Макс выразительно, даже обиженно хмыкнул, но уходить не торопился. Только мне уже было плевать, сон медленно забирал меня в свои лапы, и происходящее вокруг не имело никакого значения. Сквозь дремоту я услышала щелчок выключателя, и тихо закрывающуюся дверь.

Глава № 2 Аня

Утром не хотелось ни думать, ни жить. Солнце упорно светило в окно через щели между двумя плотными шторами, кидая свои противные лучи мне на лицо. Я обожала теплую погоду, и солнце я тоже любила, но не сегодня. Сначала хотела спрятаться под одеялом и досмотреть какой-то дурацкий сон, где я каталась на каруселях в парке аттракционов. Но реальность настигла быстрее, чем дремота: головная боль не даст даже нормально дышать.

Я оторвала голову от подушки с нечеловеческими усилиями и поплелась в ванную. Прохладный душ сделал мое существование на этом свете менее сложным, оставалось только выпить аспирин и кофе. Мне не хотелось вспоминать, сколько я вчера выпила, но клятвенно обещала себе, что больше к бутылке не притронусь. С трудом попадая в рукава, натянула майку Кирилла, которая уже давно является нашей общей собственностью, и выползла на кухню.

Уже с порога заметила уголок синего надувного матраса, понимая, что посреди кухни спит друг брата, что в общем-то не ново. Я вчера вроде клеилась к нему, а он отшил меня. Или это я его отшила? Неважно, главное, что не было ничего, за что мне сейчас должно быть стыдно. Флирт в любом моем состоянии не вызывал смущения ни во время, ни после, ни даже через неделю.

Под свои мысли я доплелась за стаканом и таблетками, кинув быстрый взгляд на спящего Макса, и сделала себе живительный напиток. Пока шипучая таблетка растворялась в холодной воде, я прислонилась спиной к столешнице и рассматривала парня.

Макс лежал на спине, закинув руку за голову, с голым торсом и прикрытый простыней только ниже пояса. Вторая рука — та самая, что вчера так бережно держала мою талию, лежала на груди и поднималась в такт дыханию. Кирилл, похоже, принимает в свою компанию только после кастинга на силу и красоту. Вчера в пьяном бреду я не особо рассматривала Макса, но не будь он другом моего брата, точно понравился бы мне. Грубые скулы, острый подбородок, абсолютно прямой нос без горбинки. Не сказать, что прям типичная мужская внешность, до брутала немного не дотягивает, но и мягкости в чертах маловато. Щетина стала больше и грубее, но не портила его, а, скорее, дополняла.

Тело тоже ничего — широкие, накачанные плечи, сильная большая грудь, кубики пресса. Кожа смуглая — то ли от не сошедшего за лето загара, то ли такая сама по себе. Этот мальчик точно занимается спортом, как и Кирилл. И наверняка такой же мудак.

Внизу живота с левой стороны выглядывала татуировка, но простынь скрывала большую часть, и я пыталась понять, что изображено. Вроде ветка или паучьи лапы, а может и пламя. В полумраке кухонного пола было плохо видно, и я крутила голову в разные стороны, чтобы найти нужный ракурс. Нет, точно не пламя, оно толще и больше, а на животе виделись только тонкие, сломанные у основания ветки.

Внезапно рука Макса слегка откинула простынь, оголяя татушку и резинку боксеров. Да, паук. Страшный такой, черный с большим пузом и толстыми лапами. По размеру около ладони, и нижние лапы паука утопали под резинкой, словно он забирается туда или, наоборот, только выбрался. Выглядело довольно реалистично, и от этого жутковато. Не люблю пауков, и откровенно их боюсь, как, впрочем, почти все девчонки.

— Какую часть тела тебе еще показать? — спросил Макс.

Я медленно, скользя взглядом по телу в обратном порядке, вернула глаза к его лицу.

— Мозг, — сказала я и выпила лекарство. — Покажи мне мозг.

Его взгляд раздевал, пожирал и прожигал одновременно. В нем было столько огня, что мне резко стало жарко, и я отвернулась к столу. Вчера он точно не смотрел на меня такими глазами, но и я не была в короткой футболке, едва прикрывающей задницу, с мокрыми волосами и трезвой. Я была в полном образе — в сексуальном платье, с ярким макияжем, кокетливая и приставучая. Такой, какие обычно и нравятся парням вроде Макса. Сейчас, без макияжа, в обычной футболке, с опухшим лицом и красными от туши глазами, я совсем не была похожа на секси.

За спиной зашуршала простыня, по полу проехал матрас, и Макс оказался позади меня. Подошел так близко, что мне пришлось вжаться бедрами в стол. Руки Макса уперлись в стол по обе стороны от меня.

— Вчера ты дважды предлагала секс. Сегодня рассматриваешь меня, — тихо сказал он, и его дыхание коснулось шеи. — Подразнить меня решила? Это плохая идея.

— И что будет? — хмыкнула я. — Возьмешь меня прямо здесь, на кухне?

— Нет, — сказал Макс, и его рука легла мне на бедро. — Я сделаю так, что ты будешь сама меня просить об этом.

— Ты слишком самоуверен.

— Проверим?

— Думаешь, ты один такой великолепный, накачанный мачо, уверенный в том, что все девки текут перед тобой? Вон у братца полно таких друзей.

Рука Макса скользнула выше, забралась под майку и легла на живот, обжигая своим теплом. Я затаила дыхание, чтобы не выдать свои эмоции, которые рвались из груди.

— Лапы убрал, — спокойно сказала я.

Макс провел кончиком носа по моей шее, шумно вдыхая запах кожи, и я совершенно непроизвольно закрыла глаза и слегка наклонила голову. Внутри уже зарождалась теплая волна, готовая позорно накрыть меня с головой и освободить рвущийся стон. Я сильнее сжала зубы, не издавая ни звука, вздох получился слишком резким и глубоким.

Рука Макса, такая нежная и безумно приятная медленно провела по животу, мизинец нырнул под резинку белья, и я почти потеряла контроль над эмоциями. Спиной сквозь футболку я чувствовала горячее тело, а шея неумолимо просила сладко-страстного поцелуя.

Мне потребовались колоссальные усилия, чтобы взять себя в дрожащие руки и остановить дурацкий отклик. Я открыла глаза и сконцентрировалась на турке для кофе перед собой.

— Я сказала лапы убрал от меня! — еще тверже выговорила я.

— Эй, может вы в комнату пойдете? — раздался за нашими спинами голос Кирилла.

Я схватила руку Макса и скинула с себя, быстро повернулась и оттолкнула его назад, пихнув руками в грудь. На него это не особо подействовало, больше позабавили мои попытки применить к нему физическую силу. Макс слегка улыбнулся и прищурился, пытаясь что-то рассмотреть на моем лице. Хотя и рассматривать ничего не надо было, мое тело выдало меня с потрохами, и я уже злилась на саму себя.

— Придурок, — прорычала я от бессилия.

Макс ухмыльнулся, не сводя с меня взгляда. Я отступила к плите и поставила на огонь турку с кофе. Попыталась сосредоточиться на пузырьках, на аромате зерен, но злость была сильнее. Все его дружки — самовлюбленные идиоты, считающие, что им все можно.

— Кирилл, а куда Димка делся? — спросила я, не поворачиваясь к брату, чтобы немного успокоиться.

— Диман? Он по работе уезжал куда-то, но вернулся уже. А что?

Я схватила турку и вылила кофе в кружку. Кинула ложку сахара, размешала и схватила стакан, вдыхая бодрящий аромат. Головная боль медленно отступала вместе с плохим настроением.

— Почему он с тобой не тусуется? Понял, наконец, какой ты? — хмыкнула я и сделала глоток кофе.

— Ань, тебе не пора свалить отсюда или хотя бы одеться? Сейчас парни придут, — выдохнул Кирилл.

— Разве твоим друзьям не нравится, когда я хожу в твоей футболке? — фыркнула я и посмотрела на Макса. Ему точно понравился мой утренний наряд.

— Мне не нравится, — отреагировал Кирилл и отпихнул меня от стола, насыпая в две чашки растворимый кофе.

Я улыбнулась своей привычной хитрой улыбкой, для которой есть только один повод — братец сказал, что ему не нравится. Кирилл сразу понял, что сболтнул лишнего, и тяжело, протяжно вздохнул.

— Ладно, уговорил, — сказала я. — Пока у меня нет настроения бесить тебя.

Я допила кофе за два глотка и поставила чашку в раковину. Хотела уйти к себе, но не могла оставить победу за Максом. Он позволил себе слишком много, заставил мое тело откликнуться на его ласку, а сам сидит, как будто ничего не случилось. Так не пойдет. Это он должен слюни пускать, а не я. Он должен мечтать сорвать с меня футболку, а потом получить облом — так происходит со всеми друзьями брата.