Меня передергивает от этих слов. Баркова навсегда останется моим кошмаром, и я благодарна своей Тени за то, что она держит большинство этих призраков на расстоянии.

За дверью слышатся приглушенные голоса.

Рейн запихивает несколько образцов в карман, и мы втроем быстро покидаем кабинет. В коридоре нас ждут Кай и Корвус с мрачными лицами.

Я с облегчением выдыхаю. Боги, я уж было подумала, что это Каллос.

Финн кивает своему другу, словно ожидая его появления. Рейн бросает на меня полный сомнений взгляд.

Корвус выглядит так, будто ему нужно высказать миллион вещей, но он выбирает то, чего я совсем не ожидала:

— Я только что был с Эдгаром в лазарете.

У меня внутри всё обрывается.

— Что? Что с ним случилось? Он в порядке? — Мои ноги уже сами несут меня к выходу. Корвус делает шаг мне наперерез, за что получает в ответ глухое предупреждающее ворчание Рейна.

— С ним всё хорошо, он уже вернулся в Дом Нова, — торопливо говорит Корвус, нервно поглядывая на своих друзей. — Но Каллос наложил на его Тень блок, из-за этого Эдгару будет трудно сдать второй экзамен. Артур сказал… — Он резко обрывает себя и качает головой. — Если он не сможет разрушить блок до экзамена, у него нет ни шанса.

В темных глазах Корвуса читаются тайны. Я изучаю лицо Финна; он наверняка тоже это чувствует.

— Какого черта еще за «блок»? — Кай садится на один из диванов, и мы все, чувствуя неловкость, следуем его примеру. Рейн, однако, не расслабляется: он сидит прямо, готовый сорваться с места в любую секунду.

Корвус протягивает ладонь, и над его кожей появляется крошечное черное перышко, парящее в дюйме от руки. Мы все подаемся вперед, завороженные, когда Корвус шепчет:

— Каллос сказал, что сила Эдгара слишком опасна, чтобы оставлять её без присмотра, поэтому он накрыл её чем-то вроде защитного кокона своей собственной мощью. Это не даст Эдгару возможности использовать свою силу.

Корвус слегка дрожит, проводя другой рукой над перышком. Тонкий слой черной пыли оседает на нем, словно наброшенная ткань.

Я впечатлена тем, с какой точностью он управляет этой материей — очевидно, он не пропускал ни слова на занятиях Некане.

Финн хмурится и откидывается на спинку дивана.

— Значит, Эдгар вообще не может использовать свои способности?

Корвус качает головой:

— В теории — нет. Но я все еще чувствую, как они теплятся у него под кожей. Честно говоря, он опасен. Я думаю, Каллос поступил правильно, но сомневаюсь, что это удержит его Тень так долго, как они надеются. — Корвус смотрит на меня с сочувствием и сожалением. — Терра, я видел, на что способна его Тень при минимальных усилиях, и это чертовски страшно.

Рейн бросает на меня быстрый взгляд, прежде чем плотно сжать губы.

— Ну и что? Что ты хочешь, чтобы мы с этим делали? — говорит он с подчеркнутым безразличием.

Корвус выдерживает холодный взгляд Рейна. Я не могу бороться с ознобом от его резких слов. Это же мой брат.

— С ним что-то не так. Думаю, вам стоит попытаться поговорить с ним и убедить не пускать Тень глубже в свою душу. У меня очень плохое предчувствие. Мне кажется, есть способ помочь ему на следующем экзамене, не прибегая к его силе.

Я молча перевариваю эту информацию. Основываясь на том, что я подслушала в разговоре Артура и Элиаса об экзамене «Кровавые Короны», я сомневаюсь, что у него есть хоть какой-то гребаный шанс без своих способностей. Даже если его Тень злобна, она нужна ему, чтобы выжить. Как и всем нам.

Я встаю. Рейн в ту же секунду оказывается рядом, а я киваю Корвусу:

— Спасибо, что сказал. Я посмотрю, что смогу сделать.

Мой голос звучит хрипло из-за сдерживаемых эмоций. Финн смотрит на меня с молчаливой тревогой. Я улыбаюсь ему:

— Спасибо, что помогли нам сегодня. Я дам знать, если завтра мы что-нибудь найдем.

Они втроем смотрят нам вслед, словно потерянные. Если то, что сказал Корвус, правда, то мне нужно не только поговорить с Эдгаром о его Тени, но и понять, как ему вообще пережить экзамены.

Черт. Проблемы растут как снежный ком.

Рейн молчит, пока мы не доходим до ледяного моста.

— Не совпадает.

— А?

Я поднимаю на него взгляд, сбитая с толку. Он улыбается моей привычке уходить в себя. Единственное, что радует сегодня — Рейну стало лучше.

— Заметки. Они не совпадают. Так кто остался?

— Артур и Некане… о, и я думаю, нам стоит проверить директора. Это должен быть кто-то из них, — говорю я, почти не надеясь на успех. Мы вполне можем просто гоняться за призраками. Что, если тот, кто написал записку, давно мертв? — Я видела старую фотографию в кабинете Каллоса. Группа студентов. Если не найдем совпадений, начнем с неё.

Рейн пожимает плечами:

— Хорошая разведка. Если мы когда-нибудь выберемся отсюда, я сделаю тебя своим лейтенантом.

Его голос звучит бодро и легко, но у меня нет сил на веселье. Я прижимаюсь к нему, и он обнимает меня за плечи.

— Ты сегодня ужасно унылая.

— Еще бы. — Я смеюсь, хотя здесь нет ничего смешного.

Мой брат теряет рассудок, мой бывший парень помогает мне спасти от смертного приговора того, кто мне дорог, а мой Теневой Истинный, который по всем фронтам — враг, держит мое сердце в своих тисках. А теперь еще и тайна «Кровавых Корон».

Я вздыхаю, позволяя мозгу хоть немного сбросить напряжение.

Прежде чем мы успеваем дойти до дверей Дома Нова, они распахиваются, и оттуда быстрым шагом выходит Эдгар.

С ним что-то не так.

24

ТЕРРА

Рейн замирает и бросает на меня полный удивления взгляд, когда Эдгар проходит мимо, даже не глядя в нашу сторону.

Я жестом показываю Рейну, что справлюсь сама, и бросаюсь в погоню за Эдгаром. Он идет быстро, но я настигаю его еще до середины моста. Кладу руку ему на плечо, и он разворачивается ко мне с пугающей скоростью. В лунном свете его глаза буквально светятся бирюзой.

Мои ноги инстинктивно делают несколько шагов назад. Его кожа бледна, глаза распахнуты шире, чем положено, а зубы крепко сжаты. В его взгляде проскальзывает нечто порочное — то, чего я совершенно не узнаю.

— Что? — спрашивает он жестоко.

— Эдгар… что с тобой происходит? — я пытаюсь подавить страх, поднимающийся внутри, и заменить его спокойствием и заботой. Моя собственная Тень не помогает: она беспокойно мечется в груди, словно он — угроза. В его присутствии по моей коже ползет тьма. Блокада должна была сдержать его силу, но он сейчас похож на загнанного в клетку зверя, который отчаянно пытается выбраться. Возможно, он и правда опасен. С его светло-каштановыми волосами, разметанными ветром, и этими светящимися глазами, которые сверлят дыры в моей душе, он выглядит именно так.

Эдгар секунду изучает меня, прежде чем неприятно улыбнуться. Эта улыбка зловещая и холодная — я видела нечто похожее на лице Элиаса, когда он впадал в ярость.

— Ничего, я в полном порядке, — его голос звучит надломленно.

— Правда? Потому что ты не выглядишь в порядке, Эдгар, — говорю я, и в моем голосе слышится отчаяние. — Ты разговаривал со своей Тенью? Думаю, тебе нужно остановиться, ты выглядишь… ты выглядишь… — Я оглядываю его с ног до головы, отмечая, насколько хрупким он кажется.

— И как же я выгляжу? — медленно произносит он монотонным голосом.

Я собираюсь с духом.

— Ты выглядишь так, будто сходишь с ума.

Он картинно оглядывает свое тело, а затем снова переводит взгляд на меня. У меня по позвоночнику пробегает холодок от зловещей энергии в его глазах.

— Ты думаешь, я схожу с ума? — говорит он с этой чертовой жуткой улыбкой. — Как насчет того, чтобы я помог тебе найти твой, Терра?

Я сжимаю кулаки.

— Прекрати. Ты хоть слышишь, что говоришь? Как думаешь, что бы сейчас сказали о тебе наши родители?

Эта фраза бьет по самому больному — его лицо сначала застывает в шоке, а затем искажается ненавистью и глубокой, мучительной яростью. Слёзы катятся из его покрасневших глаз, и я мгновенно жалею о своих словах.