— Это угроза, воевода? — спросил Бруш, нахмурившись.

— Со мной люди, которые умеют убивать, которые делали это часто и много, — я прямо посмотрел на капитана. — Да, нам непривычна вода, но у меня несколько тысяч опытных головорезов, Бруш. Не считай это угрозой. Считай это предупреждением. Потому что по суше мы уйти не сможем. Слишком много демонов пришло на берега Озера Тысячи Ключей.

— У меня опытные команды! — выпятил нижнюю челюсть Бруш. — А ты верно сказал, вода вам непривычна. Я видел, как вы неловко отчаливали…

— Это ничего не меняет, флотоводец, — я усмехнулся, излучая уверенность, которой не чувствовал. — Даже если при попытке захвата кораблей нас ждёт смерть, она ждёт нас и на берегу тоже. Но при попытке захватить корабли у нас есть шанс её избежать.

В голове раздался смех маленькой девочки. У Смерти, очевидно, было своё мнение, кого она ждёт, а кого — нет.

— Лучше подумай вот о чём, Бруш, — заметил я. — Если мы вам не поможем, вас тоже ждёт смерть. Рано или поздно припасы закончатся. Взять новые будет неоткуда. А демоны орды никуда не уйдут, покуда ваши корабли стоят в гавани. Демоны песков хотят вашей смерти и будут ждать её, сколько потребуется. И в башнях, между которыми протянута цепь, этих сволочей хватает. Вы их убивать не обучены, а вот они нас, людей, убивают без проблем.

— А твои люди, стало быть, убивать демонов обучены? Да, воевода? — заржал Бруш.

— Почти год только этим и занимаемся… — широко, почти до оскала улыбнувшись, кивнул я.

— Да ты хоть понимаешь, что с тобой в Приречье сделают, а? За то, как ты наше Святилище кинул⁈ — зажёгся гневом сотник храмовой стражи.

— Ничего, — ответил я и посмотрел на него в упор. — За то, что я предателей без кораблей оставил, мне не будет, повторяю: ни-че-го.

— Мы не предатели! — возмутился Бруш, придержав за плечо сотника храмовой стражи, который ото злости чуть не схватился за оружие.

— Возможно, ты не знаешь, флотоводец, но когда Междуречье просило силы, чтобы отразить четыре орды демонов, надвигающихся с разных сторон, ни Верховная Жрица, ни Основатель, ни кто-либо ещё из правителей Приозёрья не прислал ни одного воина! — глядя ему в глаза, сообщил я. — Они предпочли вырезать тех, кто чтит законы Песка, а заодно бросить остальные города и укрыться в Святилище, чтобы сбежать на большую воду.

— Я знаю про планы сбежать на большую воду! И знаю про гонения на тех, кто чтит Законы Песка! — отрезал Бруш, однако в его взгляде что-то едва заметно изменилось. — Я и сам эти Законы не слишком люблю! Никто не обязан участвовать в войне, в которой не победить!

— Никто — это слишком громко, Бруш, — я усмехнулся. — Потому что, если никто не должен, то спасать надо всех. А твой флот даже десятой части населения Святилища на борт принять бы не смог. И знаешь, почему Основатель и Верховная ещё не уплыли? Я тебе скажу, почему, Бруш. Они места на кораблях не поделили, и ждали, покуда количество приближённых не уменьшится в боях с демонами.

Брушу я снова ничего не нового, похоже, не открыл. А вот сотники переглянулись, и я решил, что стоит их догадки поддержать:

— Да! Да, Марах и Тирип! Ни вас, ни ваших людей никто не собирался увозить на кораблях. Всё верно, — я снова усмехнулся. — Так вот, для Междуречья вы все — предатели. Потому что в Междуречье пока ещё чтят Закон Песка. И даже если я вас всех перебью и на борта кораблей приколочу, мне никто и слова не скажет….

Я подумал и решил добавить:

— Хотя нет, скажут! Скажут! Мне скажут: «Спасибо за корабли, Ишер!». Вот что мне скажут.

— Ну и что ты тогда с нами говоришь? — насупился Бруш.

— А я не хочу убивать вас и терять своих людей, — честно ответил я ему. — Я хочу взойти на борт этих кораблей, загрузить их припасами для людей и скотины, а потом добраться до южных берегов Озера Тысячи Ключей. И без опытной команды это сделать сложнее, как вы понимаете. Мы можем быть полезны друг другу. А можем сразиться друг с другом. Но что будет лучше для нас всех, Бруш?

— Раз мы предатели, то кто помешает южанам отобрать мои корабли, а? — всё ещё колеблясь, спросил флотоводец.

— А кто тебя просит входить в порты? — удивился я. — Довези меня и моих людей на юг. Мы высадимся на плотах на берег. А потом уходи, куда хочешь. Всё озеро в твоём распоряжении… Где-то там, правда, флот из Корабела ещё есть. А они вас, кто в Святилище укрылся, тоже не очень жалуют. Однако это уже не моё дело.

— Нам надо подумать! — ответил Бруш, переглянувшись с шептуном.

— У вас на это времени нет, — я покачал головой. — К темноте мои люди либо будут на кораблях, либо умрут. Времени на захват осталось мало. Если не можете решить, тогда мы поплыли делать своё кровавое дело.

— Ладно-ладно! Дай мне чашу! — попросил Бруш, выставив руки ладонями вперёд. — Через чашу я дам ответ.

— Как хочешь, — пожал я плечами. — Чашу я тебе дам.

Бруш махнул гребцам, и те отплыли от нас. А потом ещё чаши полторы мы наблюдали за жарким спором на плоту переговорщиков. Не знаю уж, кто там и за что выступал… Мне просто требовался результат.

А результатом было то, что они снова подплыли к нам, и Бруш понуро сказал:

— Мы принимаем ваше предложение! Я не знаю, как ко всему этому отнесутся другие капитаны… Но мой корабль готов принять вас на борт. И если ты будешь так же убедителен, Ишер, то и другие наверняка согласятся.

Надо ли говорить, что я был убедителен?

Припасов в порту удалось найти немало. Впрочем, ничего странного. Припасы ведь там специально складывали, чтобы затем на корабли погрузить. Святилище готовилось к долгому плаванию. И если бы не спор Основателя с Верховной, уже давно бы уплыло.

Не всё, конечно.

На берегу остались бы и рядовые стражники, и небогатые горожане, которые думали, что сумели, как говорят, сторговаться с богами. А на самом деле, просто поверили сладким обещаниям своих правителей.

На кораблях хватило бы места, по моим расчётам, для четверти населения Святилища. А вот моё маленькое войско уместилось целиком, вместе со скотиной — и даже место осталось. Конечно, не везде смогли принять на борт переханов и гнуров. Стойла для крупного скота были предусмотрены лишь на крупных кораблях. Однако и в этом вопросе удалось выкрутиться. Разобрав телеги кочевников, мы использовали борта и днища, чтобы сделать загоны прямо на палубе.

Погрузка, равно как и поиски припасов, заняла весь оставшийся день. Мы выделили несколько отрядов, которые вламывались на склады и выбивали засевших там демонов песка. А идущие следом матросы из корабельных команд выгребали всё, что считали нужным.

Процесс начался, когда мои люди ещё высаживались на флагман флота, а теперь набирал обороты с каждым присоединившимся кораблём. Между крупными судами и берегом регулярно сновали плоты и небольшие лодки. Недавно безлюдный порт бурлил от активности боевых отрядов и команд добытчиков.

Я ведь не врал Брушу, когда говорил, что моё предложение выгодно всем. Команды кораблей не могли добыть припасы и опустить цепь, перекрывавшую выход из гавани, потому что не хотели терять людей. А мы не умели управлять кораблями. Ну а так мозаика сложилась. Даже драк не было между моими людьми и матросами. Все радовались тому, что вскоре можно будет отбыть из гибнущего города.

Пришлось, правда, сделать вылазку в центр Святилища. Многие стражники волновались за своих родных. Я им честно сказал, что могут уже не волноваться, потому что родные их отправились ночью по Светлой Дороге, но мне, конечно, не поверили. Я бы и сам предпочёл на их месте не поверить, а проверить. Вот и пришлось остаткам двух сотен, в сопровождении двух моих сотен, пройти по адресам на восточном и западном берегу.

Надо ли говорить, что вернулись они подавленными и сломленными? Наверно, нет. И я не собирался их утешать и подбадривать. Поняли ситуацию, оценили глубину задницы? Уже неплохо. Меньше будут бунтовать и выпячивать свою значимость.