Затем шум просто... прекратился. Почему он прекратился? Паника охватила меня, мои руки тряслись от страха перед тем, что могло происходить за пределами этой проклятой камеры.

— Кай! Это Кам! Я здесь, брат! — крикнул я, надеясь, что он сможет меня услышать. Должно быть, они держат его где-то поблизости. Как же это было бы пиздец, если бы мы все были в камерах прямо рядом друг с другом. Так близко и все же...

Звук отодвигаемого засова заставил меня отступить. Как бы сильно я ни хотел выбраться из этой камеры, я не был дураком. Моя тренировка все еще сидела во мне. Мне нужно было увидеть, кто там, прежде чем я слепо выскочу и наткнусь на нож или дуло пистолета.

— Боги, здесь ужасно воняет.

О, черт, нет.

— Здравствуй, Кэмерон, — объявила Лори, как будто это был какой-то светский визит. Ее зеленые глаза обвели маленькое пространство, ее нос сморщился от отвращения.

Я скрестил руки на груди и уставился на нее, заметив, что дверь теперь закрыта. Это нормально. Им придется открыть ее, чтобы выпустить ее.

Когда я не заговорил, на ее лице промелькнуло раздражение. — Что? Никакого приветствия для меня? Мы же почти семья, ты знаешь. Я хотела сказать тебе — без обид. Если хочешь, можешь называть меня мамой. Я знаю, у тебя ее нет.

Господи. Эта пизда.

Я смотрел на нее, мое лицо оставалось неподвижным. Такие люди, как она, хотят реакций. Драмы. Ничто не бесит их больше, чем отсутствие реакции на их игры.

— Что? Никаких вопросов ко мне? Ничего, что ты просто умираешь от желания узнать?

Вопросы жгли мой язык от того, как сильно я хотел их выплюнуть, но я знал, что она не ответит. Лори была стервой худшего пошиба. Она пожала плечами в манере «как хочешь» и изучала меня. Я готов был поставить деньги на то, что ее магия была в полном порядке, и это было единственное, что мешало мне броситься вперед и сломать ей шею.

— Тебе действительно нужно принять душ. Пойдем. — Она подошла к двери и открыла ее, исчезнув из камеры. Она серьезно? Дверь осталась приоткрытой. — Пошли, Джейкобс. От тебя ужасно воняет.

Я прикусил щеку изнутри и осторожно подошел к двери, выйдя в тускло освещенный коридор. Это был первый раз за очень долгое время, когда я видел что-то кроме внутренней части этой гребаной комнаты. Мои глаза все замечали. Там были двери, которые тянулись вдоль коридора, двери, похожие на мою. Еще камеры. Где был Кай?

Дышать воздухом здесь было таким кайфом, что я чуть не почувствовал эйфорию, следуя за Лори. Она время от времени оглядывалась, чтобы убедиться, что я все еще здесь. Мне нужно было собраться с мыслями. Было рискованно действовать сгоряча, не зная, где я нахожусь и не имея какого-то плана. Но если у меня будет четкий шанс убрать эту суку, я не задумаюсь.

Мы подошли к арке, и я заметил, что цементный пол уступает место плитке. Похоже, сука действительно ведет меня в душ. Вот я, в трусах-боксерах, которые я носил с того самого дня, как мы сюда попали, а она расхаживает, как Королева Пизда, в деловом костюме. Цоканье ее каблуков по гладкому полу заставляло мой глаз дергаться, и мне приходилось сжимать кулаки, пока кости не хрустели, чтобы сдержать себя и не оторвать ей голову.

Как бы то ни было, я понятия не имел, где я. Очевидно, в Бесмете... но где именно в Бесмете? Все еще в замке? Или меня перевели куда-то еще? Я знал, что слышал Кая раньше, значит, он был здесь со мной. Но насколько я знал в этот момент, все остальные могли быть в другом измерении, в соседней комнате или в гребаном склепе. Я действовал вслепую, поэтому подавлял свою ярость.

— На скамейке есть полотенца. Мыло и другие средства в душе. Бритвы нет. Вы понимаете, почему, — самодовольно объяснила Лори, ее каблуки эхом разносились по комнате для душа. Там было около пяти отдельных кабинок, с длинной деревянной скамьей, которая тянулась вдоль всей комнаты, напоминая раздевалку в бассейне.

Я подозрительно посмотрел на нее, остановившись. Какую игру она ведет? В душевых не было шторок, и у меня не было ни единого шанса, что я разденусь перед этой женщиной.

— Не нужно стесняться, Кэмерон. — Она подмигнула. Я не двигался. — Я уже видела, что у тебя там. У тебя есть немного металла, но ты ведь не робот, правда? Нет, ты весь мужчина. — Черт, мне пришлось сглотнуть, чтобы не вырвать. — Не волнуйся, я подожду тебя снаружи, пока ты закончишь. Это единственный выход из этой комнаты, и здесь нет ничего, что могло бы сойти за оружие, так что даже не пытайся. — Она развернулась и вышла из комнаты.

Вот в чем проблема, когда тебя держат в плену. Особенно во время войны. Ничто никогда не делается без причины. Так почему же сейчас, после стольких недель, меня выпустили из этой камеры? И сразу после того, как я услышал Кая? Может, они наконец захотели поговорить со мной, вместо того чтобы полностью игнорировать меня.

Не теряя времени, я шагнул в душевую кабинку, включив воду на максимально горячую. Мои трусы упали на холодный пол, и я, блядь, застонал, когда вода ударила по моей коже. Я подставил голову под струю, позволяя теплу и влаге смыть первый слой грязи с моего тела.

— Гребаная-а-а-а...

Никогда еще душ не был таким приятным за мои тридцать лет. Я заметил дозатор с мылом, прикрепленный к стене, и быстро наполнил руки до краев. Затем я тер. И тер. И тер. Пока моя кожа не покраснела, а дозатор почти не опустел. Я дважды намылил голову и бороду, заметив темную воду, стекающую в слив. Боги, я бы убил за зубную щетку прямо сейчас.

Как только я нанес достаточно кондиционера на волосы и бороду, чтобы чувствовать себя человеком до следующего душа, я откинулся на стену и сполз на задницу. Вода начинала остывать, но я не мог заставить себя выйти. Пока нет. Вода струилась по моему лицу и торсу, и я наслаждался моментом. Это было очищение — не только для моего тела, но и для моей души. Моей решимости. Я не осознавал, насколько безнадежным я начал себя чувствовать в последние дни.

Может быть, в этом и была их цель. Дать мне этот маленький кусочек нормальности, чтобы потом по-настоящему меня разъебать. Все, что меньше, на самом деле удивило бы меня. Медленно я поднялся с пола душа и выключил воду. Я вытирался с черепашьей скоростью, не спеша снова увидеть лицо Лори или вернуться в ту проклятую комнату. Когда я обернул полотенце вокруг талии, я решил прямо там и тогда, что если они попытаются заставить меня вернуться туда, я буду драться как черт. Я не мог вернуться.

Тяжелые шаги достигли моих ушей, и я остановился, расчесывая волосы найденной щеткой. Кем бы ни были эти люди, они двигались довольно быстро и приближались.

— Тогда это не сработало? — спросила Лори, когда шаги стихли.

— Нет. Нужно быстро доставить его в лазарет. Его дважды реанимировали, прежде чем мы убедили Аза снять его со столба, — мрачно сказал мужчина.

Я слышал, как Лори задумчиво хмыкнула. — Хорошо. Отведите его к лекарю. Ваш король не будет доволен, если он умрет.

Любопытство взяло верх, и я тихо подошел к стене, которая загораживала мне обзор. В коридоре было больше народу, чем я ожидал; толпа охранников окружала носилки, все сосредоточены вперед, пока один из них слушал ее приказы. Запах крови висел в коридоре, как чума, и я рассматривал лежащее без сознания тело. Его спина была разорвана на части. Я видел много пыток в своей жизни, но никогда не видел, чтобы чья-то плоть выглядела настолько изувеченной. Бедняга, должно быть, мертв, а если нет, то он должен молить о смерти.

Охранник отошел в сторону, и мои глаза остановились на лице раненого мужчины. О, черт возьми. Черт. Я откинулся на стену, прижимая руку ко рту, чтобы не вырвать.

Нет. Нет. Я... я не так это увидел. Это не может быть он...

Мое сердце билось, как загнанный зверь, и я сделал резкий вдох, пытаясь вести себя тихо. Время, казалось, ползло, хотя я знал, что прошло всего пару секунд. Я сжал щетку в руке так сильно, что почувствовал, как пластик начинает поддаваться. Я знал, что видел. И я знал, что нужно сделать.