- Сама выглядишь, как шлюха!

Скандал быстро набирал обороты, и уже через минуту блондинка с визгом вцепилась в волосы обидчицы.

- Девушки, девушки… прекратите! - попытался утихомирить их растерянный маэстро. Но куда там…! Здесь крепкий вышибала нужен, а не изящный воспитанный итальянец.

Видимо, ссоры между этими моделями вспыхивали уже не первый раз, и у каждой из дерущихся дам была группа поддержки. Их подбадривали криками, но вмешиваться и разнимать этих сцепившихся кошек никто не рисковал - понятно, что в запале может прилететь: когти-то у обеих, дай боже, и царапаются они, как разъяренные фурии! Я бы точно не рискнул - всю морду располосуют, и как потом на сцену выходить?

Нет я, конечно, понимаю, что такие ответственные показы, фэшн съемка, да и вообще, индустрия моды в целом - это одна сплошная нервотрепка. Но человеческое лицо-то зачем терять? Они уже одну пустую стойку снесли, сейчас и до другой доберутся - с нарядами Джорджио! Я оглядываюсь в поисках чего-нибудь подходящего, чтобы остановить драку, но ничего, кроме небольшого огнетушителя в углу, не вижу. Хватаю его и направляюсь к дамам, с остервенением таскающим друг друга за волосы.

В отличие от советских, американские огнетушители устроены гораздо проще, да и по наклейке понятно, как с ним обращаться. Нажимаю рычаг и направляю пенную струю из раструба прямо на драчуний. Стараясь при этом не попасть на одежду, развешанную на стойках. Обе взвизгивают и, шустро отскакивают в разные стороны.

- Остыли? - спрашиваю я, опустив огнетушитель.

- Ты, что охренел?! - орет на меня брюнетка, вытирая пену с лица, и вдруг осекается - Ой! Это же Red Stars!

- Охренела ты, милочка, устраивая здесь свару. Если не заткнешься, повторю.

Видимо выражение моего лица не оставляет сомнений, что за мной не заржавеет.

- Извините! - бормочет девушка, обойдя меня по дуге, выбегает за дверь. А блондинка на всякий случай забивается в угол и испуганно смотрит на меня оттуда.

В помещении стоит гробовая тишина, все замерли, открыв рты. Я же, молча возвращаю огнетушитель на место и лишь потом оборачиваюсь к Джорджио:

- Простите, маэстро, что немного испачкал пол, но иначе они устроили бы здесь погром и испортили вашу коллекцию - извиняюсь я перед итальянцем.

- Ну, ты даешь, Виктор… - качает головой Армани и, кажется, в его голосе сквозит восхищение моим поступком - Спасибо за помощь! И спасибо, что обошлось без бокса!

А он юморист…

- Не за что. Такие скандалистки по-хорошему не понимают, они признают только твердую руку. В следующий раз держите рядом минералку, она тоже хорошо помогает, если вылить ее на горячие головы.

Все, наконец, отмирают и начинают смеяться. Мне же остается только откланяться…

******

- Ты куда пропал? - подходит ко мне в холле Анна Винтур, и я сразу знакомлю их со Львовой. Англичанка с интересом разглядывает нашего модельера.

- Общались с Армани, а потом, не поверишь, разнимал драку его моделей! - улыбаюсь я.

- Отличное знакомство - уважительно кивает Анна - Мирабелла вас и с Патриком Демаршелье познакомила? Считай, что теперь двери Vogue, Harper’s Bazaar и GQ для тебя открыты. Condé Nast - самое влиятельное издательство в мире моды. А еще это популярный журнал The New Yorker.

- Хорошо, с четвертой властью нужно дружить - говорю я. В американском варианте поговорки «четвертая власть» звучит, как «четвертое сословие», но сути это не меняет.

Мы немного обсуждаем прошедший показ, потом Анна с загадочным видом вручает мне плотный конверт

- Хотела завтра на концерте отдать, но раз уж случайно встретились здесь…

Засовываю нос в конверт и расплываюсь в довольной улыбке, увидев там приглашения на показ Кельвина Кляйна - 5 октября в шесть вечера. Отлично! И хорошо выспаться успею после концерта, и пообедать днем с Джеки Соренсен.

- Анна, ты чудо! - благодарно целую в щечку Винтур.

- Я знаю! - самодовольно улыбается она и тут же смотрит на часы - Прости, Виктор, но мне пора бежать на следующий показ, уже немного опаздываю. Встретимся завтра после концерта на афтепати.

- Подвести тебя?

- Не стоит. Здесь легко поймать такси.

Прощаемся с Анной и, наконец, покидаем Выставочный зал. Выходим на улицу, вдыхая запахи горячего асфальта, бензина и уличной еды. Нью-Йорк это город, который никогда не спит и, похоже, никогда не перестанет вонять. После чопорного и тихого Вашингтона, “Большое Яблоко” обрушивается на тебя всей своей мощью – громкими звуками, резкими запахами и человеческой суетой. Здесь все куда-то спешат и торопятся жить. Это город больших денег и непомерных амбиций, так что индустрия моды вполне вписывается в этот сумасшедший водоворот.

- Ну, что, Татьяна Львовна, не пора ли нам поехать, пообедать…?

Добравшись до номера, смотрю на часы - стрелки показывают начало четвертого. Пока из графика не выбиваемся. Первым делом звоню Гору

- Майкл, ты уже обедал?

- Нет, мы с Эндрю ждем тебя. Грегори, кстати, тоже ждет.

- Отлично. Встречаемся в ресторане через десять минут?

- O’key.

Быстро принимаю душ, переодеваюсь в джинсы с футболкой, захожу за Татьяной, чтобы вместе спуститься в ресторан. От нее узнаю, что все, кроме начальства пообедали и звездочки ждут команды выдвигаться на стадион. Ребята музыканты там уже с раннего утра.

- …Как вам показ? - Спрашивает нас Майкл после всех приветствий.

- Супер! Джорджио Армани это новый Диор, по крайней мере, в мире мужской моды. В женской-то я разбираюсь хуже. Так что не теряй времени и заказывай у него костюмы, Майкл. Пока к Армани не выстроилась очередь длиной до западного побережья.

- Даже так…?

- Стоит выйти “Американскому жиголо”, и вокруг Джорджио начнется страшный ажиотаж. Поторопись. А послезавтра я иду на показ Кельвина Кляйна. Кстати, ты идешь со мной, Майкл! И там нам уже предстоит работа, а не развлечение. Хочу взять с собой Альдону с Ладой, буду благодарен, если найдешь для них пару приглашений.

- Думаю, с этим проблем не будет.

- Майкл, а у нас все ВИП приглашения разосланы? Я позвал Армани на наш концерт.

- Найдем. Если итальянец хотя бы вполовину так хорош, как ты его расписываешь, мне точно нужно с ним познакомиться.

Пока мы ждем Вебера и Клаймича, Гор успевает рассказать мне, что сам отвез первый чек отцу Майклу и представил ему сотрудника нашего фонда, который будет отвечать за контакты с пастором. Заодно осмотрелся на месте и выяснил у него, с чего лучше начать нашу помощь. Посмеиваясь, Майкл заметил, что пастор был сильно удивлен, как рьяно фонд взялся за дело. Видно, их общину редко балуют своим вниманием серьезные спонсоры.

Ну и прекрасно, за благотворительную кухню отца Майкла можно больше не переживать. Времена безденежья для них закончились, а чуть позже можно будет и о нормальном помещении для столовой задуматься, чтобы люди зимой ели в тепле, а не на улице.

Пока мы с Гором обсуждали дела с благотворительностью, в ресторан спустился Вебер

- Я слышал, ты хочешь попробовать себя в роли продюсера? – улыбается Эндрю, усаживаясь напротив.

- Почему бы и нет? - пожимаю плечами - Композиторский дар с годами изнашивается, а продюсерский больше заточен на мастерство, нежели на вдохновение, и только обрастает опытом.

- Мудрое замечание… Кстати, предложенная тобой стратегия сработала как по нотам: внесудебное соглашение с авторами «Last Christmas» подписано, и больше нас ничто не сдерживает.

- Honesty is the best policy – киваю я ему. «Честность – лучшая политика».

Вскоре к нам присоединяются Клаймич со звездочками. Естественно, тут же заходит разговор о клипе «Last Christmas» и поиске подходящего места для съемок. Обрадовать их мне нечем. Шахназаров обещал сам позвонить, когда будет результат. Но пока тишина. Видимо, Домбай чем-то не устроил нашего молодого режиссера, и поиски продолжаются.