Так что обратной дороги нет.

Ещё бы месяц-два эту орду подучить. Притерлись бы лучше друг к другу. Но торопят. Говорят что «удобное время мол, Петр Фёдорович в Крыму». Но, клюнула видно заказчиков в зад русская при Чесме победа! Русские в Грузии и Валахии тоже стали турок крепко теснить. Орлы! Лучшие силы их — там… Значит действительно время бить. Платить надо за любую победу.

Ивану подвели лошадь.

— Cesarz, wojska gotowe, — сообщает Пац.

Кивок.

Стремя. Рывок. В седло.

Крест.

«Господи! Спаси и Сохрани!»

Его выход.

— Вóйска!

— Раўняйся!

— Смірна!

— Яго Імператарская Вялічества, гасудар Иоанн Трэцій!

ТАВРИЧЕСКАЯ ГУБЕРНИЯ. СЕВАСТОПОЛЬ. 28 августа 1775 года.

Мне не было торжественно. Откровенно. Меня, уважаемых мужей и дам, опять, как подопытных кроликов или натур с натурщицами, выстроили в композицию и организовали в фотосессию. Да, не спорю, событие нерядовое. Всё-таки основание Севастополя. Войдёт в учебники и прочие энциклопедии.

Картины писать будут.

Событие.

Да. Легендарный Севастополь.

Император.

Лично.

Адмиралы и генералы.

Лучшие люди.

Города.

Которого нет. И, вообще, пока тут ничего нет. Древний Херсонес разве что. Точнее его живописные руины. Да, там, в Корсуне, крестился Владимир Святославович. Князь Киевский и Всея Руси. В девятьсот восемьдесят восьмом году. Но, это не точно. А вот то, что я сейчас основываю ЛЕГЕНДУ — это точно. Для этой версии исторических событий.

Севастополь.

Событие.

Но, мне даже улыбнуться нельзя. Статичная фотографическая фигура. Фокус на мне и акцент композиции на мне. Нельзя улыбаться и махать. Здесь не кино и не мультик.

Тоскливо. Невыносимо. Я опять творю Историю и Империю.

Как же я устал. Бесконечное движение или имитация оного. Войны. Политика. Интриги. Торговля. Преференции. Дворяне. Титулы. Двор. Крепостное право. Бунты. Заговоры. Семейные дрязги и скелеты в шкафу. Много скелетов. Тут не шкаф нужен, а целый гардероб.

Прогрессорство. Если кто думает, что это просто — милости просим в мою реальность.

Как было просто быть простым профессором-теплотехником университета на Урале. Как я иной раз скучаю по двадцатому веку. Не по двадцать первому, нет. Моя настоящая молодость была именно в двадцатом веке. Всё ещё во втором тысячелетии.

Нет. Я не скажу завтра: «Я устал. Я ухожу». Нет. Хотя бы потому, что передать Трон мне просто некому. Павел и его жёнушка разочаровывают меня всё больше. Боюсь эры их правления. Потому буду тянуть Царскую лямку до последнего.

Горький итог моего правления и горький выбор — что и кто дальше? Ведь система, которую я создал, ведёт Россию к краю обрыва. Даже быстрее, чем было бы без меня. Но, другой системы у меня нет.

«Видя бой со стороны, каждый мнит себя стратегом!» ©

Увы, я не вижу бой со стороны. Не с нашим счастьем, как говорится.

Лина меня поддерживает во всём, но и она сказала мне только одну фразу: «Петер, ты ошибаешься». Она не стала развивать тему, но я её понял. Я слишком круто взял и нажил себе множество врагов. Особенно среди главной опоры Трона — дворянства. Армия и Флот — это хорошо, но, решения принимают в основном столичные дворяне. Я им не даю вольностей и крепостных. А моя идея-фикс с отменой крепостного права не вызывает понимания. Ни у жены, ни у Наследника.

Борюсь с желанием потереть виски. Нельзя. Фотосессия.Потомки не поймут.

Чьё наследие?

Чей Трон?

Чья Корона?

Как я легко и правильно установил правила Престолонаследия. И как смеялся над дедом, который учредил принцип: «В кого Император ткнёт пальцем». А вот, ничего смешного, как оказалось.

В чём беда?

В том, что пустота.

Столько в истории было империй, которые умирали сразу после смерти создателя. Просто некому было нести огонь в будущее. Огромные блистательные империи умирали за считанные месяцы. Россия чем-то отличается? Нет. Я не уверен.

Я не создатель России. И не буду последним её Царём. Но, Рим тоже не сразу умер.

Просто чувствую тлен во всём, что делаю. Или не делаю. Прогрессорство? Да. Но, нужно ли это самое «прогрессорство»?

Устал я.

Голова разламывается. Вчера дал себе слабину и просто тупо напился. Сам с собой. Просто сидя у камина. Мне не нужен был собеседник, или, даже собутыльник. Единственный человек, который мне честно в глаза скажет, что я дурак — Лина. Но, она в Царском Селе. Остальные тут не будут честны со мной. Просто побоятся. Равно, как и я никогда не открою никому из них душу. Иначе мне потом придётся их убить.

Люди слабы по своей сути. Даже если они правители.

А может это просто кризис среднего возраста, как говорили в моё время. Я держусь, но что меня удерживает на плаву? Долг? Корона? Империя? Или Лина?

Вспомнил почему-то Лену. Её горе и отчаяние. Лишь беременность удерживала её от самоубийства. Все эти бесконечные череды визитов, сочувствий и соболезнований только толкали её в петлю или к яду. Отчаяние её было невыносимым. Дошло до того, что Андрей распорядился прятать от неё всякие лекарства, которые она могла употребить в больших количествах, а прислуге не оставлять её одну. Но, изъятый у неё пистолет Андрею пришлось вернуть. Лена просто оскорбилась недоверием брата. Напряжение росло. И чем бы закончилось — неизвестно, если бы Лина, силовым порядком, не разогнала всех «соболезнующих» к чертям собачьим. Никаких «засвидетельствований» без Высочайшего Дозволения. Все в сад!

Императрица взяла ситуацию в свои руки и под свой контроль.

Каролина ежедневно бывала у Нартовых. Долго беседовала с Еленой по душам. Пыталась вернуть её на этот свет. Отгоняла морок. Вопрос, на самом деле был серьезным. Елена. Молодая вдова. Отчаяние. Возможный выкидыш. Тогда зачем вообще жить?

Лина не очень любит Лену, что понятно. Но, шакалам на растерзание Лина Лену не отдаст. Никому и никогда. Нашу Семью моя жена не даст в обиду, как настоящая и искренняя Мать. Бить СВОИХ по попе она не даст. Это только ЕЁ право. Моя жена очень ревнива.

И упряма.

У нас с Линой не умер ни один наш ребёнок. Даже моя крестница — Катерина Ломоносова была вытащена мной и Каролиной с того света.

Господи, когда эта фотосессия закончится? Так разболелась поясница…

В эти дни я объездил, обходил и лично облазил всю округу. Пытался вспомнить моей старческой памятью старческую память века XXI-го где и что тут располагалось или стояло.

Я не старался воспроизвести Севас моего времени. Во-первых, я его плохо помнил. На Флоте я не служил. Был тут несколько раз, но, так, чтобы запомнить всё с привязкой к местности — увы. Во-вторых, столько всего изменилось. И сейчас. И потом. И с учётом моего попаданства. Может, география не сильно изменилась, но, в остальном…