, что этого не может быть.

Я переступаю порог и замираю в самом центре кабинета. В конце комнаты стоит длинный письменный стол Артура, а за ним возвышается стена из книжных полок. Ноги сами ведут меня к стеллажам, и я беру с полки один из томов. Но не успеваю я раскрыть его, как резко оборачиваюсь, кожей чувствуя, что в комнате я не одна.

На единственном кресле прямо посреди комнаты сидит Артур, вальяжно откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. Его серые глаза в упор смотрят на меня — спокойно и изучающе.

Правая половина его лица освещена лишь лунным светом, но я все равно отчетливо вижу все эти идеальные черты: высокие скулы и резко очерченную челюсть. Он подпер щеку рукой с откровенно скучающим видом. Его черные волосы до плеч без труда сливаются с темнотой позади него. При виде его ангельского лица у меня внутри все просто обрывается.

— Терра, помочь тебе что-то найти? — произносит он почти зловещим тоном.

Я опускаю книгу и смотрю на него. По спине пробегает дрожь. Всё это чертовски похоже на западню; с чего бы ему сидеть здесь и караулить меня? Он наблюдает за тем, как я судорожно пытаюсь подобрать слова, и на его губах играет едва заметная улыбка. Моя Тень тянется к нему, желая быть ближе, но я сейчас хочу совершенно обратного.

Артур медленно поднимается. Я уже и забыла, какой он высокий. Его утонченная, стройная фигура совершенно не вяжется с тактическим снаряжением, которое на нем надето; ему бы больше подошли корона и королевский костюм, а не эта военная форма.

Из всех профессоров, которые могли поймать меня в своем кабинете, это хотя бы Артур. Если кому я и могу доверять, так это ему. Он протягивает руку ладонью вверх — безмолвное приглашение подойти. Эта спокойная, теплая улыбка всё еще не сходит с его губ.

Я тяжело сглатываю, но медленно иду к нему. Когда я останавливаюсь прямо перед ним, он слегка наклоняет голову набок и тихонько смеется.

— Ты ведешь себя как мышка, которую поймали на краже сыра, — беззлобно замечает он.

Я удивленно поднимаю на него глаза, а затем снова перевожу взгляд на книгу в своих руках.

— Я надеюсь, что ты сможешь мне помочь… И прости, что я ворвалась в твой кабинет, — извиняюсь я, протягивая ему книгу. Он смотрит на нее с легкой ностальгией и крутит в руках, разглядывая переплет.

— Ты могла просто попросить. Я ведь не такой уж и страшный, правда? — Его улыбка становится шире, и я чувствую, как сама невольно улыбаюсь в ответ.

Я залезаю в карман, достаю записку, разворачиваю ее и протягиваю ему:

— Мне очень нужно найти того, кто это написал.

Он берет листок и перечитывает его несколько раз, его глаза сужаются, как только он доходит до строчек о проклятьи.

— Терра, я знаю, что ты хочешь помочь ему…

— Я обязана, — перебиваю я его. В его взгляде появляется еще больше жалости и мягкости, но он лишь кивает и делает глубокий вдох.

— Что ж, думаю, я догадываюсь, чей это почерк. Но это написал не я. — Он возвращает мне записку, присаживается на край стола и, скрестив руки на груди, переводит взгляд на окно.

В глазах Артура столько скорби. Ею пропитано буквально всё в его облике. Возможно, именно поэтому мне так спокойно рядом с ним. Я подавляю отчаянное желание подойти к нему вплотную — когда мы соприкасаемся, весь остальной мир размывается, и я не вижу ничего, кроме него.

— Знаешь, — его голос вырывает меня из мыслей. — Иногда мы без оглядки боремся с течением, барахтаемся в этой ледяной, смертоносной воде, но чаще всего — всё впустую. Мы всё равно тонем. — Он так и не отрывает взгляда от залитого лунным светом окна.

Я хмурюсь, делаю шаг ближе и тянусь к его руке. Его глаза тут же переключаются на меня. На мгновение мне кажется, что он отпрянет, но он остается неподвижен.

— Рейн будет бороться до последнего вздоха, и я тоже, — бормочу я, переплетая свои пальцы с его пальцами в ожидании, когда моя Тень потянется навстречу его Тени, как это происходит всегда. — Что-то подсказывает мне, что ты тоже всё еще борешься. Ты ведь уже очень давно со всем этим сражаешься. Правда?

Его брови мучительно сдвигаются к переносице — это раненое выражение лица говорит красноречивее любых слов. Наши Тени мягко переплетаются на кончиках пальцев, и я каждой клеточкой чувствую эту пронзительную, глубокую тоску. Я всматриваюсь в его глаза, пытаясь разгадать это ощущение. Оно слишком сильно отличается от всего, что я испытывала раньше. Моя Тень всегда была хищной, ненасытной, когда дело касалось Элиаса и Рейна. Но с Артуром всё иначе.

Наши Тени приветствуют друг друга как потерянные любовники, встретившиеся после вековой разлуки. Их танец настолько нежный и полный глухой тоски, что мне хочется разрыдаться. Артур поднимает другую руку и мягко проводит ладонью по моей шее, заставляя меня вздрогнуть.

— Да, ты права, — шепчет он с грустной улыбкой и притягивает меня к себе, обнимая за плечи. Я инстинктивно прижимаюсь к нему в ответ. Его запах догоревших свечей и старых страниц убаюкивает, и на глаза наворачиваются слезы по причинам, которые я сама себе запрещаю признавать.

— Я не понимаю нашу связь через Тени. Рядом с тобой всё кажется одновременно знакомым и навсегда утерянным. Ты расскажешь мне наконец, кто я для тебя? — тихо спрашиваю я.