— Я ни о чем не жалею, — сказала Ева и опустила взгляд. — Мы с Кириллом подходили друг другу по темпераменту, а для меня это было важно. Вот ты когда с Андреем встречалась, чувствовала, что вы как два кусочка одного пазла?

— Нет, — честно ответила я и сделала большой глоток. — Но в чем-то мы были похожи.

— А я чувствовала. И когда мы расстались, я осталась вроде целой картиной, но одного кусочка все же не хватает.

— Ев, — протянула я и взяла подругу за руку, — Мы когда пьем, не вспоминает бывших, потому что это говоришь не ты.

Подруга сжала мои пальцы и улыбнулась, но глаза выдавали грусть по тем отношениям, в которых она была счастлива. И я уже было хотела предложить попробовать вернуться к Кириллу, но вовремя закрыла рот. Это не мое дело, и раз они расстались, значит, была на это причина.

Бутылка вина закончилась, и мы, уже порядком опьяневшие, открыли шампанское. Серьезные разговоры закончились, и по кухне летел наш громкий смех. Мы обсудили одногруппников, учителей и даже снова досталось Кириллу. И только мы стукнулись фужерами, разбавив наш смех звоном стекла, хлопнула входная дверь.

В прихожей я услышала голос братца и женское хихиканье. Вот урод, бабу домой привел! Ева слегка напрягалась, и, возможно, не будь ее сейчас здесь, я даже не двинулась бы с места. Но подругу явно укусила ревность, а меня дикая злость. Я приложила палец к губам и подмигнула Еве, на что она кивнула.

Пошатываясь, но стараясь держать себя в руках, я вышла в прихожую. Наигранно громко вздохнула и закрыла рот рукой, глядя на крашенную блондинку в короткой розовой юбке, больше напоминающей игрушечную. Она пыталась расстегнуть ремешок на туфлях, наклонившись так, что ее пятую точку обтягивала ткань. Но Кирилл не смотрел на открывающийся перед ним вид, он безразлично уткнулся в телефон, словно эта девица забрела сюда случайно.

— Кирилл! Как ты мог! — воскликнула я.

Девчонка с ужасом в глазах посмотрела на меня, и улыбка тут же слетела с ее лица. Длинные наращенные ресницы захлопали быстро, испуганно и удивленно.

— Насть, это сестра, — быстро сказал братец, отрываясь от телефона. — Не слушай ее.

— Так, значит, я сестра для тебя?! Ах ты предатель! — взвизгнула я. — А наш сын тогда кто для тебя?

Девчонка сделала шаг к двери, больше не испытывая желания остаться с моим братом наедине. Она открывала рот, как рыба, не в силах что-то сказать и точно побаиваясь моего гневного взгляда. Я даже пожалела, что не взяла с кухни что-нибудь тяжелое для полного образа ревнивой жены.

— Насть… — залепетал брат, понимая, что ему сегодня не обломится.

— Я Юля, — с гордостью сказала девчонка. — И мог бы сказать, что женат!

Братец кинул в меня свой звериный взгляд, а я уже наигранно всхлипывала и плакала. Девчонка сморщилась и быстро покинула квартиру, расправив плечи. Молодец, чувство самосохранения в ней не отдыхает, как обычно это бывает у таких девиц. И только дверь за ней захлопнулась, я улыбнулась. Брат, еще сжимая в руке телефон, разочарованно посмотрел на дверь, а потом на меня.

Не дожидаясь, пока Кирилл в гневе начнет орать на меня, я вернулась на кухню. Он тут же залетел за мной и едва не сбил с ног. Я уже ждала, что братец схватит меня, потащит за волосы или сделает что-то еще, чтобы направить свое неудовлетворенное желание в физическую расправу надо мной, но тут он заметил Еву. Они молча переглянулись, и пыл Кирилла немного поутих.

— Ладно, — сказал он и вышел.

Странно, что он так легко сдался, но алкоголь в моей крови полностью лишал меня мыслей о том, как братец будет мстить. И пока мы с Евой распивали по второму бокалу шампанского, Кирилл разговаривал с кем-то по телефону. Я не стала вслушиваться, кому он там плачется на тяжелую жизнь с младшей сестрой, на то, что выгнала девчонку с искусственной внешностью.

Минут через пятнадцать я поняла, кому звонил братец. Хлопнула входная дверь, послышался незнакомый мужской голос, и пока мы допивали шампанское, в кухню зашел Кирилл и его новый друг со звенящим пакетом. Я встретилась со взглядом серых глаз, не испытывая ровным счетом ничего. Конечно, вино вносило свои коррективы в мои эмоции, и я совершенно непроизвольно засмотрелась на парня чуть дольше положенного. Может, он ничего такой, но клеймо «Друг брата» не давало разглядеть его лучше, как и останавливало зарождение интереса. Ну или почти останавливало.

— Кирилл, — еле выговаривая слова, сказала я, — если девочка ушла, можно другую девочку найти, а ты сразу на мальчиков перешел.

Братец хмыкнул и уселся рядом со мной, толкнув плечом. Друг пристроился возле Евы, и его взгляд был направлен сначала на меня, а потом на мой короткий топик. Я приняла выжидательную позицию — сколько времени потребуется его наглым глазам, чтобы полностью меня рассмотреть. Когда, наконец, его взгляд вернулся на мое лицо, он приподнял брови, видимо, не ожидая, что я смотрела на него в упор.

— Макс, — сказал он.

Хотелось сказать, что мне плевать, но промолчала. Я повернулась к Еве и разлилась по нашим фужерам остатки шампанского. В свой не совсем попала, и немного игристого пролилось на стол, образуя маленькую лужицу с пузырьками.

— Что за невежество, сестренка? — хмыкнул Кирилл. — Ты забыла представиться.

— Отвали, — буркнула я, жалея пролитое шампанское.

Братец сразу потерял ко мне интерес и уставился на Еву с розовыми от алкоголя и смущения щеками. Смотрел так долго, что начал бесить меня.

— Как дела, Ев? — спросил Кирилл.

— Нормально, — быстро ответила Ева, будто только и ждала этого вопроса.

— У родителей всё хорошо? — не унимался братец.

— Кирилл, если ты не заметил, мы прекрасно общались без тебя! Оставь свои вопросы при себе! — встряла я.

— Не лезь, — огрызнулся брат и повернулся ко мне. — Что за агрессия, Аня? Где же та игривая кошечка в коротком платье? Осталась в клубе?

Я не стала отвечать, схватила фужер и сделала большой глоток выдохшегося шампанского, отдающего горечью. Тут же сморщилась и вытерла рот тыльной стороной ладони. Ева хмурилась, видя, что я не только почти дошла до той точки, когда «хватит» стоило сказать еще три фужера назад, но и злюсь. Я сжимала тонкую ножку фужера так крепко, что еще чуть-чуть нажать, и она сломается пополам.

— Где же мой нормальный брат? — выпалила я. — Еще не родился?

Кирилл только фыркнул и разлил по двум квадратным стаканам виски, потом колу. Подвинул один Максу, а из второго отпил сразу половину напитка.

— Не обращай внимание, — сказал Кирилл Максу. — И привыкай. Она всегда сначала флиртует, а потом гавкает.

Макс снова направил на меня заинтересованный взгляд, и я выдержала его, как смогла через пелену злости и опьянения.

— А еще привыкай, что он может казаться нормальным, а потом предать и поступить, как полный мудак, — хмыкнула я.

— Тебе не пора спать, сестренка? — Кирилл начинал злиться, и это раззадорило меня еще больше.

— А тебе не пора пойти к черту со своими указаниями?

— Эй, вы чего? — влез Макс.

— Они всегда так общаются, — вздохнула Ева.

Она была почти права — на повышенных тонах и оскорбляя друг друга мы общались большую часть нашей совместной жизни. Это еще одна причина, по которой я не тусуюсь в компании брата, а он не любит, когда я остаюсь в обществе его друзей.

Кирилл перестал обращать на меня внимание, погрузившись в разговор с Максом. Он думал, что игнором успокоит меня, заставит молчать, но будь я трезвая, так и произошло бы. А когда в крови было уже так много алкоголя, что не просто развязывал язык, а заставлял жить своей жизнью, не хамить братцу становилось противозаконно. И я знала, чем его задеть, чтобы побольнее, надавив на самую уязвимую точку.

— Ев, — вздохнула я. — Правильно, что бросила его. Нищий, бесхребетный слабак, который только и может, что в чужую жизнь лезть, потому что своя неинтересна.

Еве мой выпад не понравился, она с укором посмотрела на меня и нахмурилась.