Найти место удалось уже в ночной темноте. Нам выделили свободное поле к югу от города. Рядом обнаружился колодец, яма для отходов и стоянка торговцев, которые продавали еду и топливо для костров.

Пока я общался с чиновниками по поводу беженцев, заметил сплошную реку караванов, которая текла и в город, и обратно. Мне было интересно, как они переправляются, если по мосту ещё и беженцы идут. К сожалению, спросить было не у кого.

Лагерь разбивали при свете звёзд и костров. Пришлось отправлять людей, чтобы купили у торговцев кизяка. Цены оказались хоть и высокими, но вполне нам по силам. Ещё можно было получить какую-то скидку, но условия её выдачи надо было узнавать в Ферунде.

Несмотря на то, что расположились мы у стен города, дозорных по краям лагеря я всё-таки выставил. Мало ли что. Поэтому и спать пошёл уже глубокой ночью. Зато уснул, как убитый, и в кои-то веки никто меня не будил. А это было именно то, что мне очень давно требовалось.

Утро выдалось пасмурным. С северо-востока дул влажный ветер, холодный и настырный, и полог шатра то и дело хлопал, впуская внутрь сквозняки. Я проснулся ещё до рассвета — сказались недели марша и привычка просыпаться раньше, чем тебя разбудят.

Сон был рваный, тревожный, но я давно радовался и к такому. Полежал немного, глядя в темноту, послушал храп из соседнего шатра… А затем собрался с силами, сел, потёр лицо и натянул сапоги.

Да, сейчас лето, но ночи в Вечных Песках холодны даже там, где, казалось бы, рай на земле. А Приречье, однозначно, можно отнести к таким редким местам. Жаль, за ночь погода совсем испортилась.

Выйдя из шатра, я оглядел лагерь. Дозорные вяло перекликались, ожидая конца смены. У костров суетились кашевары, раздувая угли и подвешивая котлы. Запах дыма смешивался с влажным воздухом, где-то вдалеке мычали гнуры и фыркали переханы. Однако всё это перекрывал могучий храп из соседнего шатра.

Я прошёлся между палатками, разминая затёкшие плечи. Бойцы ещё спали, отдыхая после тяжелого перехода. Самому мне не спалось, так что… Оставалось только делами заниматься.

К тому времени, как я вернулся к своему шатру, солнце поднялось над горизонтом. А вот тучи на небе так и не рассеялись. Я послал вестового за командирами, а сам отправился в шатёр для совещаний. Разжёг там жаровню и послал за завтраком для командиров.

Вскоре появился кочевник с едой на всех: ломти вяленого мяса, лепёшки, горка сушёных фруктов, кувшин с разбавленным вином и котелок каши, ещё горячей. Да, выглядело довольно скромно, но такова уж кухня в Вечных Песках.

Никто здесь не пытается готовить сложные блюда. Едят то, что можно съесть. В моей прошлой жизни у предков нынешних людей было так же. Ели что-то простое и без затей. Разнообразие овощей и фруктов, а уж тем более «высокая кухня» — это, скорее, итог долгого развития.

В Вечных Песках, если тебе где-то встретилось изобилие в плодах или кореньях — уже подарок судьбы.

Первым на совещание пришёл Истор. Как обычно по утрам, невыспавшийся, оттого особенно собранный и серьёзный. Откинув полог шатра, он впустив холодный воздух и с порога потянул носом:

— Каша? С мясом? Что за роскошь? Мы празднуем что-то? — уточнил он с ехидной улыбкой.

— Отдыхаем просто, — отозвался я, отламывая себе лепёшку. — И отъедаемся нормально. Садись. Остальные, думаю, вот-вот подойдут.

— Эх, значит, скоро опять бегать и голодать! — притворно вздохнул мой заместитель.

Для знатного юнца из Илоса он за год с небольшим прошёл огромный путь. И, боюсь, моей заслуги в этом не было ни капли: лишь тяжёлые обстоятельства, помноженные на его, видимо, хорошее воспитание.

Подсев к столу, Истор сразу непривередливо потянулся к лепёшке. Я подвинул ему миску с кашей, и парень с благодарностью кивнул. А вскоре явился Ситранис, взъерошенный и зевающий. Он рухнул на табурет, даже не поздоровавшись, и сонно уставился на еду.

— Боги, дайте мне хоть что-нибудь горячее! — простонал он. — Я вчера лёг в сапогах и проснулся в сапогах! Такое чувство, что я и не спал вовсе!..

— Ты и не спал, — заметил я. — Ты храпел так, что сам себя, небось, будил. Чего уж там, у нас дозорные на другом конце лагеря вздрагивали.

— Я не храплю, брат! — оскорбился Ситранис. — Я благородно предупреждаю всех вокруг, что не надо меня будить.

— Благородные звуки, от которых переханы шарахаются… — себе под нос уточнил Истор, не отрываясь от каши.

Ситранис хотел возразить, но в этот момент полог шатра приподнял Тадар. Он вежливо покивал всем, уселся и молча, с аппетитом, принялся за еду. Я подвинул ему миску с кашей, и хан кочевников принял её с коротким кивком.

— Ждём Ферта и решаем, что дальше делать, — обвёл я своих взглядом.

Ферт пришёл последним. Выглядел шептун так, будто не спал вовсе: глаза красные, плечи сгорбленные. Вообще-то он сегодня ночью отдыхал, но мы с ним оба постоянно не высыпались из-за купола. Поэтому я не стал спрашивать, чего он такой сонный. Просто налил ему отвара и подвинул лепёшку с мясом.

— Надеюсь, все успели хоть чуть-чуть отдохнуть, — наконец, приветствовал я людей. — А если не успели, то время у нас впереди есть. Отдыхайте пока. Но кому-то придётся помочь мне с делами.

Ферт хмыкнул и принялся за еду. Я подождал, пока соратники утолят первый голод, и лишь потом заговорил о не менее насущном.

— Ну что ж, все поели, — начал я, отодвигая пустую миску. — Давайте решать, кто идёт в город, а кто в лагере остаётся. Дел у нас целых три: отметиться в Гильдии, закупить провизию, найти информацию про тех, кто ушёл на восток раньше. Я точно не успею всё сделать, если пойду один.

— Есть один вопрос, — заметил Тадар. — Как мы в город попадём? Туда же так просто не пускают. На воротах стража, и без бумаги с печатью не суйся.

— У меня печать Гильдии наёмников Илоса, — напомнил я. — Действует везде. Вчера мне сказали, что с ней можно будет войти.

— Ну да, меня тоже пустят… — кивнул Ситранис. — Я всё-таки аристократ. Мне попробуй запрети. Уж точно не стражникам такое делать.

— А я? — подал голос Истор, подаваясь вперёд. — Я бы тоже…

— Тебя вряд ли пустят, извини, — качнул я головой. — Ты не наёмник, не здешняя знать. И бумаг у тебя нет.

— А документы из Илоса не подойдут? Я бы посмотрел на город, — признался Истор.

— Я попробую зарегистрировать весь отряд, — обнадёжил я его. — Нам выдадут какие-то таблички на руку, с которыми можно будет позже, наверно, пройти.

— А я не пойду, — спокойно сказал Тадар, поглаживая бороду. — И не потому, что не пускают. Просто не хочу. В городе слишком много людей. Шумно. И вообще, кочевнику в каменном мешке делать нечего.

— А про тебя я и не сомневался, вольная ты птица, — усмехнулся я.

— Вот и славно! — Тадар удовлетворённо кивнул.

— Я бы тоже лучше отдохнул, — заметил Ферт. — В город-то меня пустят, но зачем тебе там, Ишер, шептуны?

— Согласен, не нужны. Значит, так, — я поставил кружку на стол. — Истор и Тадар пока остаются за старших в лагере. Ситранис, ты тогда со мной. Займись поисками наших среди беженцев из Эарадана. Тебе нужно будет для этого в архив пойти. Мне сказали, нужные записи обычно там хранятся.

— А, это в городском управлении, небось, — фыркнул Ситранис. — Поставлю там всех на уши, не переживай!

— А ты? — спросил Истор, глядя на меня. — В Гильдию?

— Да, — ответил я. — Зарегистрирую отряд. Заодно разузнаю, что происходит, и какие заказы есть.

— А закупки? — напомнил Ферт, не отрываясь от кружки. — Припасы-то не бездонные…

— Для закупок возьму людей из сотни Тавра. Они наёмники, их пустят без проблем. Думаю, всё, что надо, унесут и сторгуются, если придётся. Но сначала мне нужны полные списки бойцов. Самые что ни на есть полные. Илосцы, приозёрцы, кочевники, те, кто присоединился по пути… Всех наших, кто в отряде, давайте. Истор, Тадар, возьмётесь?

— А чего делать-то? — переспросил хан.