— В смысле нельзя? — не стал отмалчиваться игрок. — Взял не тот предмет и человек остался лежать раненным и нуждающимся в помощи. Это как раз не сложно, сложно взять нужный.
С минуту в комнате висела тишина, после чего магистр Бо захохотал, покручиваясь на своём табурете. Остальные сохраняли видимое спокойствие, разве что матушка Огиди улыбалась.
— Молодой человек, а вы вообще поняли суть испытания? — спросил щупальценогий.
— Конечно, — кивнул игрок, — вылечить раненного.
— А как бы вы его вылечили, простите?
— Взял бы один из трёх предметов и вылечил, — пояснил Горпео. В нём всё отчётливее зрела мысль, что сейчас он разговаривает с умалишёнными. — Вот только я не понял, что именно его вылечит, не смог разгадать головоломку.
— А если я скажу, что никакой головоломки не было? — задорно спросил магистр Бо.
— Как это — не было? — оторопел парень.
— Вот так, не было, — снова захохотал старичок. — Суть испытания была в том, чтобы ты выбрал, что хочешь сделать своим основным способом лечения, магию, алхимию или полевую хирургию.
— Обычно, каждый посланник буквально за секунды справляется с этим, — вкрадчиво произнесла восковолицая. — Некоторые, очень малое число, либо пробуют взять всё и сразу, либо ждут до конца и принудительно просят об этом. У первых редко что получается, вторые куда успешнее. Но чтобы буквально понять задание и пытаться именно вылечить куклу…
— Прямо скажем, такого у нас давно не было, — проскрипела матушка Огиди. — Хотя предположить это можно было ещё до испытания, сразу, как только ты вошёл в помещение.
— Так отчаянно кинуться на помощь тому, кого в первый раз видишь…
В этот момент Горпео показалось, что ледяной тон щупальценогого стал чуть теплее.
— Ты проявил себя как истинный лекарь, — усмехнулся магистр Бо. — Именно таких врачевателей, с горячим сердцем, нам, да и всей церкви Триумвирата, давно не хватало. Прагматиков с избытком, а вот тех, кто без раздумий спешит помочь, очень и очень мало.
Вот только Горпео не считал себя истинным лекарем. Он был уверен, что в сети полно информации о том, как проходить такие простые испытания. Он чётко понимал — абсолютно каждый, кто выбирал Триумвират своей религией, знал, что и как нужно делать. Он даже знал, где эту информацию взять — ровно там же, где он читал о лекарских религиях, доступных для игроков с частью тёмной крови. Там было ещё много чего написано, помимо самой возможности приобщиться к Триумвирату, но он решил отложить это на потом, в глупой надежде вернуться позже. Так что он не обладатель особенного сердца, он обыкновенный болван.
— Именно поэтому, посовещавшись, мы даём тебе второй шанс, — сказала восковолицая. — Ты снова можешь выбрать, что будет твоей основой и твоим началом.
С этими словами на столике перед диваном появились те же самые три предмета, что лежали и в помещении испытания, а существа потянулись к выходу. Буквально через десять секунд Горпео стоял один в комнате с нелёгким выбором.
Снова рефлексировать по поводу своей недогадливости парень не стал. И потому, что всё закончилось более-менее неплохо, и потому, что ничего полезного из ситуации больше не выжить. Он понимал, что в аналогичной ситуации поступит точно так же с теми же последствиями. Так работал его мозг в реале и вряд ли что-то прям кардинально изменится в игре.
А вот подумать, что взять в лечении стоило. И пусть он уже понял, что выберет, но ещё раз взвесить все за и против не помешает. С одной стороны, посох, а значит и магия, слишком банально. Но оттого и проще. Развиваться в объём маны и силу магии так же просто, как и в Силу, Ловкость и Выносливость, использование заклинаний вообще не должно быть проблемой, все как-то справляются. Вот только это скучно, просто стоять и кастовать исцеление на ближнего своего. Куда интереснее выглядит использование алхимии и различных артефактов. И куда дороже, это Горпео понимал даже без чтения гайдов. Возможно, у обладателей смежных профессий — алхимии и артефакторики — конечная цена на лечение получалась меньше, вот только парня не тянула ни туда, ни куда-либо ещё в профессиональном плане. А уж о полевой хирургии и вовсе речи не шло. Мало того, что постоянно нужно приобретать расходники, так ещё наверняка и специфические знания не помешают, которых у Горпео отродясь не было. Нет, промыть неглубокие царапины, обработать антисептиком, остановить кровотечение и наложить стерильную повязку он сможет, спасибо урокам ОБЖ, а вот сделать что-либо серьёзнее, увы, нет. Так что вариант остаётся только один.
Вот только ему так же придётся обучится и алхимическому лечению, и полевому. Сама суть поклонения Триумвирату Единства предполагала именно единение трёх лекарских составляющих Наракона. Любой, кто посвящает свою игровую жизнь Триединому, обязан знать и то, и другое, и третье. Отказаться нельзя, так же как и забросить что-то одно в угоду другому, всё должно быть на примерно одном уровне. Настолько, что отставание в изучении, скажем, полевой хирургии более на пять уровней не даст продвинуться дальше магическому лечению. Да даже если настолько же отстанет алхимия, эффект будет тот же. Всем без исключения остальным лекарям игры в этом плане повезло намного больше.
Вот только выбор, что делал сейчас Горпео, совсем не фикция. Пользуясь предоставленным временем, парень залез в общий мануал игры и понял, что реально сейчас выбирает основу. То, на чём он сейчас остановит свой выбор, будет развиваться быстрее, путь и на десять процентов всего. Так же магия — а игрок уже решил, что основой станет именно она — будет получать больше бонусов там, где это возможно, а если бы он выбрал что-либо из материалоёмких путей, получил бы скидку на расходники у торговцев-местных. Остальные лекари игры таким похвастать не могут, им приходится добывать скидки самостоятельно. Впрочем, последователям Триединого это тоже никто не запрещал.
Сразу хватать посох и идти Горпео не стал. Открывая мануал, он вспомнил, что ночью сворачивал какие-то системки. Найдя их в логах и открыв, игрок понял, почему ему не жарко в ватнике. Всему виной был восьмичасовой баф за долгое пребывание в условиях непогоды, а именно снегопада, да ещё и ночью. Простое пребывание на холоде ничего такого не вызывало, иначе он уже давно закрыл бы все уровни достижения «И в дождь, и в снег, и в град». А так только первая из шести ступеней, полупроцентное постоянное сопротивление холоду и жаре, и тот самый баф. С полностью закрытым достижением сопротивление возрастало до двадцати процентов, а баф становился недельным с возможностью в нужный момент активировать его, а когда уже не нужен, ставить на паузу до следующего раза. Всё это показалось Горпео интересным, но специально добиваться закрытия достижения он тут же запретил себе всеми возможными напоминалками, как мысленными, так и через встроенный блокнот и специальным оповещением, если снова окажется под открытым небом в непогоду.
Остальные четыре системки были на повышение характеристик, две на Выносливость, одна на ловкость, она на Атлетику. Новый уровень умения повышал Ловкость и Выносливость на три единицы каждую, а также на пятнадцать процентов снижал расход бодрости при беге. Процентные эффекты, увы не суммировались, но и это было хорошо, учитывая, по сути, бесконечный рост пассивок, стоящих в одном ряду с Атлетикой. А уж если считать все увеличения за ночь, то Горпео готов был ещё раз пройти этот путь… не готов. Пять секунд ему хватило, чтобы отбросить эти мысли в самый дальний и пыльный сундук своего разума. Добровольно снова идти от Лависи до монастыря, подгоняемый воем волков и страхом рерола, он не готов. Если другого выхода не будет и от этого будет зависеть как минимум судьба всего Наракона — да, тогда он смог бы. В иных случаях — нет.
Взяв посох со стола, Горпео наконец вышел за дверь. Там его ждали все четыре левитирующие существа. Гасару исчез ещё на этапе обсуждения проваленного испытания.
— Предсказуемо, — сказал щупальценогий, оставив на полу быстроисчезающий снег.
