Я шла вместе с потоком первокурсников, стараясь не выделяться, не оглядываться, не думать о ночи, о поцелуях, о жадных руках. О нём. Сегодня я была просто Мелания Дель Тар. Или хотя бы пыталась ею быть.

Мы поднялись по широким мраморным ступеням, миновали арочный коридор, и наконец вошли в одну из аудиторий. Внутри пахло магией и старинными пергаментами. Потолок — сводчатый, с парящими в воздухе светильниками. Вдоль стен — высокие книжные шкафы и витрины с артефактами. Массивная кафедра утопала в мягком голубоватом свечении, создавая иллюзию того, что преподаватель стоит на искре магического пламени.

Декан уже был на месте. Высокий, с острыми чертами лица и пронизывающим взглядом цвета утренней грозы. Серо-синие глаза остановились на мне.

— Сегодня к нам присоединилась новая ученица, — начал он ровным, но цепким голосом, — что не является обычной практикой спустя два месяца с начала учебного года. Однако… — он сделал театральную паузу и обвел взглядом студентов, — для дочери ректора мы, разумеется, готовы сделать исключение. При условии, что её способности не уступают уже зарекомендовавшей себя сестре.

Лёгкий смешок прокатился по аудитории.

— Спасибо, декан, — раздался голос из первого ряда.

Я сразу узнала её.

Девушка поднялась с места, изящно, без суеты, будто знала, что все взгляды уже прикованы к ней. Волосы, цвета темного золота, ниспадали на плечи мягкими волнами. Глаза — серо-голубые, чуть раскосые. Кожа — светлая, будто подсвеченная изнутри. Всё в ней говорило: «Я — совершенство». Она была красива. Настолько, что рядом с ней остальные девушки терялись.

И, кажется, она это знала.

— Аника, — сказал кто-то шепотом, но достаточно громко, чтобы я услышала.

Моя новоиспеченная сестра. Сводная, правда. Но лично мне она и так и так чужая.

Взгляд её скользнул по аудитории и остановился на мне. На одно короткое мгновение наши глаза встретились. Она не удивилась. Не улыбнулась. Не отвернулась.

Она просто посмотрела. И в этом взгляде было всё. Оценка. Интерес. И — холодное, обволакивающее непринятие. Мелания Дель Тар, добро пожаловать в академию. Тебе тут не рада ни сестра, ни отец.

— Меня зовут Тарвин Лерс, — произнёс декан, прерывая гулкий шепот в аудитории. — Я отвечаю за курс управляемой магии и основ защиты. Запоминайте, кто забыл. Особенно ты, Мелания.

Он снова посмотрел на меня. Глаза — спокойные, но цепкие, как у хищника, лениво следящего за будущей добычей.

— Чтобы понять, с чем именно мы будем работать, попрошу тебя выйти вперёд и продемонстрировать уровень. Не переживай, — добавил он, заметив, как я поднялась, — никто не ждёт от тебя звёзд с неба. Это стандартная процедура. На первом занятии все проходили через это.

Я кивнула и подошла ближе, ощущая, как взгляды вонзаются в спину. Один особенно жгучий. Угадывать чей не приходится.

— Задача проста, — продолжил Тарвин. — Создаёшь магический барьер, окружающий тебя полностью. А все остальные начинают атаковать. Кто чем сможет. Мы засечём время, за которое твоя защита падёт. Удержание щита — основной навык, без которого невозможно двигаться дальше. На первом уроке дольше всех продержалась твоя сестра. Посмотрим… передались ли тебе хоть какие-то способности вашего отца.

— Я готова, — спокойно ответила я.

— Надеюсь, что создание купола ты уже освоила?

По классу пробежал смешок. Естественно. Меня заведомо не любят благодаря сестре.

— Да, я знаю, как создать защитный купол.

Он махнул рукой:

— Начинай.

Я вытянула ладони, делая магию предельно видимой — синие линии энергии сплелись вокруг меня, мерцая в воздухе, как водная вуаль. Вспыхнул купол — тонкий, но гибкий. Красиво. Элегантно. И достаточно прочный.

— Начали! — бросил декан.

Первая волна заклинаний была почти детской — щелчки, искры, небольшие всплески воздуха и огня. Купол даже не дрогнул. Я стояла в самом центре и спокойно наблюдала, как они сыплются со всех сторон, оставляя лишь лёгкие отблески на полупрозрачной поверхности.

Минуты текли.

Некоторые студенты начинали уставать, кто-то с интересом поглядывал на Тарвина, ожидая реакции. Тот молчал, наблюдая за мной.

И вдруг купол дрогнул. На поверхности — трещина. А потом ещё одна, и вспышка — сильная, насыщенная, плотная, как стрела, пробила мою защиту почти насквозь.

Я повернула голову. Нашла взгляд. Конечно. Аника. Сидела с невинной полуулыбкой на губах, будто не замечала, что её заклинания в разы мощнее всех остальных.

В груди что-то сжалось от неприятного ощущения, но я решила подыграть ей илишь немного подкорректировала поток, ослабив купол. Если ее так злит, что моя защита прочная, значит сама она не такая сильная. Впрочем, это не удивительно, я ведь русалка. А они изначально ближе к магии и сильнее. Жаль только, что этот народ на грани вымирания.

Делаю купол настолько слабым, насколько позволяет гордость. Прочнее — нельзя. Не сейчас. Не нужно выставлять её полной идиоткой.

Я намеренно ослабила поток. Пауза. Ещё вспышка — и щит рассыпался с мягким звуком.

В аудитории зашептали. Аника довольно улыбнулась. Ну-ну, сестричка, радуйся.

— Время! — объявил Тарвин, бросив взгляд на песочные часы, — Мелания… поздравляю. На полминуты дольше, чем у твоей сестры. Очень достойно.

Улыбка Аники исчезла с её губ, будто её стерли ветром. Я стояла в центре круга, дышала спокойно, а внутри всё пело. Не от злорадства — от удовлетворения. Ведь я действительно молодец. Простая попаданка, которая освоила магию русалок. Куда этой Анике до меня.

— Рад, — продолжил Тарвин, — что в этом зале теперь на одну сильную магичку больше. Присаживайся, Мелания. Урок только начинается.

Я вернулась на место, и урок продолжился.

Тарвин начал с теории — структуры потоков, уровни сопротивления, законы равновесия стихий. Он говорил чётко, не растекаясь по древу, и, к удивлению, я понимала каждое слово. Всё это я уже проходила дома, под водой. Темы были знакомы, и это радовало. Значит, я смогу сосредоточиться не только на обучении, но и на адаптации. Вникнуть в местные порядки, в лица, в расстановку сил.

— Кстати, — продолжил декан, — в конце дня у нас одно важное событие. Старшекурсники будут выбирать себе учеников, чьими наставниками они решили стать. Связь устанавливается до конца года, и это серьёзная часть вашего развития. Они уже наблюдали за вами все эти два месяца. Думаю, у каждого из них есть свои фавориты.

Аудитория зашевелилась, кто-то оживился, кто-то занервничал.

— Но перед этим, — усмехнулся Тарвин, — вам предстоит пройти испытание стихий. Покажете, на что способны, и тогда выбор будет сделан.

Он взглянул на меня.

— У тебя тоже будет возможность проявить себя на испытании. Пусть за тобой не было возможности следить все два месяца, но уверен, кто-то да заинтересуется твоим уровнем силы.

О да, в этом я тоже не сомневалась…

После занятия с Тарвином у первокурсников было ещё два урока, и я, как новенькая, не имела права расслабиться.

Следующим был основы боевой магии. Вёл его сухощавый преподаватель с короткой сединой и пристальным взглядом — профессор Эйлан. В отличие от декана, он не церемонился:

— Маг без реакции — мишень, — заявил он, едва войдя. — И да, Мелания, если ты умеешь создавать щит — это хорошо. Но здесь научат, как не дать тебе упасть, если твой враг способен пробить любой щит.

Урок был больше практическим. Мы отрабатывали быстрые реакции, уклонения, мгновенные всплески щита. У кого-то получалось. У кого-то не очень. У меня — достаточно, чтобы не выделяться. Пока.

Третьим уроком был теоретический курс по артефактологии. Класс был заставлен витринами с зачарованными предметами — от кольца, что шептало на незнакомом языке, до светящегося в темноте пера. Преподавательница, молодая женщина с розовыми волосами и очками на пол-лица, представлялась как магистр Элера.