Владыка Смерти тяжело опустился на диван. Он сидел напряженно, как струна, готовая лопнуть, его руки судорожно сжимали подлокотники.

— Расслабьте плечи, — скомандовала Соня, нависая над ним. — Вы напряжены так, будто гвозди глотали. Откиньтесь на спинку.

— Я не...

— На спинку, быстро.

Под её тяжелым, безапелляционным взглядом Мортимер, стиснув челюсти, медленно откинулся на мягкую кожу дивана.

— Отлично. А теперь — терапия, — Соня взяла со столика дымящуюся глиняную кружку с травяным настоем и протянула ему. — Пейте.

Жнец с отвращением посмотрел на бурую жидкость, от которой пахло сушеной травой и луговым медом.

Спустя двое суток после исторического «тихого часа» Владыки Смерти, атмосфера в Высшей Канцелярии неуловимо изменилась.

Мортимер больше не напоминал мраморную статую, готовую рухнуть от усталости. Травы и здоровый сон сделали свое дело: аура Повелителя Смерти снова стала плотной, ровной, а тени вокруг него больше не дрожали, покорно струясь по полу. Он работал с невероятной скоростью, и, казалось, даже перестал так откровенно морщиться, когда Соня громко прихлебывала чай.

Соня же с головой ушла в свои «зоны». Она сидела за своей ясеневой этажеркой, сверяя списки новоприбывших душ с глобальным реестром судеб.

В медицине самое страшное — это не когда пациент кричит от боли. Самое страшное — когда в палате внезапно становится тихо, а кардиомонитор выдает ровную линию. В логистике Междумирья правило было похожим: хуже переполненной очереди могла быть только внезапная недостача.

Соня нахмурилась, проводя пальцем по светящимся рунам длинного свитка. Она постучала ручкой по губам, затем вернулась на страницу назад. Сверила данные с желтым пергаментом суточной выписки.

— Эй, шеф, — позвала она, не отрывая взгляда от цифр. — У нас тут проблема с балансом. Дебет с кредитом не сходится.

Мортимер плавно отложил звездное перо. Теперь, когда его разум был ясен, он реагировал на её реплики без былого раздражения.

— В Свитке Судеб не бывает ошибок, Софья. Нити обрываются именно тогда, когда предначертано, и души немедленно прибывают в транзитную зону.

— Ну, значит, ваш хваленый свиток взломали хакеры, — Соня подхватила бумаги и подошла к его столу. — Смотрите. Сектор восемь, граница миров, морской квадрант. Три часа назад по земному времени там затонул паром «Северная звезда». Шторм, пробоина, паника. Триста сорок две души должны были одномоментно прибыть к нам в приемное отделение. Я даже зеленых стикеров заранее наготовила для них.

Она положила пергамент перед жнецом и ткнула в него пальцем.

— А теперь посмотрите в выписку прибывших. Их тут нет, ни одного. Триста сорок два человека по вашим же документам мертвы, но до нас они не дошли. Испарились по дороге?

Лицо Владыки Смерти мгновенно заледенело. Снисходительная мягкость, появившаяся после отдыха, исчезла, уступив место концентрированной, божественной угрозе. Он провел рукой над пергаментом. Руны вспыхнули тревожным багровым светом.

— Нити оборваны, — глухо произнес Мортимер. Воздух вокруг него начал стремительно остывать. — Но их эхо... эхо искажено. Они не заблудились, их перехватили до того, как они пересекли грань...

— Перехватили? В смысле, украли? — Соня удивленно вскинула брови. — А что, души можно вот так просто свистнуть по дороге в ад? У вас тут что, цыгане на астральных вокзалах промышляют?

— Кража душ — это не просто преступление. Это угроза самому фундаменту равновесия, — Мортимер резко поднялся. Его плащ взметнулся, словно сотканный из ночного ветра. — Тот, кто поглотит такое количество свежих душ, может бросить вызов самим богам. Я обязан отправиться на грань лично.

Он шагнул из-за стола, на ходу материализуя длинные кожаные перчатки, покрытые серебряной вязью защитных заклинаний.

— Ну, удачи, начальник, — Соня помахала ему рукой, возвращаясь к своему столу. — Привезите мне сувенир. Магнитик на холодильник или типа того. Я пока тут дела желтой зоны раскидаю.

— Вы не поняли, Софья, — голос жнеца настиг её на полпути. Холодный, не терпящий возражений. — Вы идете со мной.

Соня резко затормозила так, что её сабо скрипнули по базальту.

— Э-э, нет! В моем выдуманном трудовом договоре командировки в горячие точки не прописаны! Я офисный планктон! Я сижу в тепле, сортирую бумажки и глажу адскую гончую! — она указала на Пушка, который приподнял лопоухую теневую морду. — Выездные бригады — это к скорой помощи, а я стационарный врач!

Жнец сократил расстояние между ними. В его глазах клубилась темная, неотвратимая воля.

— Ваша душа привязана к моей личной печати, Софья. Пока я нахожусь в цитадели, вы защищены её стенами. Но если я покину Междумирье и отправлюсь на нестабильную территорию, ваша связь с реальностью без моего контроля может истончиться. Вы станете уязвимой. Вы просто... растворитесь.

Соня сглотнула. Перспектива «раствориться» звучала как крайне неблагоприятный медицинский прогноз.

— Кроме того, — добавил Мортимер, скользнув многозначительным взглядом по Пушку, — я не оставлю вас наедине с архивами семнадцатого сектора и Цербером, которого вы кормите страницами из дел еретиков. Собирайтесь.

Спорить было бесполезно. Соня вздохнула, проверила, на месте ли её любимая ручка, и покорно поплелась за начальством.

Они вышли из цитадели на широкую каменную террасу, парящую в бесконечном сером тумане. Жнец не стал звать стражей. Он просто поднял руку с растопыренными пальцами и резко сжал ладонь в кулак.

Туман перед ними завихрился, уплотняясь, темнея, пока из него не соткался экипаж.

Закрытый, вытянутый фаэтон, целиком состоящий из черного матового металла и спрессованных теней. Вместо лошадей в оглобли были впряжены два призрачных силуэта, напоминающих гигантских волков, чьи лапы не касались земли. Фаэтон выглядел хищно, роскошно и предельно зловеще.

Дверца бесшумно открылась, приглашая пассажиров.

— Прошу, — Мортимер сделал жест рукой.

Соня недоверчиво покосилась на призрачных волков, но всё же шагнула внутрь. И тут же поняла: конструкторы этого астрального транспорта явно не страдали клаустрофобией.

Внутри экипаж оказался крошечным. Здесь не было двух рядов сидений друг напротив друга. Было лишь одно широкое, обитое черным бархатом заднее сиденье. Довольно широкое для одного Повелителя Смерти, привыкшего путешествовать в гордом одиночестве. Но для двоих оно было… компрометирующе тесным.

Соня забилась в самый угол, прижавшись плечом к гладкой металлической стенке.

Мортимер сел следом. Дверь захлопнулась, отрезая их от внешнего мира. Фаэтон мгновенно сорвался с места. Без рывка, без стука копыт — они просто провалились в пространство, переходя на скорости света через слои реальности.

След украденных душ с парома «Северная звезда» вел сквозь серый туман грани миров, извиваясь, как гнилая нить. Владыка Смерти, чье лицо после инцидента в экипаже вновь превратилось в непроницаемую мраморную маску, шел по этому следу с неотвратимостью ищейки. Соня, всё еще чувствующая фантомный жар на губах, молча шагала следом.

Они подошли к разрыву в пространстве — мерцающей трещине, сквозь которую лился тусклый, грязный свет желтых фонарей.

— Вор использовал якорь в мире живых, чтобы вытянуть души в обход канцелярии, — глухо произнес Мортимер, останавливаясь перед разрывом. — Мы переходим.

Он шагнул в трещину. Соня, зажмурившись, нырнула за ним.

Переход не сопровождался ни грохотом, ни спецэффектами. Просто в одну секунду под ногами был базальт Междумирья, а в следующую — мокрый, потрескавшийся асфальт.

Соня открыла глаза.

Шел дождь. Мелкий, противный, типичный осенний дождь. В нос ударил резкий запах выхлопных газов, мокрой листвы и сырости. Мимо с шипением шин по лужам пронеслась потрепанная «Газель», обдав их с ног до головы веером грязной воды.